Поиск - Участники - Календарь
Перейти к полной версии: Загадки Архимагистра
ElderScrolls.Net Conference > Городской квартал > Гильдия искателей приключений > Архив > ОСС
Страницы: 1, 2, 3
Antimony Fyr
Альд'рун, дом рядом с поместьем Морвейн

В самой середине дня с Красной Горы потянуло сухим и теплым ветром. Он перемешивался с осенним кристально-чистым воздухом, отравляя его извечным привкусом пепла и песка, заставляя практичных торговцев поспешно прикрывать съестной товар тряпками и натягивать на лица платки и капюшоны. Бурей не пахло, но погода заметно портилась, и трое стражников из городской охраны чуть ранее покинули свои посты, устроив себе обеденный перерыв. Пока девчонка из прислуги уставляла их стол тарелками со снедью, старший закончил вытряхивать на пол пыль, набившуюся в забрало шлема и обратился к остальным:
- Прочешем окрестности и будет, он либо смылся уже из города, либо где тут под лавкой хоронится. А вообще, сдается мне, и не было никакого воришки, сами они там все друг у друга тырят. Ну вот кому нужна такая безделушка в этом городе? У местных богачей колец всяких и ожерелий навалом, а пешком отсюда далеко не уйдешь. Клифы сожрут, в бурю попадет - ерунда все. Заливают маги - просто для галочки вызвали стражу и все дела. - высказавшись, человек усмехнулся в адрес хитрющих магов из местного отделения Гильдии и принялся за еду. Подумаешь, кольцо украли у какого-то важного гостя, мало что ли у них магических перстней? Да новое наколдуют, но надо ведь привлечь побольше народу. А может все потому что гость, как говорят, брат Эдвинны Эльберт, и кража эта кинет нехорошую тень на всех магов Альд'руна...

Девушка провела расческой по пышным светлым волосам и снова взглянула на свое отражение. Отполированное серебряное зеркало явило миру образ весьма симпатичной лесной эльфийки - ее фиолетово-карие глаза чуть лукаво смотрели то в зеркало, то словно поверх него. Она была довольна собой, и небольшой порез на правой щеке ничуть не портил ее внешности и не расстраивал ее. Напротив, коснувшись его пальцем, Лас заулыбалась, вспомнив приключение, в ходе которого она получила этот шрам. Внутри приятно кольнуло - пора придумать какое-нибудь новое развлечение, быть может, отправиться на охоту или снова совершить вылазку к одному из древних святилищ Даэдра. Она усмехнулась, словно ее мысли могли услышать собравшиеся на дневную молитву прихожане Храма, что находился неподалеку. Дома было скучно, но Лас должна была дождаться отца со службы, и не хотела его расстраивать.
- Откройте, откройте, сиятельная госпожа! - донеслось до чутких ушей эльфийки. Кто-то настойчиво стучал в дверь поместья и это было совсем непохоже на посыльного от кого-либо из Совета или на почтальона.
Demona
Демона ощутила, как ее ныне невидимый противник попытался использовать магию телепортации без какого-либо успеха, и с опозданием осознала, что то же самое не удастся и ей. Теперь оставалось только ждать. Впрочем, ожидание не вышло слишком долгим - почти сразу же грибные своды башни отозвались приближающимся топотом многих ног, потом кто-то дернул запертую дверь, ведущую внутрь башни, но она наверняка была закрыта не хуже, чем аналогичная, ведущая на верхнюю площадку снаружи. Воспользовавшись остатками левитации, вампирша воспарила повыше и мягким прикосновением опустилась на один из шкафов. Сквозь гарь еще был едва различим запах ящера, за стеной было "слышно" несколько магов, и было невыносимо неприятно сидеть здесь, как в захлопнувшейся ловушке, ожидая, когда охотник откроет ее, чтобы вытащить добычу. "Что ж, посмотрим, кто будет охотником, а кто добычей на этот раз," - проскользнуло в голове застывшей невидимым изваянием неживой. - "Главное умение охотника - это умение ждать." И вампирша превратилась в слух.
Laikalasse
Альд'рун, Поместье Амрат

- Что? Кто там? - Лайкалассе отложила расчестку и отошла от зеркала. Секунду потратив на то, чтобы решить, стоит ли открывать незванному гостю - инстинкт самосохранения в последнее время не раз спасал ей жизнь - она все же открыла дверь. За ней оказался взмыленный темный эльф, явно не редоранец.
- Вам письмо, госпожа, - уже немного спокойнее ответил гонец и вручил девушке перевязаннвй узкой золотистой лентой свиток.
- Не сказали откуда?
Тот отрицательно помотал головой.
- Я всего лишь посыльный, госпожа.
- Интересно, от кого... - пробормотала Лас, принимая свиток.
Тут гонец посторонился, пропуская высокого лесного эльфа. Лас пошире распахнула дверь и широко улыбнулась.
- Хорошо, можешь идти, - кивнула она посетителю.
- А... Ответа не ждать? - растерялся тот.
- Если будет ответ, я тебя найду, - сказала девушка и закрыла дверь.
На ходу развязывая свиток, она подняла глаза и чуть не выронила послание. Кинув его на комод рядом с расческой, она бросилась к отцу и еле успела поддержать его. Усадив отца в кресло, она присела на корточки и заглянула с тревогой в его глаза.
- Отец, что с тобой?!
Амрат снял с головы шлем и поставил его на пол. Лайкалассе взяла отца за руки и закусила губу.
- Ничего страшного, дочка, - лесной эльф тяжело дышал. - Пыльные бури никогда не доставляли мне радости.
- Ты болен, отец? Если так, то почему ты ничего мне не скажешь? Я ведь бард и знаю алхимию! - девушка вскочила и заходила по комнате, место себе не находя от волнения.
- Я не болен, Лас. Просто устал.
Босмерка помогла отцу встать и проводила его вниз по лестнице, в его комнату. Вернувшись, она села за стол, стоящий посреди холла, и обхватила руками голову в отчаянии.
Лас знала, что отец болен, но это не тот недуг, от которого можно избавиться, выпив зелье или посетив лекаря. Она знала, что Амрат тоскует по их родине, по своей службе во дворце Сильвенара, но вернуться в Валленвуд означает смерть для изгнанников. А все из-за того, что она, Лайкалассе, лесная эльфийка с альтмерским именем, всю свою жизнь нарушает Мясное Кредо и ест то, что растет. Такое босмеры не прощают. Поэтому отцу и дочери пришлось бежать, и после множества приключений они попали-таки в Морроувинд. Отец никогда не жаловался ни на что и ни в чем не винил дочь, однако временами - вот как сейчас - ее нет-нет да мучила совесть.
- Что же мне сделать, чтобы облегчить свои страдания, папа? - прошептала девушка, не зная, что и думать. Она вздохнула, встала, и тут ее взгляд упал на свиток, так небрежно брошеный на комод. Взяв его, она сняла ленточку, развернула его и принялась читать. По мере чтения она хмурилась все больше и больше.
novoxodonossar
После удаления Дариса и Эндара, отправившихся выяснять происходящее в кабинете покойного Нелота, Нар отряхнул от пыли какой-то томик с забавным названием и для виду углубился в его изучение, тихонько пожелав напоследок ушедшим собратьям по Дому Тельвани - "Чтоб вас дреморы там загрызли!" - не любил старик выскочек, окровенно не любил и по возможности осаживал, а наиболее настоичивых мог и ядом попотчевать или придумать более изощеренную расправу. Этому приятному размышлению Марвани и предался с упоением думая как бы сгноил этого молодого, женоподобного выродка вместе с его дедулей в своих застенках. Но, сейчас в этом не было особой выгоды и старик вслух проговорил - "Ибо сказано мудрыми - сначала используй врага, а потом избавься от него..., хе-хе так и поступим..."
Шаман
Эндар помчался искать стражников по всей башне, его дед тем, временем остался наедине со своей охраной.
- Пока тут твориться суматоха, смешайтесь с местными и попробуйте разговорить, кого-нибудь из них. – телохранители Дариса разошлись по башне. Через некоторое время вернулся Эндар с тремя стражниками.
- Вы один? - удивленно спросил он.
- Уже нет, все разбирайтесь теперь сами, а у меня еще дела в городе.
- Но…
- Эта башня теперь принадлежит Марвани, и все проблемы внутри нее тоже его.
Развивать эту дискуссию Дарис не собирался, а потому просто прыгнул в левитационный колодец.
Trickster
Кальдера

Вор переступил порог и остановился, осматриваясь. Вне всякого сомнения, он оказался в святая святых этого гнезда. Сложно было бы подобрать слово, способное более точно описать то, что видел Трикстер вокруг себя. Судя по всему, хозяева обустраивали свои покои так роскошно, как только могли, не проявляя при этом никакой заботы о таких вещах, как уют и гармония. Помпезность и вычурность здесь превратилась в самоцель, и среди пестрых ковров, аляповатых картин, да ажурных занавесок вкупе с совсем уж безвкусной меблировкой давно затерялось то, что хоть как-то отличало человеческое жилье от сколоченных из чего ни попадя птичьих гнезд.   
Но, конечно же, всё это не имело никакого значения.
Лучше бы поспешить. Увидев труп, развалившийся в кровавой луже посреди коридора, стражники поместья вряд ли останутся равнодушны. Вор осторожно приоткрыл дверь спальни – и тотчас же отпрянул назад. Из щели струился слабый свет, вроде как от обыкновенной свечи. По-видимому, не весь-таки особняк погрузился в сон с наступлением ночи.
- Что? Здесь кто-то есть? – встревоженная неожиданным звуком, юная леди Фелиция поднялась из-за стола, оборвав на полуслове текст письма и уронив перо на пергамент, отчего последние строчки оказались смазаны чернильными пятнами.
Темнота не отозвалась.
- Папа, это ты? – какое-то нехорошее предчувствие больно кольнуло сердце, но любопытство оказалось сильнее. С опаской взглянув на портьеру перед дверью, девушка робко направилась к ней. – Эй! Это совсем не смешно!
Ей показалось, будто что-то шевельнулось там, в полумраке, всего в нескольких шагах от нее. Не то тихий шорох, не то скрип почудился где-то за дверью. Она ступила в густую темноту прихожей, уже не осознавая, что делает. Больше всего ей вдруг захотелось войти туда и убедиться, что поблизости нет никого, а просто дверь была неплотно прикрыта и отворилась от сквозняка.
Это место с детства пугало её. Отчасти это был всего лишь старый детский страх перед темнотой, от которого ей так и не пришлось избавиться. Она боялась безжизненной тишины и загадочного лунного света, боялась этих вездесущих картин, таких зловещих ночью. Домочадцам было прекрасно известно о ее страхах, а уж дорогой братец никогда не упускал случая подколоть Фелицию на эту тему или подшутить как-нибудь иначе. Она терпела глупости брата, прекрасно зная – сам-то он и в нужник ночью сходить не может без фонаря…
Девушка поспешно подошла к одному из высоких окон, сквозь которые в комнату лился, падая на пол, стены и мебель, бледный свет двух лун. Свет, как это было всегда и везде, сулил безопасность, убаюкивал тревогу и вселял непонятную уверенность. Но как бы лживы ни были такие посулы – им хотелось верить. А по ту сторону окна мерцали дальние огни города и тяжело волоклись по черному небу угрюмые клубы туч. И тут, словно таясь от ее взгляда, лукавые луны нырнули за черный полог, а когда через мгновение их сияние вновь прорвало пелену кромешного мрака, юная имперка увидела, как по оконной раме скользнула тень. Вскрикнуть она уже не успела – чья-то окровавленная рука внезапно зажала рот.
Нож Трикстера при всем желании не мог подарить жертве быструю смерть. Тупое лезвие пробило гортань и распороло глотку, обрекая нечастную отвратительно хрипеть и захлебываться кровью. Однако вор уже не видел ни глаз с застывшим в них диким животным ужасом, ни жуткой предсмертной агонии – малейшая задержка могла стать смертельной для него самого...

- Вставай. Вставай и убирайся отсюда. Живо! – ответом стал растерянный взгляд мага.
- Да что с тобой такое? Где ты был? 
- Я сказал - дуй отсюда, коли жизнь дорога! Беги к чертям из этого города.
- А как же ты?
- Не твое дело.
novoxodonossar
Марвани с полным негодованием и неудовольствием выслушал сбивчивую речь этого глупца Эндара, который прибежал и запыхаясь сообщил о том, что его хитрозадый двоюродный дедуля Дарис покинул башню. "С-с-соратнич-ч-чек!" - в сердцах прошипел старый маг, а вслух и громко проговорил - "Чтож, Эндар раз так, то нам с тобой предстоит самим решить, кто посмел потревожить покой покойного Нелота - идем, надеюсь вдвоём с тобой, таким юнным и пылким, мы сможем одолеть хоть самого чёрта, примяком явившегося к нам из Обливиона - пошли!!!", и продолжаю про себя награждать Дариса последними из возможных эпитетами,- "Тупица! Чтоб тебе прострел в поясницу, чтоб тебя паралик расшиб, недостойный наглец и выскочка, ничего я доведу до сведения Ариона твои мерзости, тоже мне прислали помошничка..."- злобно думал старый Нар. Он запахнул полы своей роскошной мантии и  поплелся по лестницам наверх, в кабинет Нелота, за ним трусовато жался к стенам молодой и глупый переверт Эндар...
Loky
Альд Сота

Ветер. Холодный ветер от которого хотелось зажмуриться, когда его порывы хлестали по лицу. Размытые блеклые пятна. И единственное желание – упасть, и больше никогда не подниматься, забыться сном…. Сном…Сном?.. А что это – как не сон? Таких мест не бывает. Локи попытался оглянуться, но ноги подкосились, и он рухнул на колени. Руки, ища опоры, погрузились в песок. Багровый горячий песок. Словно невидимая сила придавила его к земле, и он понял, что уже не сможет подняться. Сон?.. Но надо ли просыпаться? Невыносимая тяжесть, почти раздавила его, тягучая ноющая боль, растеклась по телу. Остаться тут навсегда, раствориться в этом песке, найти тут покой, и вечно слышать вой ветра. Голова данмера опускалась все ниже. Перед глазами лежало море песка, и он неожиданно четко увидел  каждую его частицу, каждую песчинку во всех ее деталях, чуть шевелящуюся под порывами ветра. Это зрелище завораживало и притягивало. Утонуть в этом песчаном море…
- Не вздумай…
Тихий вкрадчивый голос неожиданно оглушил его. Инстинкт подсказывал, что надо вскочить, обернуться к сказавшему это, но оторваться от зрелища движущегося песка Локи не смог. Волны песчинок шевелились перед глазами, наплывая друг на друга багровым потоком… Руки погружались все глубже, завязнув в этом движущемся песке… Нет, это был уже не песок, а багровая мутная жижа. Сладкий тошнотворный запах. Обычная кровь… Голова склонилась еще ниже…
- Я же сказал – не вздумай.
Чья-то сильная рука одним рывком, подняла убийцу с колен и встряхнула как пустой мех. Данмер через силу поднял глаза и непроизвольно сглотнул. Их было двое. Похожих как две капли воды и таких разных. Но не это поразило, и заставило испытать невыносимый панический ужас. Рядом стояли двое таких же, как он данмера. Точнее два его отражения, как если б он посмотрел одновременно в два зеркала… Или может он сам был отражением их?...
Державший его за шиворот тонко улыбнулся.
- Не пытайся понять, еще рано. Но направление твоих мыслей мне нравится.
Локи обреченно закрыл глаза. Он знал этот голос. Сколько раз он звучал в его голове, нашептывая и приказывая, издеваясь и поддерживая в тяжелую минуту. Голос его покровителя, Боэты. Но никогда убийца не думал, что может увидеть принца даэдра вот так…  как сейчас.
- Ты был прав, он сообразительный, - голос второго отражения был очень низок и давал оттяжку почти в хрип. Гордый поворот головы и презрительное выражение глаз, смеривших оценивающим взглядом полуживого данмера. Кто он? Почему его присутствие вызывает такой бешенный наплыв противоречивых чувств – безотчетную ярость, граничащую с безумием ненависти, и одновременно немое восхищение. Ответ нашелся сам собой, словно всплыв из глубин памяти, принадлежавшей еще даже не Локи, а кому-то, жившему очень давно и очень долго. Мехрун. Повелитель Бурь.
Низкий смех с грохотом прокатился над морем песка.
- Да, ты сообразительный. Или многое помнишь. – Тяжелый взгляд принца даэдра словно прожог в данмере дыру. – Слишком, многое помнишь… Так зачем ты звал меня?
Локи ошарашено поднял глаза. Он звал? В голове промелькнуло последнее воспоминание, блеск лезвия в руках наемника Мораг Тонг, оскал изваяния Мехруна над головой, мольба о помощи или точнее стон, и по телу снова расползлась тупая невыносимая боль. Он должен был умереть. Там, в Альд Соте.
- А кто тебе сказал, что ты жив? – громогласный голос Мехруна словно ударил его. – Но твой предсмертный хрип в моем святилище невозможно было не услышать. Так чего ты хочешь?
Казалось бы естественным ответом, на такой вопрос было бы – «Жить…». Но багровое море то ли песка, то ли крови все еще стояло перед глазами убийцы, а боль напоминала о бренном существовании. И решить, что сказать, данмер не смог.
- Не лги сам себе, - вкрадчивый голос Боэты вернул его к действительности. Хотя назвать все происходящее реальностью было бы неверно.
- Жить… - собственный голос показался Локи незнакомым, как шелест песка вокруг.
Смех Мехруна снова громом прокатился над пустыней.
- Хорошо, смертный. Ты звал меня, когда подыхал в моем святилище, и ты высказал свою просьбу. Ты будишь жить. Но за все надо платить.
Тонкое лезвие клинка блеснуло в руке того, кто сейчас казался зеркальным отражением убийцы. Верный старый кинжал, «Бритва Мехруна», столько лет служивший Локи, одним ударом погрузился по самую рукоять в тело своего хозяина. Данмер дернулся и захрипел.
- Ты будешь жить. Но взамен будешь исполнять мои приказы. Мне нужны умелые слуги…
Перед глазами поплыли серые пятна, образы стали размытыми, и убийца почувствовал, как он падает в бесконечную звенящую пустоту. Темнота поглотила все вокруг, а рука неожиданно ощутила привычную поверхность кинжала, который казалось секунду назад был в груди убийцы.
- Боль скоро пройдет, - знакомы насмешливый голос Боэты тихо прозвучал в голове. – Случилось то, что должно было случится. Ты поймешь, что я прав. Служи Мехруну, но и я о тебе не забуду. – Локи показалось, что невидимый собеседник улыбнулся. – Почему? Ну об этом чуть позже. А сейчас тебе суждено быть жрецом Повелителя Бурь…
-------------------
Невыносимая боль заставила данмера застонать и открыть глаза. Он лежал на каменных плитах Альд Соты, у подножья Алтаря Мехруна. Рука сжимала нож.
Antimony Fyr
Логово Веланды Андрети. Усталая гора неподалеку от Тель Воса.

Гулкие коридоры составляли запутанную паутину подземелий – они собирались вместе, вытекая в небольшие залы с низкими потолками, разбегались веером, пронизывая древнее чрево Усталой горы. Случайно попавший сюда источник света, будь то факел ненасытного искателя приключений, или искра магического огня на кончиках пальцев мага, или ровно и плавно горящая свеча праведника, не был способен пробить черное пуховое одеяло древней тьмы. Никто не мог сказать, когда и почему здесь образовались эти лабиринты туннелей, ходили слухи, будто бы в незапамятные времена обитал в горах странный народец, дальние родственники двемеров, но слеповатые и не столь разумные. Годились они лишь на роль слуг, но не переносили дневного света, а потому вгрызались в подножия гор своими примитивными инструментами, добывая для хозяев руду и сверкающие камни, а для себя – надежные укрытия. Год за годом малорослый и не особо сообразительный народец все глубже и глубже уходил под землю, пока, в конце концов, не исчез совсем. Произошло ли это одновременно с двемерами, либо веком ранее, либо веком позднее, сказать никто не мог. Правда, и верил в эту историю мало кто, а видные ученые из Киродиила и вовсе посмеялись, решив, будто бы тупые темные эльфы не смогли отличить народ Усталой горы от простых и безобразных гоблинов. Помнила и знала истину лишь сама гора – с пологими и широкими склонами она возвышалась на краю гряды, подобно древней властной старухе, что спокойно смотрит на свое богатое наследство, не торопясь отходить в мир иной. И не было ей никакого дела, что творилось у  ее ног, в черных перепутанных коридорах. Пусть хоть сами демоны из Забвения пируют под сводами пещер, лишь бы не шумели слишком громко и не бросали бы камней на потрескавшиеся старые склоны…
А тем временем в лабиринтах скользила вдоль стен живая тень. Бесшумно и стремительно, виток за витком, тень летела по единственно верному пути на поверхность. На миг она замерла, и кромешный мрак прорезался узкими щелочками ярко-алых глаз. Тонкие пальцы колдуньи ощупывали стену, будто ища подсказки. Условный знак указывал на юг, все верно.
- Я не забыла, - прошептала Веланда, продолжив путь, - Лишь хочу убедиться, что все пометки на месте…
Еле различимое дыхание смертной, почти неслышный шорох черной мантии взрезали застоявшийся в коридорах воздух. Да, она все еще была смертной женщиной, в жилах которой текла кровь рода Андрети, но тому оставалось длиться недолго. Этой ночью маленькая Секунда возвестит мир о начале новой истории. И лишь она одна увидит это знамение. Как избранная. Как богиня. Веланда остановилась лишь тогда, когда свежий поток воздуха ворвался в пещеру с улицы и растрепал ее волосы. Она почти вышла на поверхность, одурманенная позабытыми запахами трав и мыслями о предстоящем. Пока у нее есть лишь темная нора в глубине Усталой горы, но скоро она обретет Силу и Власть, которой не видывали ни эта жалкая троица, мнящая себя богами, ни надменный человечишка с громким именем Император. Данмерка раскинула руки, позволив ветру развевать полы тяжелой шелковой мантии. На губах ее мелькнула улыбка при воспоминании о том, сколько лишений и горя она испытала после изгнания из Дома Телванни новым Архимагистром. Нет, эта месть не будет так сладка – Великий Дом в глазах колдуньи весил теперь не более сахарной песчинки, которую она слизнет с ладони. Можно будет сделать это с самого начала, чтобы проклятые маги не могли помешать ей исполнить предначертанное судьбой. Сила будет с ней очень скоро, стоит лишь протянуть руку и взять свое наследство, ведь лишь она могла в полной мере владеть тем, что было создано для неё. Распахнув мантию, Веланда позволила лунному свету играть бликами на богато украшенном драгоценными камнями поясе. Пояс – лишь одна часть, но и она уже наполнила молодую наследницу уверенностью в своей победе. Три вещи сделают ее могущественнее во много раз, подарят ей силу, дарованную лордами Забвения, и те жертвы, которые встретятся на пути юной богини, когда она будет возвращать себе законное наследство, будут лишь жалкими крохами в сравнении с ее будущими свершениями. Далекий призрачный свет Секунды наполнил магический артефакт особым туманным свечением, и волшебница стояла под ним до тех пор, пока луны не начали меркнуть в утренней дымке. Тогда Веланда резко развернулась и стремительнее ветра пронеслась по угрюмым туннелям в свою обитель.

Было самое время поговорить со своим осведомителем в Доме. Конечно, старик поступил неразумно, покинув мир смертных чуть раньше срока, но это не могло быть препятствием для общения. Данмерка рассмеялась – нет, дряхлому Советнику придется до конца раскрыть свои карты и смерть не служит ему оправданием…

Капли крови не долетали до взметнувшегося почти по пояс колдунье пламени – легкой красной дымкой растворялись они в потоках горячего воздуха, обращаясь в бесплотный туман. Девушка безразлично наблюдала за стекавшей по запястью струйкой, будто бы не осознавая, что вместе с каждой каплей из нее уходит жизнь. Воля Милары была подвластна этой стройной красивой женщине в черной мантии, и она не могла противиться. По мере того, как языки огня отбрасывали все более высокие тени на начерченный круг, Веланда смотрела в пространство перед собой все с большей тревогой. Она жертвовала не только своими силами, не только кровью безвинной девушки – ей нужно было завершить это сегодня, пока луны благосклонны к ней, пока уверенность переполняет ее душу, а силы – ее тело. Образ Советника Нелота соткался внутри круга нехотя, и старик был крайне молчалив, будто бы издевался над ней.
- Мне нужно знать, найду ли я в родовой гробнице подсказки? – требовательно вопросила женщина, беспокойно кружа по комнате.
- Такое… возможно… - ответствовал дух, переминаясь внутри круга.
- Говори уже конкретнее – да или нет, у меня осталось совсем мало времени! – Веланда оглянулась на бледные щеки девушки, чья кровь продолжала питать неистовое пламя жаровни.
- Мы можем поговорить об этом… Но я должен подумать.
- Так думай же быстрее! Девушка умрет и ты отправишься обратно в Забвение, ты ведь не закончил свои дела в этом мире, не так ли, Советник? – данмерка уже выходила из себя. Помимо всего прочего, Милара должна была остаться в живых – это была часть договора с вампиршей, а без вампирши проникнуть в родовую гробницу, кишащую кровососами, Веланда не представляла возможным.
- Чтобы закончить дела, мне нужно обрести новое тело.
- Мы договаривались на твое старое, - резко оборвала духа колдунья, - И если ты будешь продолжать давать уклончивые ответы, я не гарантирую тебе скорое возвращение.
- Теряешь много сил? – бесплотный Советник расхохотался, но его смех напоминал блуждание ветра в хрустальном бокале. – Ладно, я скажу тебе. В гробнице твоих предков должна храниться книга, в ней подробно описано, как воспользоваться наследством. Но карта, по которой ты можешь разыскать недостающие части… Она в моей башне… Под… Надежной охраной… Поторопись вернуть мне мою плоть, иначе приспешники Ариона… Найдут твое наследство раньше тебя…
Дух растаял, оставив Веланду в глубокой задумчивости. Милара осталась жива, и будет жива до тех пор, пока колдунье помогает вампирша, другого пути у нее сейчас не было – она могла подавить волю смертной, могла призывать духов, но приказать вампиру не имела власти. Это временно, - успокоила себя волшебница, опускаясь в кресло и прикрывая глаза, - Как и твои насмешки, Советник. Ты еще будешь служить мне…
Шаман
// Че та не помню чтоб, писал как Дарис телепортируется, мне казалось что любой прочитавший должен понять что мой перс на своих двоих вышел. Исходя из выше сказанного, заявляю: Наааар!!!! Правь свой пост, а в следующий раз, будь ласка, читай внимательнее.//

Этой ночью на улицах Садрит Моры было непривычно тихо, и хотя по обилию ночной жизни она уступала как Балморе так и Сурану, но сегодняшняя ночь заметно отличалась от предыдущих, а все началось с убийства Нелота, вернее началось значительно раньше, но на жителях телваннского города до сего дня это никак не отражалось. Дело в том, что этим дождливым вечером в гавань города вошло сразу два корабля с Советниками Телванни на борту, один из которых немедленно занял Тель Нагу, второй же весь день непонятно зачем носился по городу чтобы в конце концов тоже оказаться в бывшей башне убиенного Нелота. Собственно к чему я веду, а к тому, что каждое действие вызывает какой бы, то ни было отклик в окружающем пространстве, и не всегда желательный между прочим, тоже случилось и с Господином Дарисом Дренимом Телванни, так вот вечером этот самый Господин ввел комендантский час и теперь не мог пройти и сотни метров чтоб не быть остановленным доблестными стражами порядка. После объяснений с третьим по счету патрулем, Советник наконец смог незаметно сойти с улицы в тенистый проулок, для того чтоб поставить там пометку. Сделав свое дело данмер в эбонитовом доспехе отправился к казармам стражи. Начальник всей Садрит Морской стражи беззаботно дрых в своем кабинете, когда Дарис почтил его своим присутствием. Окончательно проснувшись он представил такой доклад: за истекший период стража задержала семерых: 6 припозднившихся гуляк и официантку из «Дыры в стене», которая утверждала что сама шла к стражникам, сообщить об исчезновении данмера. К удивлению Советника, официантка оказалась его родственницей по отцовской линии, надо заметить факт этот слегка разочаровал его, поведение младшей родственницы красноречиво говорило о вырождении породы. Особым умом Рамасса Дреним не отличалась, способности к магии, практически на нуле – душераздирающее зрелище. Сквозь всхлипы она сообщила Советнику что ее любовник Барем Арьени, до недавнего прошлого был одним из трех капитанов стражи в Тель Наге, а в ночь смерти Нелота, зашел проститься с Рамассой и взять из ее дома кое-какой шмот, Дарис в отличие от правнучки был уверен что бывший капитан пришел именно за шмотом, после чего исчез. Советник внимательно все выслушал и после небольшого размышления пришел к выводу, что вряд ли те кто служил Нелоту воспользовались для бегства телепортом Гильдии – не настолько они глупы, вместо этого они похватали все доступные плавсредства и ушли водой. Искать Барема Арьени было практически бессмысленно, горячие мольбы Рамассы вернуть ей любимого на Дариса не произвели ровным счетом никакого впечатления. Перед уходом он приказал начальнику стражи оцепить Тель Нагу на всякий случай.
Antimony Fyr
Альд'рун, Поместье Амрат

Мутсэра Лайкалассе, Вам надлежит скорейшим образом явиться в Зал Совета Редорана для решения вопроса, от которого зависит судьба нашего Великого Дома в целом и каждого из нас в частности. Вероятно, вам придется на какое-то время покинуть город и отправиться в небольшое путешествие, чтобы помочь Совету в сложившейся ситуации. Настоятельно прошу Вас не тратить время на ответ на данное письмо, а по прочтении его, прийти по указанному адресу для получения более подробной конфиденциальной информации.

С уважением, Гольвен Хлеран, заместитель Советника Ллетри

Официально-сухой язык, которым было написано письмо мог означать все что угодно – от действительно серьезной проблемы до простого желания чиновников время от времени проверять верность редоранцев своему Дому. Лас поняла только одно – как бы так ни было, а дело было таким, что рассказать о нем письменно не дозволялось. Возможно, здесь была скрыта какая-то тайна, или обещанная информация была непроверенной или секретной. Девушка оглянулась на сидящего в кресле отца – предстояло оставить его здесь и неизвестно, на какой срок.
- Что там в записке, дочка? – вздохнул Амрат, его голос звучал бесцветно, но в смотрящих на дочь глазах была нежность и любопытство.
Laikalasse
- Меня вызывают в Зал Совета, - отозвалась редоранка, скатывая письмо. Отложив его в сторону, она опустилась на колени возле кресла. - По-видимому, очень важное дело. А может, Гариса опять насчет шахт беспокоится. Кто знает.
- Это значит, что ты снова пропадешь неизвестно на какой срок?
- Что поделать, - пожала плечами Лайкалассе. - Это моя обязанность.
- По-видимому, я нескоро тебя увижу.
- Мне придется покинуть город, так сказано в письме. Может быть, даже немедленно. Во всяком случае, я соберусь прямо сейчас.
Старый босмер с нежностью провел рукой по ее волосам.
- Тогда я благословляю тебя. Будь осторожна.
Лайкалассе с сомнением посмотрела на него.
- А ты справишься без меня, папа? Ты выглядишь неважно.
- Куда я денусь, - усмехнултся Амрат. - Ну, навещу Ллороса Сарано, подлатает старика.
Вздохнув, она встала и пошла собираться в свою комнату. Что-то подсказывало ей, что она нескоро увидит Амрата... если вообще его увидит.
Dro'Anton
Полуденное богослужение закончилось и к Вельмси подошел мастер альд'рунского храма Трибунала...
- Послушай Вельмси, сейчас, я знаю, у тебя свободное время... Но тут тебя в Зал Совета Редорана вызывают, ты уж подойди... Думаю, это особо много времени не займет... - пояснил суть дела мастер.
- Хорошо, я прямо сейчас и пойду... - ответил Вельмси.

Теланнор вышел из храма, но не пошел сразу к Залу Совета, а решил сначала зайти к торговцу книгами, Кодусу Колониусу - Вельмси нужно было купить пару учебных книг для прихрамовой школы...
- Добрый день, Кодус.
- А! Здравствуйте, Вельмси. Пришли за книжками, которые вы заказывали? Сейчас-сейчас... - сказал Кодус и полез под прилавок, - Вот они, держите.
Вельмси взял книжки и, поблагодарив продавца, вышел из магазина... "Ну что ж? Пойдем, узнаем, зачем я понадобился в Зале Совета"

Вельмси направился к скелету гигантского имперского краба, в котором находился Зал... Зайдя во внутрь Теланнор сразу же отправился в главный холл, где обычно записывали новичков Дома Редоран... Вельмси зашел во внутрь и сел на лавочку. "Подождем-с, думаю, что если кому-то что-то от меня было нужно, то он всегда меня найдет" - подумал данмер...
novoxodonossar
//Шаман - не нуди, нудный ты сильно =) Убрал я про телепорт из своего предыдущего поста! Надеюсь ты доволен.//

Садрит Морра.
Верхний ярус Тель Нага.

Позвав двух своих магов-клевретов старый магистр начал восхождение по лестницам - экономил ману на всяк пожарный случай. Кряхтя и поминутно охая Марвани добрался наконец до круглой двери в личный кабинет Нелота и немедля скастовал вызов Золотой святоши. Призваная тварь обнажила стеклянный клинок Грозы и встала в боевую стойку. "Заперто!" - резюмировал Нар подергав ручку и спросил своего цветного спутника Эндараи - "А у кого ключи от этих покоев?? Хм... в мантии Нелота говоришь? Мдя, весьма предусмотрительно с его стороны хе-хе. Однако чтоже делать? Дверь очень крепкая, да и как я вижу наложено на неё крепкое заклятие - магией её не вынести. Не пришлось бы выбивать дверь - пусть крикнут плотников чтоли."
Antimony Fyr
\\ Писали Локи и Антимони \\

Верхний уровень древнего святилища спал, но то был неспокойный сон – в неровных тенях, плясавших на стенах и на полу от выгорающих факелов девушке поминутно виделись призраки. Они собирались здесь, чтобы принять в свою нематериальную обитель новых жителей, чьи остывшие тела теперь безвольно застыли в немыслимых изгибах на холодном полу. Пальцы данмерки поочередно то цеплялись за выступы стены, то хватались за рукоять кинжала, не зная, какая опора надежней. Шорохи доносились откуда-то снизу, но различить, кому принадлежали эти звуки было невозможно. Кто знает, не покажется ли сейчас за поворотом коридора уродливая лапа огромного чудища, против которого даже самое сильное из известных Антимони заклинаний будет не более, чем пустая фраза… В какой-то миг страх почти овладел ее сознанием, и она, остановившись у зияющего проема распахнутой двери, едва не вскрикнула. Это были покои лидера Темного Братства. Свечи багрового воска в тяжелых подсвечниках выгорели до основания, лишь одна свеча слабо подрагивала, выпуская струйки едкого дыма. И в этом мраке неестественной бледностью светилась кожа сидящей в кресле женщины. Лицо ее обрамляла копна пышных, но растрепанных волос, глаза, странно распахнутые, всматривались в данмерку, словно были еще живы, но сделав еще несколько шагов девушка убедилась, что они блестели заледеневшим отсветом догоравшей свечи. Страх отпустил, Антимони с удивлением заметила, что руки и ноги вновь повинуются ей, и уже без опаски произнесла заклинание света. Зеленоватый и призрачный, он с непривычки ударил по векам, но теперь можно было осмотреться получше. Одежда Матери Ночи была нетронута, на ней не было видно ни пятен крови, ни рваных дыр, если не считать нескольких оторванных в драке пуговиц на тонкой черной блузке. Красивое при жизни лицо этой человеческой женщины теперь, приобретя смертную бледность, выглядело еще более таинственным и зловеще прекрасным. Антимони слегка коснулась холодной щеки Северы, чтобы убедиться в реальности всего происходящего.
- Да, тебе действительно сегодня повезло… - прошептала она, обращаясь к удачливому коллеге, которому посчастливилось так чисто и красиво избавиться от лидера ТБ. Неудачливые же лежали сейчас в ногах у мертвой Матери Ночи с отравленными стрелами в горле. 

Остановившиеся зрачки бессмысленно уставились на плясавшие на камнях тени от жаровен. Тишина. Локи, замерев, лежал на полу святилища, не в силах заставить себя двинуться. В памяти все еще стояло странное не то видение, не то сон. Было ли это или нет?...  Или это был просто предсмертный бред? Но рука данмера все также сжимала Бритву, а боль от ран постепенно начинала угасать.
Шорох. Тихий скрип осыпавшихся камней под осторожными шагами. Тело данмера инстинктивно напряглось, но он тотчас понял, что сил на серьезную драку у него не хватит. Локи, не поднимаясь с пола, скосил глаза, стараясь разглядеть какой человек, или мер, или еще какая тварь шастает среди трупов. Тусклый неверный отблеск выхватил из тени силуэт. Кто-то почти неслышно крался по ступеням, переворачивая мертвые тела и лихо обшаривая карманы. Мародер! Здесь! Темный брат пригляделся внимательнее. Так и есть, гадская трусливая тварь, пришедшая поживиться. Мало того - альтмер! Локи чуть сдвинул руку с кинжалом и полуприкрыл глаза. Вымазанный в своей и чужой крови, ободранный  - он вполне смахивал на труп. Оставалось только подождать, когда этот любитель дармовой наживы подберется поближе.
Альтмер огляделся и  настороженно прислушался, но в святилище было тихо. Вывернув карманы и обшарив за пазухой очередного мертвеца, мародер неслышно прошел в самый центр комнаты. Голова огромной статуи Принца даэдра терялась в сумраке под потолком. Прямо перед ней, у алтаря, разметав руки валялся бездыханный жрец с перерезанной глоткой и какой-то старик. А чуть правее, полуобнаженный дохлый данмер. Грабитель внимательно оглядет тела, и решив, что с данмера нечего взять, склонился над жрецом, пытаясь поверить, что дельного можно обнаружить в карманах мантии. Руки привычно отдергивали ткань, но в этот момент, он каким-то чудом уловил краем глаза мимолетное движение. Многолетняя тренировка спасла ему жизнь - нож только располосовал плечо, и сам он успел метнуться в сторону и обернуться. Прямо напротив стоял окровавленный данмер, тот самый что секунду назад трупом валялся на полу. В сумраке святилища обезумевшие глаза горели холодным красным огнем, рот исказился усмешкой, скорей похожей на оскал мертвеца. Альтмер сглотнул, острая жгучая боль начинала расползаться по телу. Яд, и очень сильный яд. Клинок в руках напавшего был отравлен. Проклятье. Да и кто он? Оживший покойник, или живой мер?... Тень страха закралась в душу мародера, но раздумывать было некогда, и он с воплем, выхватив короткий меч, прыгнул вперед. Но там уже никого не было, сталь рассекла пустоту. Данмер успел нырнуть у него под рукой и теперь его нож обрушился сбоку, вспарывая плоть высокого эльфа, и заставив упасть на камни полуразрушенного алтаря. Рука судорожно несколько раз взметнулась вверх и опустилась - превращая тело  в кровавое месиво. И снова удар. Еще, еще… Локи уже не слышал воплей мародера, глаза заволакивала багровая пелена, а забрызганная кровью рука с кинжалом продолжала с остервенением крошить плоть грабителя.

Антимони выпустила из рук стопку тонких пергаментов, и они рассыпались по столу и по полу светло-бежевыми квадратами, покружившись в воздухе. В покоях Матери Ночи не обнаружилось ровным счетом ничего, что могло бы представить ценность для гильдии Мораг Тонг, видимо, карты и секретные сведения Севера держала в тщательно скрытом тайнике. И что-то подсказывало девушке, что тайник непременно должен быть где-то здесь. Но ящики стола с богатыми резными ручками легко выдвигались, открывая взору свое содержимое – от амулетов и колец до книг по боевым искусствам, но все это, конечно, было сущей ерундой, и чем больше искала Антимони, тем яснее понимала, что Мать тщательно прячет где-то нечто более ценное. Увлекшись поисками, данмерка почти позабыла о том жутком страхе, что заставлял ее буквально ползти в эти покои. Прихваченный в коридоре факел позволял осмотреть каждый угол уютного жилища Северы, что служил ей и кабинетом и спальней, правда, покои для отдыха отделялись высокой ширмой и выглядели намного изысканней нежели строгий темный кабинет…
От прорезавшего тишину дикого крика девушка едва не выронила факел из рук. Рыжие волосы взметнулись и снова легли на ее плечи. В одно мгновение в мозгу пронеслось множество картин, но ни одна из них не показалась ей более убедительной. Крик раздавался вновь и вновь, отражаясь от высоких сводов Альд Соты, пока не перешел наконец в предсмертный хрип. Только сейчас девушка поняла, что слышала шорох осторожных шагов. В святилище оставались живые… или быть может они явились сюда чуть раньше нее. Покинув комнату Матери Ночи, Антимони замерла возле лестницы, круто уходящей вниз. Все стихло, теперь девушка слышала только треск факела, что коптил у нее в левой руке. Правая лежала на поясе, сжимая в серых пальцах перья парализующего дротика. На лице данмерки мелькнула улыбка – против, скажем, дреморы, такой дротик был бы очень полезен, - Анти подавила нехороший  смешок. Чувство невыполненного долга перед Гильдией и назревающее любопытство не позволило ей без оглядки броситься прочь из этого жуткого, полного смертью места. Вместо этого девушка, стиснув покрепче факел, стала медленно спускаться вниз… Свет становился ярче, проливаясь на нижнюю часть лестницы сквозь распахнутую внизу тяжелую дверь. Конечно, и этот свет был на самом деле полумраком, но для чувствительных глаз темной эльфийки он показался сейчас почти таким же, как давал ее факел, который теперь видимо был не нужен. Но источник огня в руке предавал данмерке странную уверенность, она понимала, что в слуае чего, ей легче будет ткнуть вперед факелом и выхватить нож, чем сотворить заклинание. Первое, что бросилось в глаза девушке, стоило ей поравняться с дверью – склонившаяся над алтарем фигура данмера, одной рукой сжимавшая окровавленный клинок, а другой удерживающая все еще трепыхающееся тело какого-то несчастного эльфа.
Loky
\\ Флудили Антимони и Локи \\

Глаза альтмера закатились, изо рта с бульканьем валила кровавая пена, но Темный брат продолжал по инерции наносить удары. Обезумевшие красные глаза данмера, на забрызганном чужой кровью лице, казалось не видели ничего вокруг. В ушах стоял оглушительный звон.
Наконец рука сжимавшая клинок, в изнеможении опустилась. Стоя над вывороченным трупом, Локи тяжело оперся о жертвенник, и неожиданно почувствовал как ладонь утонула в чем-то липком. Темные, почти черные, тонкие струи крови, промочив всю одежду мародера, стекали по камню алтаря, вычерчивая замысловатый узор смерти, наполняя воздух приторным, тошнотворным запахом. Данмер отрешенно посмотрел на свои вымазанные в крови руки, потом медленно поднял глаза вверх, и неожиданно улыбнулся. Да, он стоял перед статуей Мехруна. И на его алтаре, он только что прирезал это крысиное отродье, желавшее поживиться за счет мертвецов. Прирезал, как веками это делали жрецы принца даэдра, принося ему жертвы. Так что это было – сон, или явь? Видел ли он тогда Боэту и Мехруна, или это все померещилось, и он просто подыхал?
Локи тихо усмехнулся оглядев вновь альтмера, и следуя какому-то непонятному, необъяснимому желанию, вывернул одним движением клинка из зиявшей раны кровавый кусок плоти. Сердце. Окровавленное сердце, все еще слабо трепетавшее, но уже готовое вот-вот остановить, с противным чавкающим звуком шлепнулось на серебряное блюдо у подножья изваяния. Пламя жаровен дрогнуло, и по святилищу покатился невнятный шопот. Повинуясь внезапному наитию, данмер скрестил руки в сакральном жесте, и его хриплый голос начал поизносить слова древнего речитатива, которого он никогда толком не знал, а только слышал мельком пару раз от жрецов. Но сейчас это славословие словно само собой всплывало из глубин памяти, сплетаясь в тонкий узор заклинания и молитвы Лорду Даэдр, опутывая пеленой святилище и создавая незримую связь двух миров, по котрой душа убитого альтмера начала свой путь во владения Мехруна Дагона.
Пламя жаровен разгоралось все ярче, словно слова молитвы подливали в них масло. Тяжелый запах смолы и крови дурманил голову Локи, и он уже не слышал собственного голоса, когда произносил последние слова молитвы.
- Во имя твое…
Хриплый, громоподобный смех прозвучавший в сознании, оглушил его как тогда во сне:
- Хорошее начало, смертный, я принимаю твою жертву, жрец мой, Келхакс.
Данмер пошатнулся. Сон был реальностью. Как и то, что Мехрун дал ему вместе с жизнью и новое имя. Красные глаза закрылись, словно стараясь скрыть невнятную ярость и еще более странное ощущения восхищения, заполнившее душу новоявленного жреца. Но через мгновение на статую Принца Бурь посмотрел уже тот, кто принял этот дар Мехруна. Келхакс склонился в коротком поклоне, и опустив взгляд на пол, наткнулся на катану, валявшуюся прямо возле трупа старика –лекаря. Жрец быстро подхватил ее, и убрав в посох-ножны, оглянулся – прямо на лестнице, у дверей стояла данмерка с факелом.
- Келхакс? - переспросила девушка, чувствуя, что только что стала свидетельницей темного ритуала, во славу Лорда Бурь. Статуя Мехруна Дагона словно дрожала от недавно прокатившегося по ней звука, оставившего яркий след в сознании смертных. Отбросив факел и не обратив внимания на распластавшийся под ногами труп какого-то старика, Антимони приблизилась к Темному Брату, - Значит ты... вовсе не убийца Локи? Я ничего не понимаю, ты должен был быть мертв, мне сказали, что приказ... выполнен...
Кривая усмешка скользнула по лицу бывшего Темного Брата:
- Так значит приказ все-таки был принят к исполнению. Ну что ж, можешь считать, что он выполнен, - данмер тяжело посмотрел на девушку. – Локи умер, ну или по крайней мере – его сейчас нет среди живых. Мое имя отныне Келхакс, и я служу только Принцу даэдра.
Данмер еще раз сощурившись посмотрел на нее.
- Ты не должна быть здесь, и видеть все это.
- Я уже видела это и теперь знаю несколько больше, чем следовало бы... - она остановила свой взгляд на окровавленном и изувеченном теле альтмера, - Меня не интересует твой дар Мехруну, я служу Мефале и  жертвы мне указывает она. Ты неважно выглядишь, хотя если считать, что наш Грандмастер думает, что приказ выполнен, то мне просто непонятно, как ты мог выжить после встречи с моим коллегой. Быть может ты и вправду... Келхакс, а не Локи?
Данмерка прикоснулась к его руке, по которой струйкой стекала кровь - не то жертвы, не то нового жреца Мехруна:
- В любом случае с твоими ранами надо что-то делать, иначе... - закончить фразу она не решилась, внушительная статуя Принца все еще гудела и этот гул отдавался в ушах.
Келхакс только молча кивнул. Боль хоть и не сильно давала о себе знать, но заняться лечением было просто необходимо. Кроме того, расхаживать в окровавленном виде, в изодранных штанах – было мягко говоря, не разумно. Данмер быстро оглянулся, пытаясь сообразить, что может подойти для этой цели. Раздевать трупы как –то не хотелось. Наконец он заметил, лежавшую под поваленным столом сумку. Внутри оказался сверток с поношенной, но чистой рубахой и мантия, испесчренная рунами-глифами. Келхакс осторожно развернул ее. Да, похоже, даже такие мелкие детали, подтверждали, что с волей Мехруна сейчас не поспоришь – ибо это была мантия, покойного жреца Принца даэдра. Перекинув сумку через плечо, данмер вопорсительно кивнул Антимонии:
- Там наверху, в покоях Северы, кажется была вода. Ты мне поможешь?
- Да, пойдем, - девушка первой отвела взгляд от алтаря и изваяния довольного жертвой Принца и, направилась к лестнице, на всякий случай приготовив кинжал. Хотя внутреннее чутье подсказывало ей, что теперь - они только двое живых, оставшихся в этой древней и мрачной обители. Келхакс неслышными шагами шел рядом, как мог ходить только убийца. Недвижное тело Матери Ночи более не вызвало у девушки никаких эмоций - она больше не была одним из лидеров сильнейшей организации Тамриэля, это была всего лишь убитая имперка. После недавнего обыска Антимони прекрасно помнила, где Мать хранила лучшие лекарства, предназначенные лишь для элитных убийц Темного Братства. Тут же, в ее личных покоях нашлась и чистая вода.
- Что бы ты ни говорил, а тебя изрядно поцарапали мои коллеги, - тихо сказала девушка, когда большая часть крови с рук и тела жреца была смыта, - Должно быть тебя очень любит твой Повелитель…
- Или я его очень устраиваю, - с сарказмом усмехнулся в ответ жрец, ничуть не смущаясь, что Мехрун может быть не доволен этим не совсем уважительным заявление. – В любом случае, раз я жив, значит на то была его воля…
Келхакс непроизвольно поморщился, когда тонкие пальцы девушки случайно задели по свежезатянувшейся ране. Всего пару часов назад, его латал лекарь Темного Братства, и вот теперь – этот знахарь валялся холодным трупом, а представительница Мораг Тонга теперь мазала каким-то целебным бальзамом свежие рубцы на его шкуре.
- Тебе не кажется это странным, ты должна была меня убить, точнее убить Локи, а сейчас сама помогаешь мне. – Келхакс пристольно посмотрел в глаза данмерки  и осторожно перехватил ее руку. –  В жизни случаются странные вещи…
- Мы не вправе судить о том, что неподвластно умам смертных, - она вскинула ресницы и ответила ему не менее прямым взглядом, - Если бы Мефале было угодно, я бы не смогла пойти против воли Госпожи. Но теперь, когда в моей Гильдии больше нет приказа на твою голову, я осознаю, что боги затевают игры, которых нам не понять...
- Возможно нам и не нужно их понимать…. А стоит принять как есть, - рука жреца скользнула по волосам данмерки, запрокидывая ей голову назад, и он впился в ее губы поцелуем. Разве имело что-либо теперь значение? Наверно нет. Келхакс потянул девушку за собой на кровать Северы, на ходу расстегивая на груди данмерки пуговицы, и не мало не беспокоясь, что бывшая хозяйка этих покоев , лежит мертвая прямо за ширмой.

------------------------------------// Продолжение вырезано цензурой //-------------------------------
Antimony Fyr
Окрестности Балморы

Мальчишка разлепил веки и поморщился от боли – все суставы его затекли, голова невыносимо ныла, а при движении губами он ощутил, что они сухи от песка и пепла. Астьен заставил себя сесть, прислонившись спиной к неровной стене норы, которая стала убежищем ему на эту ночь. Снаружи подвывала пепельная буря, нанеся через узкий лаз пещеры длинную косу песка и золы. Проклятый песок хрустел и хрустел на зубах, и юноша никак не мог избавиться от него, ежеминутно отплевываясь. Хотелось пить, не говоря уже о голоде, что весь вчерашний день пожирал молодого мага изнутри, пока петляя и спотыкаясь, он брел прочь от ненавистной ему Кальдеры. Да, он возненавидел этот город и все связанное с ним по той одной причине, что потерял там своего новообретенного товарища. Одиночество сдавило грудь мага с силой, не сравнимой ни с голодом ни с пронизавшим его сквозь простую робу ознобом. Они почти не говорили, он почти ничего не знал об этом мрачном и холодном данмере, но рядом с ним он уже был кем-то большим, нежели беглый воришка. Он мог думать о будущем, он почти поверил в него, а теперь эти силы оставляли его с каждой минутой, внушая веру в то, что кончит Астьен Риэль как последняя канализационная крыса в какой-нибудь придорожной канаве. За плечами у него не было ничего, кроме убогого воровского прошлого в Велотис Хавен, да ставших совсем прозрачными детских надежд. Словно в подтверждение его мыслям откуда-то из глубины норы показался розовый нос с короткими усиками. Жирная крыса, ничуть не смущаясь присутствия человека, деловито протопала мимо ног мага и уселась посреди ровного пола, сверкая бусинками глаз. Почему она не явилась ночью и вместе с сородичами не набросилась на тщедушного спящего мальчишку? Астьен шевельнул носком ботинка, но животное лишь снисходительно обернулось в его сторону и вновь уставилось в светлеющий серым утренним светом проем.
- Почему ты не боишься меня? – хрипло усмехнулся он, подобрав ноги и потуже затянув пояс мантии, - Считаешь меня жалким бродягой? Ничтожеством… Конечно, так оно и есть, ведь я всего лишь вор… бывший вор, у которого ничего не осталось и даже нечего пожрать. Ты вон какая жирная…
Крыса задумчиво переставила лапы и сделала толстый розовый хвост полукругом.
- А я уже было поверил, что выберусь из этого дерьма… - горько усмехнулся мальчишка, взьерошивая давно не мытые льняные волосы. Собственно, его жизнь когда-то зависела от нерадивой мамаши, позже – от принявшей его Гильдии Воров, а теперь он впервые оказался полностью предоставлен самому себе, но цель, во имя которой стоило выносить все выпадающие на его долю тяготы, вдруг померкла и он усомнился в том, была ли она вообще. Долгое время они провели молча – дремавшая и нахохлившаяся на непогоду крыса и подросток-вор, рожденный быть магом. Негодование пришло внезапно, окатило горячей волной лоб и грудь юноши, ударило в затылок. Астьен вскочил на ноги, отбросив со лба наползший грязный капюшон:
- Убирайся прочь! Уходи! – он шаркнул ногой перед носом удивленного животного и крыса попятилась. Астьен, тяжело дыша, метнулся ко входу в пещеру. Глаза застилал гнев, не находящий никакого выхода… Нужно было идти… - Убирайся! – снова крикнул он. Пару раз моргнув бусинками глаз, недавняя собеседница мага потопала прочь. Он проводил ее взглядом до расположенной у пола щели, пытаясь справиться с нахлынувшей злобой… Звук разорвавшегося огненного шара оглушил мальчишку, ударная волна отбросила к стене и он больно ударился головой. Зажмурив глаза, он попытался остудить пальцами опаленные веки, но руки все еще хранили огонь слетевшего заклинания. Черный скелетик, секунды назад бывший серым пушистым животным рассыпался в прах.
- Меня ждет другая участь… - прошептал Астьен и, подавив головокружение, запахнул робу и шагнул навстречу пепельной буре.

В Южной Стене, как и в любом другом подобном месте Трикстера ожидали чужие лица и столь удобная атмосфера незнакомой забегаловки, в которой можно было незаметно раствориться. К сожалению, столики, позволявшие незаметно наблюдать за всем происходящим и не привлекать к себе внимания, уже были заняты какой-то разношерстной компанией. Однако, приглядевшись, внимательный путник мог бы заметить, что компания была не шумна и на удивление мало выпивала. Вор успел уже покончить с ужином, когда в глаза ему бросилось странное переглядывание между двумя сидящими в разных концах зала субъектами. Присмотревшись, он нашел у обеих взглядов общую точку опоры. За лучшим столиком, уставленным разнообразной снедью яростно спорили двое. Судя по репликам, обрывки которых могли доноситься до более любопытных ушей, эти два человека торговались и предмет торга находился в лежащей справа от стола сумке. Это было нечто вытянутое, заботливо обернутое тканью и по форме более всего походило на лук. Спор между людьми временами перемежался стуком глиняных кружек и чавканьем, после чего разгорался с новой силой. Наконец тот, что был повыше, взъерошенный потный бретон с толстой шеей и пепельными волосами больше походивший на норда, с силой хлопнул по плечу собеседника и они заржали. После принятия обоим выгодной цены мужики расслабились и принялись размеренно надираться, а тот, кто был покупателем, сально рыскал глазами в поисках девок… Не прошло и часа, как недавние спорщики размякли и начали кричать служанку или кого еще, чтобы дали комнату. Покупатель оказался гостем и через какое-то время, заботливо подобрав сумку, где помимо лука виднелся и колчан со стрелами, начал требовать к себе нежного внимания какой-нибудь красавицы. Как видно, с красавицами здесь оказалось туго, и, когда хозяйка привела к нему высокую и нескладную девку, он еще громче начал возмущаться. Девка, хотя и по выражению лица слегка напоминала удивленную кобылицу, довольно мило взяла мужика под руку и предложила проводить в комнаты. Хмыкнув, покупатель горячо распрощался с раскрасневшимся бретоном-продавцом, с которого уже лил ручьями пот, и вместе с девушкой и покупкой удалился наверх. Но вор успел заметить, как под откинувшимся краем ткани мелькнула редкой красоты резьба, украшавшая прекрасное оружие.
Antimony Fyr
Альд’рун, Зал Совета Редорана

Гольвен Хлеран встретил слегка запыхавшуюся Лас у дверей и одобрительно кивнул, видя, что девушка готова отправиться на задание хоть сейчас – при ней была и одежда и необходимая амуниция. Сделав жест рукой, данмер проследовал мимо покрытой ковром скамейки, на которой скромно ожидал храмовник:
- Познакомьтесь, сэра Лайкалассе, с Вельмси Теланнором. Возможно, когда-то вы и видели его ранее, но в последние годы он много времени проводит в Вивеке, читая проповеди и расшифровывая старинные рукописи. Надеюсь, я получил правильное представление о ваших занятиях, уважаемый? - обратился Гольвен уже к священнику. Пойдемте в мой кабинет, господа, и вы поймете, что чувство долга не зря привело вас сюда. Снова грядут тревожные времена, и только истинная вера и преданность Дому способна помочь нам в борьбе с неотвратимым злом.
По правде говоря, в устах Хлерана все эти высокопарные фразы о верности звучали несколько фальшиво, но он годами говорил одно и то же, а потому слова с губ слетали легко. Путь к заместителю Советника Ллетри был для уже немолодого редоранца довольно тернистым, и уж чем-чем, а своим тепленьким местечком он ныне дорожил. А потому считал, что самое главное – убедить тех, кто служит Дому, в том, что за преданность им воздастся по заслугам. В конце концов, он и так пережил достаточно лишений и трудностей, чтобы теперь позволить себе кинуться головой в пекло. А в месте, куда предстояло держать путь этим четверым смельчакам, опасности были пожалуй, посерьезнее тех, что встречались самому Хлерану. Гольвен оглядел собравшихся и внезапно ощутил укол совести – где-то глубоко внутри он веровал в силу Троих и не хотел бы попасть в немилость Храма за то, что посылал людей на верную смерть. Но идти с ними… (данмер уселся в кресло и поежился) он уже недостаточно ловок во владении оружием, да и не так молод. «Мы же поступаем так во имя Троих, во имя безопасности Дома» - утешил он себя, а вслух сказал:
- Оговорюсь сразу – поручение Совета потребует от вас самоотверженности и выдержки, но вы, воспитанные как благородные воины, не отвернете лицо, встретившись с мерзкими созданиями, что питаются силами и кровью невинных людей, – слегка вдохновившись, данмер подался в кресле вперед, - Но для начала, немного предыстории. Триста с небольшим лет назад в Доме Телванни правил сумасшедший и несговорчивый старик Андрети. Глубоко презирая истинную веру, этот нечестивый маг водил дружбу с тварями из Забвения, призывая их и заставляя помогать в своих грязных делах! Не скрою, говорят кто-то из Принцев Даэдра покровительствовал этом ненормальному телваннийцу и даже помог ему осуществить задуманное дело по сотворению нескольких весьма могущественных вещей!  Мы не располагаем более подробными сведениями, но достоверно известно, что все свои творения Архимагистр Андрети описал в книге под названием Обратная сторона Секунды, которой он посвятил всю свою полную греха жизнь. В книге, по обрывочным сведениям, описывалось как создание магом артефактных вещей, так и пророчество о том, что наследница его рода, получив в руки предназначенные ей вещи, обретет великую силу. Так вот, мутсэры, - Хлеран вздохнул и даже судорожно глотнул пересохшим ртом, - Судя по волнениям в Доме Телванни, наследница существует, и мы не можем допустить возвышения этой, с позволения сказать, колдуньи, и дать ей возможность завладеть сильнейшими артефактами рода Андрети. Не спрашивайте меня, где они находятся, ибо я не знаю этого. Но я знаю, где искать книгу. Книга похоронена в Родовой гробнице Андрети вместе с прахом Архимагистра и вам предстоит забрать ее оттуда и передать Совету. Карта местности перед вами.
Редоранец протянул слегка помятый желтый лист Лайкалассе и продолжил:
- Это возле Балморы, местные жители укажут вам тропы туда, так как место хорошо известно… Не раз и не два обосновавшиеся в склепе вампиры утаскивали людей и меров в свое логово и обращали в рабов либо умертвляли. Вот в сущности и все… Принесите книгу и Совет с почетом наградит вас как лучших служителей Дома и Троих…

Вельмси Теланнор и Лас украдкой разглядывали двоих наемников, которые за время присутствия в кабинете Хлерана ни проронили ни слова. Первым был равнодушный на вид темный эльф – воин с коротко остриженными черными волосами, одетый довольно просто, без доспехов и оружия. Задумчивый взгляд его говорил о том, что подобного поручения он не ожидал, и меньше всего ему улыбается лезть в полную кровососов гробницу. Тем не менее он поднялся со стула, протянул руку храмовнику и слегка поклонился Лас:
- Матис Индрано, - представился он, очевидно полагая, что одного имени будет достаточно, чтобы получить полное представление о том, кто стоит перед ними. Сложив руки на груди он вопросительно взглянул на четвертого члена новоявленной команды и тот только сейчас подал признаки жизни…
Этот человечек мог быть кем угодно – аптекарем, продавцом книг, учителем грамоты, ученым, но уж никак не походил на охотника за вампирами! Он был невысок, в меру упитан, голова его, круглая и гладкая как отполированный шарик, возле ушей и ниже затылка была украшена остатками некогда пышных русых кудрей. В нагрудном кармашке уютной широкой мантии, перехваченной широким узорчатым пояском, виднелся носовой платочек и ручка от увеличительного стекла. Он дружелюбно оглядел собравшихся и развел немного пухлыми руками, словно собирался сказать «здравствуйте дети».
- М-м-меня зовут Ф-ф-фарикус, я м-маг, - заикаясь на каждом слове выдал он и слегка покраснел. Девушка была красивой и смотрела на него с таким нескрываемым любопытством, что человечку стало неудобно. Быть может он и неверно истолковал взгляд этой лесной эльфийки, но, помявшись, решил отложить более подробную презентацию на потом и уселся на место. Матис хмыкнул, равнодушие на его лице сменилось вопросом – для чего вообще этого «аптекаря» посылают в столь опасное место, если не для того, чтобы путаться под ногами у него, бывалого воина.
- Надеюсь, вы узнаете друг друга лучше, - в заключение произнес Гольвен, - И не стоит недооценивать нашего великого Фарикуса, он действительно боевой маг, и, когда вы увидите его в работе, то поймете, что глубоко заблуждались.
Прозвучало сие не убедительно, но ничего, кроме как оставить подобные выяснения на потом, четверым редоранцам не оставалось. Один за другим они покинули кабинет Хлерана.
Dro'Anton
- Очень приятно, мутсеры! - начал было Вельмси, пытаясь прервать молчание между авантюристами, шедшими по коридорам Зала Совета Редорана, - Думаю, что это великая честь служить Альмсиви в этом нелегком, но богоугодном деле. - Эти слова, если бы они звучали не из уст Вельмси, звучали бы высокопарно, но Теланнор был опытным служителем Храма Трибунал, он был, если конечно можно так выразится, великим знатоком людей и меров, и их психологии. Он знал что сказать... - Однако, мутсеры, какой будет первый шаг? - продолжил Вельмси, смиренно и неторопливо...
Laikalasse
Мягкость и обходительный тон служителя Троих вызывали странные ассоциации с неторопливыми и подслащенными манерами хаджитов, впрочем, этот священник оставлял в целом положительное впечатление. Чего не скажешь об этом надменном наемнике, чье высокомерие было бы куда уместнее в лице представителя Телванни, а никак не редоранца. Что из себя представляет последний член их команды, Лайкалассе пока не могла сказать, но с первого взгляда поняла, что маг не так прост, как кажется.
Сворачивая карту, девушка повернулась к священнику и ответила:
- Первый шаг, думаю, нам ясен, господа. Путь наш лежит в Балмору. Прежде чем взяться за дело, предлагаю остановиться в одной из таверн, разведать обстановку, а уж потом соваться в вампирскую гробницу. Возражения или другие предложения есть?
Матис Индрано промолчал, не удостоил их ответом, очевидно, решив, что его спутники недостойны такой чести. Фарикус заискивающе закивал головой. Девушка ободряюще улыбнулась ему, и тот нерешительно заулыбался в ответ. Вельмси с интересом наблюдал за этой троицей.
Выйдя из Скара, четверка направилась к порту силт страйдеров. Закат золотил верхушки сторожевых башен и крыш домов, отбрасывал длинные тени на залитые красными и оранжевыми лучами улицы Альд'руна. В этот час многие наслаждались чудесной погодой, свободной от пепельных бурь: Лайкалассе посчитала это добрым предзнаменованием и залогом успешного завершения их приключения, на пороге которого они еще пока только стояли.
В городе босмерку многие знали и при встрече приветственно кивали ей и ее спутникам: Брат Дома Редоран пользовалась популярностью и уважением среди обывателей. Она шла по широкой главной улице, печатая шаг, уверенная в себе и спокойная. Ее осанка говорила о благородном происхождении, твердая тяжелая походка - о непоколебимом и непреклонном характере, отличавшемся некоторой прямолинейностью и порывистостью. Она знала себе цену, эта редоранская дочь. Фиолетово-карие глаза глядели сурово и серьезно на всякого, кто смотрел в них. В них светился ум, который способен найти выход, казалось, в любой, самой безвыходной ситуации. Лайкалассе была воином, которому, однако, не чужда магия, особенно алхимия. Ее облачение составляли почти полный стеклянный доспех, длинный редоранский лук и колчан с зачарованными стрелами за спиной, кроме того, на поясе висели серебряный ледяной меч по имени Сосулька и стеклянный кинжал. Увидев меч, Матис фыркнул: уж его-то клинки были особенными.
Четверка приблизилась к вышке порта, и босмерка кинула в ловко подставленные руки караванщика плату за проезд. Тот хитро прищурился, оглядев всех, потом вздохнул и жестом пригласил на борт клеща. Девушка ловко прыгнула на спину насекомого и уселась, поджав ноги, закутавшись в длинный светло-коричневый, цвета песка, плащ. Рядом с ней, почувствовав доброжелательность босмерки, устроился Фарикус. Вельмси ничего не осталось, как сесть позади них, вместе с наемником. Махнув рукой, караванщик Навам Верам тронул силт страйдера.
Балмора встретила их сгущавшимися сумерками. В дороге Фарикус и Лайкалассе о чем-то тихо разговорились, и маг почувствовал себя немного свободнее. Вельмси, судя по виду, пытался понять, что из себя представляют его спутники. Наемник же по-прежнему хранил высокомерное молчание.
Спрыгнув с силт страйдера, Лайкалассе обратилась к спутникам:
- Предлагаю переночевать в "Южной Стене". Эта таверна вызывает у меня приятные воспоминания о минувших днях, к тому же, там мы сможем узнать больше, чем в других местах.
- Отлично, пойдем к ворам! - не удержался Индрано.
- Можете отправляться в таверну по соседству с Камонна Тонг, если вас не устраивает, - отрезала девушка и более приветливо посмотрела на имперского мага и данмера-священника. - Что скажете вы, господа?
- Леди, видимо, знает, о чем говорит, - поддержал Фарикус: его восхищение красивой редоранкой ясно свидетельствовало о том, что он полностью доверяется ее мнению. Лайкалассе вопросительно воззрилась на Вельмси Теланнора: похоже, тот тоже не возражал.
- Ну вот и славно, - кивнула она, не обращая внимания на уставившегося на нее исподлобья злобным взглядом Матиса, развернулась на каблуках и направилась в сторону моста, перекинувшегося через Одай. Вскоре вся компания входила в "Южную Стену", где гостей уже встречал довольно потиравший руки в предвкушении хозяин заведения Бакола Клосиус.
Dro'Anton
Усевшаяся за столом, четверка авантюристов была объектом подозрительных, но любопытных взоров посетителей и завсегдатаев таверны. Однако Вельмси это не смущало в силу его характера и места службы. Служение Троим сделало из него настоящего ценителя жизни...

Вельмси слегка захотелось есть, но он вполне мог перетерпеть, однако он посчитал своим долгом, долгом порядочного эльфа, предложить своим компаньонам отобедать... "Мутсеры, как насчет того, чтобы принять трапезу? Я сочту за честь расплатиться за нее" - данмер обладал скромными финансами, но он счел лучшим решением предложить еду своим партнерам...

Вкусная, сочная скрибятинка, питательное мясо грязекраба, свежие яйца квама и многое другое - все это лежало на принесенных блюдах и все это было тем, чем славилась таверна "Южная Стена"... Естественно не обошлось без молитвы Альмсиви за пищу, дар Троих...
Falca
//флудили Анти унд Фалька

ХРРРЯСЬ!

Так для него начался следующий день - с беспокойного сна, внезапного пробуждения, непроизвольного рывка и, как следствие - хорошей объемистой шишки на башке. Ругаясь про себя грязнее, чем распоследний матрос на грузовых кораблях людишек, Барем Арьени лежал на спине под лодкой, тупо созерцал мокрые доски над собой и растирал ушибленный лоб. В этих досках и боли от удара сейчас заключалась для него вся реальность, потихоньку вытаскивая в себя из полузабытья вчерашний стремительный рой событий, кажущихся в эту минуту лишь частью дурного сна... Нет, все было реально. Как это мокрое дерево над головой. Как шишка на лбу. Как... холодный пот внезапно прошиб данмера, пока он лихорадочно шарил рукой рядом с собой по траве - но нет, слава богам, оно на месте. Рука любовно обхватила древко копья, уверенность хватки понемногу перетекала в уверенность ее владельца, подпитывая почище магического пойла. Наемник окончательно вернулся в этот мир. Вдох, выдох. Еще. Спокойно, размеренно. Едкий смешок сорвался с губ, чуть разомкнув их в саркастической улыбке. Арьени умел смеяться над собой. Но никто, кроме него, не обладал сим исключительным правом. Были, конечно, и такие, кто думал иначе. Были... когда-то.
Другой бы сейчас на его месте толкнул лодку и выбрался на свет, разминая затекшие конечности. Более осторожный - прислушался бы, осторожно приподнял один край, другой... Барем же, все так же безмятежно лежа на спине под суденышком, принялся творить заклинания. Легкое лечение на голову - снять тупую боль. Обнаружение жизни... все тихо, за исключением редких быстрых и хаотичных перемещений - так ведут себя рыбы. Обнаружение нежити... на всякий случай - магии... нет, чисто. Все чисто. Разве только издалека - рассеянный импульс, как от чего-то очень мощного - ну да, там башня. Все верно. Приподняв лодку над собой, маг просочился в образовавшуюся щель и вытащил оружие за собой. Затянутое тучами небо не говорило ничего о текущем времени суток - это с одинаковым успехом могло быть утро, полдень, или даже начало вечера. Учитывая, что уснул он на рассвете, Барем все-таки склонялся ко второй версии. Он поежился и критически осмотрел свое убранство. Мокрый и грязный балахон, несмотря на свое состояние, выполнял минимальную функцию согрева - без него было бы заметно прохладнее. Пройдясь взад-вперед, данмер пару раз присел, подпрыгнул, возвращая замерзшим ступням ток крови, после чего приподнял лодку и извлек из-под нее узелок с провизией. Сухари после ночных приключений являли собой кашу-размазню, вяленое мясо размокло и потеряло всякий вкус, однако эти ничуть не мешало наемнику, присев на лодку, уписывать их за обе щеки, перемежая глотками из фляжки с мацтом. Еда в любом ее виде восстанавливала потраченные силы, а в силу сложившейся привычки Барем не брезговал ничем - да, он ценил изысканные напитки и яства, но случалось едать и такую затравку, живую и не очень, рядом с которой его нынешний завтрак - или обед? или ужин? - мог показаться божественным даром, ниспосланным свыше.
Однако продолжать путь в таком виде совершенно не хотелось. А значит, сейчас следовало убраться подальше от башни и найти место, где можно без привлечения лишнего внимания развести огонь и привести себя в приличествующее состояние. Арьени еще раз прощелкал заклинаниями обнаружения, удовлетворенно кивнул, четким движением перевернул лодку, погрузил в нее все необходимое и прикинул запас сил... Да, можно было позволить себе небольшую роскошь. Довольно прищурившись, маг сотворил еще одно заклинание, после чего, волоча за собой лодку, скользнул на воду, словно по твердой земле, зашел с кормы и бодро рванул по поверхности залива, разгоняясь все больше и разгоняя челн вместе с собой, в то время как инерция того позволяла наемнику двигаться быстрее и свободнее.

Вода дошла почти до колен убийцы, когда он вдруг встрепенулся и поднял голову. Багровые огни Альд Соты, что мерещились ему в неспокойном сне, сменились темными точками перед глазами и звоном в ушах. Дыра в днище оказалась намного серьезнее, чем он мог подумать сначала, когда они с напарницей судорожно гребли прочь от Садрит Моры. Теперь, всего за какие-то пару часов лодка едва ли не наполовину наполнилась водой. Темный брат зачерпнул ладонью зеленоватой воды, в которой еще плавали намокшие обрывки свитка Возврата. Теплая. Что-то неспроста, в это время года она обязана быть ледяной... Сквозь дымку где-то по правую сторону угрожающе торчали в стороны отростки старой башни Тель Фир. Данмер тяжело вздохнул, подавляя внутри тревогу и прикинул расстояние до ближайшего островка. На раздумья у темного брата оставалось чуть больше секунды, но он успел. В дырявое дно дряхлой лодочки из-под воды ударило что-то тяжелое, волной выкидывая прочь эльфа. Не оглядываясь и не раздумывая, данмер греб к берегу, а это что-то огромной тенью следовало за ним под водой.

Нужное место нашлось довольно скоро - добежав до гряды островков южнее Тель Фира, Барем заприметил пещеру - вполне, на первый взгляд, естественного происхождения и без признаков каких-либо обитателей вроде контрабандистов или отшельников. Заклинания хватило в обрез, и разогревшийся от бега маг за несколько футов до берега ухнул по колено в мутноватую воду. Холодной она не показалась, что Арьени отметил про себя как довольно странный факт. Но все это уже не имело значения. Вот оно, долгожданное укрытие - а это значит огонь, сухая одежда, сухая обувь и несколько приятных минут отдыха от вечной гонки за жизнь. Так думал наемник, выволакивая лодку на каменистый берег, однако на сей раз ему суждено было ошибиться...
Не успел он даже как следует осмотреть вход в пещерку, как с низкого берега, скрытого густо разросшейся травой высотой в человеческий рост донеслись дикие крики. За ними последовали всплески и на миг все затихло, но лишь для того, чтобы через миг взорваться вновь воплем о помощи. Голос захлебнулся водой, потонул, но на смену ему пришла бурная возня в зарослях травы. Барем увидел только спину чудовища - скользкую, покрытую тиной покатую поверхность и длинный, похожий на рыбий, плоский хвост. Утробно рыча, тварь волокла зубами по песку тело темного эльфа в сторону своего жилища - пещеры, где притаился Арьени.
"Шигорат тебе в глотку!" - подумал наемник, глядя, как тварь ползет прямиком к нему в гости. Укрытие явно было выбрано неудачно. Выбираться наружу было поздно. Наскоро накинув на себя невидимость, Барем повторил обнаружение - где-то в глубине теплилась чуть уловимая жизнь. "Тысяча даэдотов, она тут живет", - чуть ли не простонал про себя данмер, схватившись за голову. "Ну и попал ты, приятель", - заключил он в адрес себя любимого и юркнул в ответвление от прохода, ведущего у гнезду, предполагая, что тварь потащит добычу туда, где, скорее всего, сидели ее голодные отпрыски. Проход закончился небольшой круглой пещеркой, отрезав все пути к отступлению. Вжавшись в стену и покрепче вцепившись в копье, он постарался убраться с прямого обзора из коридора - невидимость держалась очень короткое время и вот-вот должна была сойти на нет.
Но наемник ошибся - прошло не так много времени, прежде чем в темном проходе послышалось зловонное сопение и показался чешуйчатый хвост твари. Проворно переставляя толстые лапы, зверюга втащила в комнатку добычу и принялась внимательно ее изучать, предоставив тем самым Барему возможность разглядеть обоих. Эльф был среднего роста, в изодранной темной рубахе и невнятного цвета штанах, на бедре правой ноги обильно пропитанных кровью. Обитатель же пещеры представлял собой нечто, смахивающее на громадную рыбу-убийцу, которая к старости решила обзавестись ящериными ногами. Тварь была немолодой - в некоторых местах шкура казалась словно протертой, но самое удивительное было в том, что на толстой шее четко прослеживался след от... ошейника. Даже чешуя там была мельче и чуть темнее, словно много лет зверь сидел на привязи. Удовлетворенно обнюхав данмера, чудище ухватило зубами его замшевый сапог и принялось жевать.
Сколько безмолвных проклятий сыпалось в это время на голову расчудесной зверушки, оставившей свой объемистый зад в проходе, отрезав единственный путь к выходу, было ведомо только высшим силам да Арьени, который эти самые проклятия изливал. Попавшийся твари на зубок данмер был почти цел и явно еще жив, заклинание никогда не врало. И это тоже было проблемой. Но не столь срочной, как то, что невидимости оставалось на несколько секунд... две.. одна... "Сейчас", - подумал маг и с размаху обеими руками всадил зазубренный наконечник копья в жабровую щель твари.
Повинуясь движению челюстей, зубы гадины впились в размокшую замшу сапога и прокусили его. Тварь зарычала и замотала головой, пытаясь избавиться от разрывающей голову боли, а через мгновение к рыку присоединился и вопль очнувшейся жертвы. Осознав, что его заживо пытаются сожрать, только что бывший бездыханным данмер заорал, что было мочи и дернул ногой, высвобождаясь из зубов зверя. Вместе с куском сапога во рту чудища остался и припрятанный за голенищем нож, который теперь звякнул о пол. Наконечник копья плотно застрял в голове твари и, как только пасть ее оказалась свободна, она рванула с силой вперед, к проходу. Арьени, быть может, удержался бы на ногах, но на пути его оказалась ожившая жертва, о ноги которой он и споткнулся, увлекаемый копьем.
- Держи его! - заорал ему в ухо незнакомец, пытаясь подняться.
Повиснув на оружии мертвым грузом, Барем также силился подняться на ноги, и в какой-то момент ему удалось обрести опору. Оказавшись в вертикальном положении, данмер был вынужден повторять все метания твари, чтобы в нем удержаться, однако свое дело он понемногу делал - наконечник ходил ходуном в жабрах, разрывая рану все шире и впиваясь глубже, а древко вместе с Арьени постоянно оказывалось сзади, на безопасном расстоянии от смертоносных зубов. Однако, к его вящему сожалению, именно там находился не менее смертоносный хвост, внушительный удар которого в конце концов заставил наемника распрощаться с копьем и отлететь к стене.
- Сссскампово отродье, - прошипел он, вскидывая руки для заклинания. Магическое пламя объяло рыбоящерицу-переростка, мгновенно высушив остатки влаги на ее теле. Чешуйки начали темнеть и плавиться, заставив тварь еще пуще забиться в агонии и заметаться по пещере, а слившийся со стеной в одно целое Арьени сейчас мог думать уже только об одном - как бы не попасть под еще одну такую раздачу, как только что словил.
- Ах ты сволочь! - заорал убийца, прокатившись по полу в дымящейся одежде и, наконец, подхватив свой кинжал. Вскочив на ноги он несколько секунд думал, на кого ему броситься - то ли на этого чокнутого мага, опалившего его с головы до ног так, что волосы успели не только высохнуть, но и съежиться, а одежда - затлеть, то ли на зверюгу, нарезавшую смертоносные круги в узкой пещерке. Но думать ему пришлось недолго, ибо тварь напоследок кинулась на свой несостоявшийся обед, с ревом разевая пасть. Серая рука с быстротой молнии ударила кинжалом в толстый язык зверя, а на следующем ударе - в горло, распоров его насквозь. Издыхая, она все-таки успела зацепить зубом руку убийцы, после чего опрокинулась на спину и перестала шевелиться. Лишь хвост и задние лапы подергивались еще какое-то время.
- Сволочь ты, колдун, - объявил данмер, стащив, наконец с себя остатки обгоревших и изжеванных сапог.
- Также рад познакомиться, - съязвил Барем, с трудом поднявшись на ноги и вырвав копье. - А теперь хотелось бы узнать, зачем ты в этих краях... проныра, - измазанный черной кровью твари наконечник, с которого свисали ошметки жабр, уставился на убийцу. Маг тяжело дышал, однако еще был вполне в силах повторить свой давешний удар по новой цели.
Antimony Fyr
Тель Нага, Покои Советника Нелота

Глаза, похожие больше на пылающие угли, бесстрастно обвели комнату, и один из слуг Нелота ожил. Дреморья рука крепче сжала копье, а закованные в броню сапоги едва не растоптали собственного хозяина – тварь из Забвения явно не ощущала присутствия в комнате земной оболочки Советника. Воин замер, вглядываясь в то место, где прятался под Невидимостью Аош Ниль. Под маской шевельнулось лицо младшего даэдра и низкий голос объявил:
- Здесь раб.
Второй призванный солдат слегка запрокинул голову, принюхиваясь. Вампирша, застывшая на шкафу, отметила про себя, что глаза дремор были словно сотканы из огня и не имели зрачков. Они ориентировались по своим собственным знакам. Раб не представлял ни малейшей опасности – по крайней мере, один раб никак не мог угрожать сильнейшему колдуну, поставившему в башне столь надежную защиту, а потому на него дреморы более не обращали внимания.
- Где хозяин? – странный голос снова ударил по чувствительным серым ушам неживой девушки, а рука в перчатке потянулась, ощупывая согнутые ноги вампирши. Они искали, обжигая взглядом каждый угол уютных покоев старого мага, но не находили опасности. И тут по другую сторону двери раздались голоса и топот. Несколько раз дверь пытались открыть при помощи заклинаний, что изнутри выглядело как синеватые вспышки вокруг дверного проема. Словно сговорившись, дреморы двинулись на звук и как по команде принялись методично высаживать заколдованную дверь. И она бы не поддалась, будь они смертными существами, но сила, данная в Забвении была мощнее давно наложенных чар. После десятка ударов замок взорвался густым снопом молний и вывалился из круглой двери. Первого стража дремора попросту смахнул с ног ударом копья, отчего тот кубарем покатился к стене. Второй успел ретироваться в дальний угол помещения, а третий – скользнуть в колодец. Не успел только Эндар, до последнего момента не веривший в то, что дверь может поддаться натиску изнутри. Даэдрическая перчатка сдавила горло несчастного, приподняв его от пола и заставив засипеть:
- Где хозяин? – вопросил страж из Забвения. – Где он?
Внук достопочтенного Дариса Дренима мог лишь беспомощно болтать ногами и взирать на своего мучителя огромными от ужаса глазищами. Рука разжалась, и маг шлепнулся на пол, несильно ударившись коленкой. В грудь ему смотрело острие клинка, отливавшее багровым:
- Веди к нему, - заявило существо, и Эндар инстинктивно отполз назад, к колодцу, указывая обеими руками на старика Нара, стоявшего рядом с Золотой святошей и наблюдавших всю неблаговидную сцену поведения телваннийской стражи.
- Новый хозяин башни вот! – выкрикнул молодой телванниец, тыча пальцем в Советника Марвани.
- Новый? – почти хором переспросили дреморы, приближаясь к самозванцу, – У нас один хозяин.



\\ Дем, Шаман и Нар - у кого вопросы по следующему ходу – пишите в личку или ловите меня в асе. Запрет на телепорты вне покоев Нелота не действует. За Святошу играет Нар, за дремор - ДМ. Лас, убери пожалуйста строчку, где ты говоришь, что твой перс обладает знанием магии Разрушения - для твоего класса такого навыка нет. Все споры как всегда вне игрового пространства, присылайте довольства/недовольства в личку.  smile.gif \\
Шаман
Аош Ниль

После фразы: «Здесь раб.» Аош уже было приготовился к тому что бы сражатся с двумя тварями из Забвенья и, следует заметить, такая перспектива ничем его не прельщала, но дреморы бодро протопали к двери, чем немало удивили и, стоит признаться, обрадовали аргонианина. Наверное какой-нибудь гордый олух из Редорана, после такого игнорирования своей, без сомнения, важной персоны, наверняка, вскочил бы и заорал на всю башню: « Обернитесь чудища лицом, - даэдрот! Какое у чудищ может быть лицо?!, но благовоспитанный редоранец употребил бы, именно слово «лицо», никак не «морда», или «рыло» и уж тем более «хлебальник», - и узрите того кто вернет души ваши заблудшие в Забвенье.» А вот воспитанный Советником Телванни аргонианин, по имени Аош Ниль поступил совсем иначе. Такие высокие материи, как благородство, гордость, честь и прочее, были для него не более чем набор звуков, главным для него было исполнение воли хозяина, на втором месте стояла его собственная чешуйчатая шкура. В данном случае эти две вещи на первый взгляд друг другу противоречили, ведь приказ до конца выполнен не был, но за годы своей жизни Аош научился предугадывать желания хозяина и прекрасно понимал, что единственное чего хочет Дарис, так это, чтобы его слуга смылся оттуда как можно скорее. Поэтому когда тело Эндара свалилось на пол за спиной дремор промелькнула массивная тень, тут же впрочем исчезнувшая в розовый вспышке.
novoxodonossar
Нар испуганно оценил двух готовых к драке дремор и почувствовал себя неуютно, вот когда впору было посетовать на то, что его совершенно зря вытащили из его любимой Тель Райнес. Старик любил загребать жар чужими руками, а вот так нарваться на драку с суммонами было совсем не в его характере, однако отступать было поздно, теперь количество шишек полученных в драке напрямую зависило от скорости его кастов. И старик не вступая в рассуждение с тупыми дреморами выхватил свиток Вызова Святоши, заботливо припасенный в рукаве, на всякий пожарный случай. Использовав его, старик немедля выкрикнул ещё одну формулу и вокруг него взвился купол Седьмой Защиты, а потом он даже успел подставить свой крепкий даэдрик-посох под удар меча первой дреморы. Вторая уже сшиблась со святошей - обе издавали сладострастное хакание, нанося друг другу удары. Краем глаза старик заметил, как отползал в самый темный угол жалкий голубок Эндар...
Laikalasse
\\Писали Антимони и Лайкалассе\\

Во время молитвы Матис лишь снисходительно хмыкал, не думая к ней присоединяться, в то время как Фарикус смотрел в сторону Вельмси учтиво и не притрагивался к еде. Воину уже вконец надоело бормотание священника, он откинулся на спинку стула, отчего та жалобно скрипнула, хотя данмер и не обладал внушительным весом. Длинные серые пальцы Матиса лежали на эфесах сабель и время от времени постукивали по ним.
Лайкалассе сосредоточилась на словах молитвы, полуприкрыв глаза. Ее лицо не показывало столь явного благочестия, каким светилось лицо Вельмси, но отражало уважение, каковое девушка испытывала к учению Альмсиви. Сосредоточение, впрочем, не мешало ей наблюдать сквозь ресницы за вальяжным наемником.
Закончив молитву, компания приступила к еде.
Фарикус довольно расплылся в улыбке, набив рот скрибятиной и ежеминутно одаряя окружающих живым взглядом светлых глаз. Несколько глотков вина свели на нет его застенчивость, и маг даже перестал заикаться. 
- Вы не поверите, я так мечтал выбраться из своей пыльной лаборатории, чтобы, наконец, заняться настоящими делами! - заявил он, проворно схватив пухлой рукой кусок хлеба и подмигнув Лас. Матис тяжело вздохнул и уставился на мага рубиновыми глазами - уж лучше бы этот пухлый дедок помолчал, иначе придется оставить его в уютной постельке, а в гробницу отправляться одному. Разве что священника прихватить, на случай заклинания отпугивания всякой нечисти. А девчонка вряд ли удержит в руках свой собственный меч. Смерив Лас долгим взглядом, данмер решил, что, пожалуй, она и не понимает, во что ввязалась.
Встретив взгляд наемника, девушка поняла, о чем он, скорее всего, подумал. Суровое и серьезное выражение на ее лице, впрочем, не говорило о том, что перед ним изнеженная аристократка. Не спеша нарезая крабовое мясо на небольшие кусочки и отправляя их в рот, она наблюдала за остальными.
Услышав слова мага, она приветливо улыбнулась ему.
- Что-то мне подсказывает, что скука нам не грозит, - вполголоса отозвалась она.
- Это точно, - подтвердил Матис, оценив улыбку девушки так, как будто бы она была адресована ему лично. - Вы, милая леди, можете в свободное время погулять по городу, сходить в местный музей. Не пачкаться же вам, в самом деле, в пыльной гробнице! 
В знак подтверждения своих слов он осушил бокал и негромко стукнул им по столу.
- Вы забываетесь, сэра. Кажется, вы путаете воина Дома и кисейную барышню, - холодно заметила редоранка. - Вместо того, чтобы заботиться о сохранности чистоты моей одежды, вам следовало бы подумать о том, не станет ли ваша самонадеянность причиной досадных неожиданностей. Вряд ли кому-то из наших компаньонов захочется выпутывать вас из неприятностей, пока вы тешите свое самолюбие.
Вельмси и Фарикус вежливо и негромко засмеялись. Глаза босмерки прямо-таки излучали иронию и ехидство. Лайкалассе с трудом сдерживала насмешливую улыбку.

\\Анти, убрала. Лучше дальше допиши. ) Dro'Anton, и ты тоже что-нибудь добавь.
Dro'Anton
- Не стоит огорчать друг друга и хвастать друг перед другом, любезнейшие мутсеры, - произнес проповеднеческим тоном Вельмси, - Всем нам предстоит трудное путешествие, и все мы вполне сможем проявить свои таланты, ибо Альмсиви наделило каждого своего верующего великими способностями. Главное, чтите своих предков. - многозначительно закончил Теланнор...
  Гордыня и хваставство Матиса слегка беспокоило Вельмси, ибо это два греха, от которых стремится уберечь Трибунал...
Шаман
//Флудили Фалька и Шаман//


В такие ночи, под мерный шум дождя, спалось обычно особенно сладко. И тем неприятнее был момент, когда назойливое треньканье колокольчика вырвало Фару из объятий сна и заставило, чертыхаясь, сползти с кровати. "Кого там еще даэдроты принесли в такое время?" - думала босмерка, спросонья роясь в ворохе своих вещей и пытаясь разобрать, что из этого куда одевается. Наконец, приведя себя в более-менее приличный вид и пару раз чеснув спутанные со сна волосы, хозяйка трактира спустилась в них по корявой лестнице - ей-богу, чтоб по таким ходить, надо быть или Телванни с левитацией, или же таким, как она, ловким представителем лесного народа. Колокольчик продолжал требовательно разрываться, и она недовольным тоном крикнула с лестницы:
- Да иду, иду же!
Открывая дверь, Фара уж думала было высказать все, что она думает о ночных визитах, да еще и в такую погоду, а также сходу заявить, что мест нет, однако весь ее боевой запал исчез, когда дверь распахнулась, и на пороге предстал телваннийский советник собственной персоной.
- Э-э.. д-доброй ночи, мутсера Дреним, - подавшись назад, пробормотала эльфийка. - П-проходите, пожалуйста, присаживайтесь... чем наше скромное заведение обязано такой чести?
Советник Дреним выглядел сейчас как самый настоящий мокрый воробей, а почему оно так выглядел, да наверное потому что был… мокрым!!! Кроме того этот воробей, тьфу ты, Телванни был чрезвычайно чем-то доволен, ибо породистое лицо его, украшала белозубая улыбка от уха до уха.
- Да вот пролетал, мимо, дай думаю зайду, погреюсь,- не снимая с себя улыбки ответствовал Дарис.
- Ну что же, милости просим, - с натянутой улыбкой ответствовала Фара, более всего сейчас желая очутиться в своей кровати с натянутым на голову одеялом и без всяких незваных гостей поблизости. - Я так полагаю, сугреву следует поспособствовать чем-нибудь горяченьким и горячительным? - к хозяйке вернулся привычный обходительно-деловой тон, она со знанием дела протирала тряпкой наилучший из имеющихся в кабаке столовый прибор со стаканом.
- Не откажусь, милейшая Фара, не откажусь, - Дарис наконец зашел в помещение трактира, дискомфорт вызванный его присутствием не остался для Советника не замеченным.
- Я вас случаем не разбудил? – данмер задал этот вопрос тоном который явственно показывал понимание им того факта, что он действительно разбудил эльфийку, а посему выглядящий натуральным издевательством над собеседником.
- Нет, что вы, я как раз собиралась пойти прогуляться, погода нынче просто замечательная, - елейным голоском пропела Фара. "Конечно же, разбудил, старый хрыч, и если ты пришел не по особенно важному делу, Ауриэль мне свидетель, не погляжу, что советник, и вышвырну на улицу" - так и читалось в ее глазах.
- И вправду… замечательная, - согласился данмер, при этом демонстративно выжимая свою густую шевелюру.
- Вообще-то, я против спиртных напитков, но в приятной компании, я с удовольствием выпью, не составите мне именно такую компанию прекраснейшая Фара.
Фара сдержала вздох и достала второй прибор. "В конце концов, раз сон уже перепоганили, почему бы и не расслабиться по-другому?" - подумалось босмерке. К чему клонил этот слащавый тип сейчас, было уже вполне ясно, неясным оставалось одно - что ему было нужно еще?
Дарис осмотрел стаканы, а затем кинул на Фару удивленный и вопрошающий взгляд, который так и говорил: « Стаканы, то я вижу, а что дальше? Я воздух не пью, я им дышу, а пить предпочитаю какие-либо жидкости, коих я в данных стаканах, почему-то не наблюдаю.» Кроме того во взгляде Советника читалось явственное чувство голода.
Вздернув носик, Фара молча продолжила процедуру накрытия на стол. "Мужлан неотесаный", - читалось во взгляде эльфийки, - "...а еще советник." Через некоторое время ее мельканий туда-сюда ужин, а может быть завтрак, был более-менее укомплектован - припрятанная для особых случаев бутылочка выдержанного бренди, холодные закуски, а на кухне в это время аппетитно шкварчала добавка в виде обжариваемого мяса. Какими эпитетами и добрыми пожеланиями награждала хозяйку трактира сорванная на ноги прислуга, мы деликатно умолчим.
Все время пока, Фара накрывала на стол, советник терпеливо ожидал и бросал недвусмысленные взгляды на кухню, откуда исходили очень аппетитные запахи. Когда же приготовления были закончены, Дарис принял решение тяпнуть рюмку под холодную, для этого он разлил ароматную жидкость по сосудам и пригласил хозяйку присоединится к нему.
- Дорогая Фара, не присоединитесь, ко мне, думаю с остальным справятся и без вас? – Советник по-джентльменски отодвинул стул от стола, приглашая сесть на него эльфийку.
С вежливой, но уже не такой тоскливой улыбкой, босмерка присела на стул, взяла со стола стакан и грациозно закинула ногу на ногу. biggrin.gif
- Так за что же мы с вами пьем, мутсера?
Усадив даму, телванниец сел сам и поднял бокал:
«Сделать комплимент? Нет рановато еще, для начало вот так.»
- Ну, за то чтоб, мы, всегда и не смотря ни на что, - более веселые тосты, Советник решил оставить на потом, ибо по трезвости они нужного эффекта не оказывали.
- О, как мило, - хохотнула Фара, отпивая из своего стакана. - Обычно всегда как всегда, не то, чтобы уже, но и не еще затем, - ляпнула она, стараясь поддержать заданный советником дух беседы, что получалось с натяжкой, ибо в словесности эльфийка упражнялась мало. Зато поза, в которой она уселась, выгодно подчеркивала все ее выпуклости, равно как и впуклости.
«Начало положено»,- удовлетворенно подумал Дарис, при этом пробегаясь взглядом по всем обозначившимся впуклостям и выпуклостям эльфийки, зрелище это надо заметить сильно его порадовало, поэтому Советник быстро наполнил бокалы и продолжил:
- Между первой и второй перерывчик небольшой. А тост будет стихотворный:
Уверены преподавателя,
Что магом точно стану я,
А до меня как до гуара
Ни доходит ниюя.
-Так выпьем же за образование.
- Это точно, ученье - свет, а неученых тьма, - хихикнула Фара, довольно быстро хмелея, ибо есть ей почему-то не хотелось. - А вы, однако, поэт!
Дарис же напротив, сильно налегал на закуски ибо был чрезвычайно голоден. Когда чувство голода слегка притупилось, он предложил на этот раз сказать тост своей собеседнице:
- Дорогая Фара, я уже произнес два тоста по-моему теперь ваша очередь,- и в очередной раз наполнил бокалы.
- Момент, - Фара подняла указательный палец, вылезла из-за стола и слегка вихляющей походкой направилась на кухню. Вскоре было подано горячее, а прислуга отпущена восвояси.
- Эээ... тост? - спросила эльфийка, вновь усаживаясь напротив Дариса. "Хм, а он в общем-то не такой уж и противный", - пронеслось у нее в голове. - Тост.. хм, давайте выпьем с вами за то... чтобы... ах, да в конце концов, просто за хороших посетителей! - заключила она, поднимая бокал и утаскивая в свою тарелку приличный кусман мяса - видимо, спохватилась.
Поднятый за хороших посетителей бокал был успешно опустошен:
- Прекраснейшая Фара, а как по-вашему отношусь ли я к хорошим посетителям, - Дарис положил себе в тарелку горячего. Задав такой провка… провы… правыка… провокационный вопрос, уже слегка нетрезвый, а соответственно веселый советник Советник, одарил потчующую его хозяйку лукавым и веселым взглядом из-под седых бровей.
- А все зависит от того, сколько они дают на чай, - игриво отшутилась Фара, уже явно позабыв о своем плохом настроении и окончательно оставив чем далее, тем более вялые попытки догадаться, не стоит ли за этим ярко выраженным и че то направленным флиртом чего-то еще, о чем ей потом придется пожалеть: все-таки с Телванни следует держать ухо востро! Но как бы там ни было, если бы у советника и была на уме какая-то далеко, гораздо дальше постели идущая коварная задумка, то ее Фара своими вострыми ушками уже вовсю прохлопала, ибо бокалы были наполнены снова, а босмерка с умильной улыбкой облокотилась на стол, подперев кулачком подбородок, и уставилась на ночного визитера.
- Правильный подход к жизни, - данмер издал пару вежливых смешков и слегка призадумался, над тем какой тост сказать.
- За то чтоб стоял... - Советник сделал паузу, для того чтоб уже сильно нетрезвая собеседница прочувствовала двойственность фразы, затем продолжил, - императорский трон вовеки веков, - излишне говорить что делал он это с самой наисерьезнейшей миной на лице.
- О да, пусть всегда стоит ..трон нашего расчудесного императора, -  с энтузиазмом подхватила Фара, блестя уже довольно-таки прилично залитыми черными глазками. - И да войдет.. в каждый дом закон и порядок, - пафосно заключила она, с напускной торжественностью подняв свой бокал и почти тут же осушив его до дна.
Насчет того стоит или нет опять наполнять бокалы у Дариса возникли некоторые сомнения, ибо такими темпами дамочка просто напросто нажрется вусмерть и толку с нее никакого не будет, но… Советник решил пойти на эксперимент и все таки разлил бренди:
- Тост за вами милая моя,- а сам решил пронаблюдать за тем насколько у эльфийки будет заплетаться язык и уже по этому признаку определить достаточность ее кондиции.
- За мной.. хм.. ммм... давайте выпьем за... - эльфийка картинно задумалась, однако было видно, что в голове у нее уже совершенно не тосты. Не отрывая плотоядно горящих глаз от советника, она отставила свой бокал... и вдруг резко подалась вперед, вспрыгнула на стол и, подползя на коленях вплотную к Дарису, томно протянула:
- ..за любооооовь....
С места, где сидел советник, вид на вырез ее блузки открывался просто шикарный.
Открывшийся вид был по-достоинству оценен магом, «все, готова» пронеслось в его голове.

//А что происходило дальше, не буду писать не от того что у меня внезапно проснулась совесть и воспитание, а чисто из вредности
tongue.gif  tongue.gif  biggrin.gif//
Antimony Fyr
Альд'рун
(Телвис Хесерилар)


Последнее время они долго не давали о себе знать, притаившись в глубинах подсознания и упорно вытираясь день за днем все дальше и дальше от реальности будней. Призраки прошлого, на первый взгляд бесплотные серые создания, они могли населять не только усталые души повидавших на своем веку многое людей, но и вполне ощутимые материальные предметы. Чародей знал об этом, каждый раз прикасаясь руками к той или иной вещи, что могла перенести его в темную пучину минувших дней. Он не боялся предчувствий и знаков, как любой, одаренный таинством обращения с тонкими материями, он понимал, что не может каждую секунду быть начеку, и рано или поздно, случайное событие застанет его врасплох, побудив мобилизовать в себе простейшие защитные рефлексы и на миг позабыть о призвании мага. Так случилось этой ночью, когда по дороге домой Телвис Хесерилар уловил за своей спиной чьи-то осторожные шаги. В той части Альд’руна, где располагалось жилище мага, освещения было как раз достаточно для того, чтобы следовать тенью за кем угодно до самого порога дома. Данмер насторожился, когда-то давно развитые инстинкты враз завладели всем его существом и он обратился в слух. Преследователь замер, слившись со стеной соседнего здания в своей накидке-хамелеоне. До дома оставалось каких-то два проулка, и двух путников в ночи сейчас как раз разделяла длинная черная тень от углового дома. Если это был грабитель или убийца, он напал бы именно сейчас, поскольку впереди ему уже не предоставилось бы столь уютного и тихого места для действия. Но никто и не думал нападать на чародея, хотя преследователь был всего в нескольких шагах и никак не мог оказаться плодом воображения. Телвис принял решение идти дальше, но одновременно с этим что-то заставило его пригнуться и резко вскинуть правую руку для простейшего заклинания.
- Нервничаешь? – вкрадчивый, чуть насмешливый голос показался Телвису отдаленно знакомым. Темные пальцы мягко легли на руку чародея, опуская ее, - А с чего бы тебе бояться удара в спину? По мнению большинства братьев ты именно это и заслужил. Но время… оно стирает события, стирает участников, хотя и не умаляет грехов… Твои закадычные враги пронюхали, что ты вернулся в Морровинд, а дальнейшая цепь выстроится в твоем мозгу сама, тебе даже не нужно напрягаться и что-либо соспоставлять. Все, что от тебя требуется – это принять решение… В спешке собирать вещи, оставляя за собой надежды и города, снова обретая зыбкую свободу скитальца и подставляя спину под стрелы и ножи предателей, либо… Нет, я не говорил служить нам снова, но взяться за одно дело, которое обещает быть взаимовыгодным. Проще говоря, чародей, это было бы простой сделкой, и в качестве оплаты я могу предложить тебе золото или имя твоего неутомимого врага. На выбор. Не торопись с ответом, подумай хорошо. Завтра в это же время и на этом же самом месте я буду ждать. Приходи один и приноси с собой окончательное решение. А теперь я должен уйти.
Вспышка заклинания Возврата ударила по алым глазам эльфа, на долю секунду высветив лицо таинственного собеседника. Как и голос, оно показалось Телвису смутно знакомым.
Сота_Сил
Телвис не мгновение погрузился в себя... вздрогнул - там как всегда было темно и слишком просторно для одного. Стряхнув с себя мерзкий озноб, маг вошёл в свой дом, тихо скрипнув серой дряхлой дверью.
В передней как всегда стоял мерцающий полумрак, единственным светом в котором являлись сонные лучи голубого пламени. Спустившись по ступеням, хозяин дома оказался в тёмной комнате: не то спальне, не то кабинете, не то магической лаборатории. На столе - кипы бумаг, исписанных неровным подчерком, опрокинутая чернильница и тёмные брызги по всему столу... Под ним - старый комплект доспехов из кожи демона... копия, сделанная в глубоком подполье старой Гильдии Воров... Полный беспорядок радушно встретил своего создателя.
  Хес не лёг - упал на разобранную постель и закрыл глаза.
  Так давно, когда он был ещё мальчишкой, - как это было давно! - его лелеяли в Мораг Тонге. Ловкого, смелого, изворотливого, честного и такого многообещающего... Они научили его всему, что помогло ему выживать. А он ушёл. Какая-то обида на самого себя вцепилась в душу острыми когтями. Чувство вины всё ещё не отпускало Хеса, значит сердцем, где-то внутри, он до сих пор был верен Мефале. Но только ей(му). Почему он предал людей, натаскавших его, он и сам не знал. А теперь и этот странный тип объявился... Что ему нужно теперь? Без сомнения - это знакомое лицо, видимо, кто-то из бывших братьев, но что за сделку он предлагал, Телвис ума приложить не мог. А ведь это... стоп! Да, это тот самый гильдеец, что когда-то работал с ним по вопросу о нитях Прядильщицы. Это уважаемый человек в свём кругу, доверенное лицо Эно... "Тааак..." - подумал Телвис. - "Это ещё интереснее - что досточтимому советнику Грандмастера понадобилось от предателя  спустя долгие годы! Неужели преследование начинается снова... всё только успело затихнуть..."
  Хес повернулся на бок лицом к стене, сжал себя руками, отгоняя мысли о смерти. Прожил уже 180 с лишним лет, а последний раз - неделю назад - в глади моря видел отражение 20-летнего паренька с горящими кровавым огнём глазами. Магия много сделала для него - сохранила внешность, здоровье, только волосы всё же почему-то медленно седели; с помощью магии не раз приходилось спасать свою странную бессмысленную жизнь... Нужна ли теперь какая-то магия и спасёт ли она от подстерегающего всюду глаза вражьих посланников...
"Эхх...! - Телвис вздохнул, утомлённый мрачными мыслями. - "Значит битва начинается снова."
  Нужно было проспать до утра, затем прожить день в ожидании встречи, на которую Хес-чародей обязательно, несомненно пойдёт...
Antimony Fyr
Балмора, трактир Южная Стена

(Лайкалассе, Вельмси Телланор)


- О да, не будем ссориться! То, что вы принимаете за хвастовство, уважаемый господин… Теланнор, это не более чем забота о слабых. О дамах и пожилых людях, если хотите, - Матис кивнул в сторону Лас и Фарикуса, даже не заметив, что последний от возмущения едва не подавился. Маг вовсе не считал себя пожилым, как позволил себе выразиться этот развязный хам. – Именно потому, ваша светлость, да не затмится ваш видевший Альмсиви воочию взор, я и предлагаю им остаться в городе. Но не могу настаивать, ибо каждый волен сам распоряжаться своей шку… эээ жизнью.
Очередной кубок вина данмер опрокинул под неодобрительными взглядами собеседников. Закусив поджаристым куском мяса, Матис выбрался из-за стола и огляделся в поисках хозяина.
- Думаю, мутсэры, нам пора уже заказать себе комнаты на ночь – народу прибывает, - пробормотал он и, увидев пухлую экономку, направился к ней, постукивая сапогами и возложив руки по привычке на рукоятки изогнутых клинков. Подхватив хихикнувшую толстушку за локоток, он оглянулся на столик и принялся что-то ей объяснять. Она понимающе закивала и скрылась в каморке под лестницей, через минуту вернувшись в ключами. Матис поблагодарил дамочку и вернулся за столик, поигрывая ключами. Но вместо того, чтобы сесть, редоранец протянул один из ключей Телланору, затем  поравнялся с Лас и слегка ей поклонился:
- Комнат осталось всего две, номера на двоих, я надеюсь миледи вы позволите мне охранять ваш покой в эту ночь? Я долго служил в рядах стражи, можете быть уверены, что ни одна сво… эээ подозрительная личность не осмелится ошива… заглянуть в вашу комнату и нарушить ваш сон!
- Перед разведкой этой гро-гро-гробницы нам нужно как следует отдохнуть! – укоризненно сказал Фарикус, вытирая круглый рот и кончик носа салфеткой.
- Хороший воин может провести без сна несколько ночей кряду, а вампиры, ха, кто из нас не резал вампиров, господа! – данмер хвастливо выдвинул сабли из ножен наполовину, тут же пробудив к себе интерес здоровенного норда-вышибалы. Тот вперевалку подошел к редоранцу и кивнул на оружие.
- О, все в порядке, - рука темного эльфа показалась всем худой тростинкой, когда он дружественно похлопал ею по бицепсам норда, - Не стоит беспокоиться!.. Так что скажете, прекрасная Лас?

Садрит Мора, Дыра в стене Фары

(Дарис, Фара)

Ночь была на исходе, но из-за пасмурной погоды приближения утра совсем не ощущалось. Рамасса Дреним придирчиво рассматривала себя в небольшое серебряное зеркальце, отмечая, что за прошедшую ночь под глазами залегли еще более глубокие тени. Она работала официанткой в «Дыре» и, хотя большинство из посетителей были постоянными, любила выглядеть завлекательно и безупречно. Распуская пышные волосы, накрученные на ленточки, девушка вспомнила вчерашний разговор с дедом, Советником Телванни Дарисом. Если уж такой влиятельный человек, как он не мог помочь ей отыскать возлюбленного, к кому нужно было обращаться? Прорвавшись через оцепление, официантка спешила к месту работы, чтобы начать приготовления к завтраку. Дверь была уже открыта, на кухне суетилась заспанная прислуга, а хозяйки нигде не было видно. Фара! Вот кто поможет ей! Уж она-то всегда в курсе всех самых маленьких слухов и сплетен, и быть может, что-то слышала из разговоров стражей или магов – жителей Садрит Моры. Поколебавшись немного, девушка взбежала по ступенькам к двери покоев хозяйки и постучалась. Не дождавшись ответа, Рамасса нажала на дверь плечиком и та распахнулась.
- Фара? … Дедушка? – воскликнула она, прикрыв рукой рот от смущения, ибо открывшаяся ей картина была очень живописна.
Demona
Когда раб и твари из Забвения удалились по своим делам, вампирше уже ничего не мешало продолжить начатое. Мягко соскочив со шкафа, она тенью прошмыгнула к телу некогда великого колдуна, лежащему ныне грудой горелых тряпок недалеко от входа с верхней площадки. Морщась от излишне резкого для нее запаха, она ощупала мантию и проверила ее внутренние карманы, потом оглянулась. Веланде нужно было тело старика, но пока дреморы и телванни разминаются в прилегающем коридоре, то почему бы и нет? Демона оставила труп и, еще раз оглядев комнату, приступила к осмотру. Стол, заваленный кучей бумаг, под столом, кресло, кровать - на ней уже были следы поисков, под кроватью, за кроватью, потом шкафы...
Сота_Сил
  Беспокойная выдалась ночь. Тревожные сновидения одно за другим посещали Телвиса, нещадно стирая и так иссякающее его спокойствие. Как ему показалось, едва дожив до утра, он нехотя поднялся с постели, в ту же секунду наступил на небрежно брошенный на полу кинжал и поранил ногу. На этот факт, однако, он просто не обратил внимания и побрёл по заваленной вещами комнате, оставляя на светло-бежевом полу тёмно-красные пятна крови.
  Как хорошо, что в доме нет окон - один случайный солнечный луч и настроение Телвиса будет испорчено бесповоротно. На столе, в дополнение неудачному дню, маг обнаружил лишь засохшие крохи хлеба, пустую бутылку из-под бренди, разбитый стакан и немного лунного сахара. Телвис выругался, сгрёб со стола сахар и немедленно отправил его в рот. Хоть какая-то радость. Ненавистный бардак дома просто заставлял бежать оттуда вон. Так Хес одел на голое тело одну единственную мантию цвета позднего заката, взял свой на вид небольшой кожаный рюкзак и покинул жилище, звучно хлопнув дверью.
 
..Какое там солнце, какие лучи! - На улице сплошным красным потоком пыли, мелких веток, пепла и неизвестно чего ещё мела дикая буря. Немногочисленные горожане, что осмелились выйти из дома в такую погоду, бродили по мощёным переулкам, изо всех сил прячась от разбушевавшейся стихии. И руки не подняв, дабы загородиться от хлещущего в лицо вихря, Телвис направился в знакомый кабак, Таверну Альд'Скар. Чем-то надо было заняться до наступления ночи, да и поесть не помешало.
  Только переступив порог заведения, Телвис вдруг заметил на себе какой-то странный взгляд. За крайним столиком к ограде сидел молодой ухоженный данмер в изящной одежде и исподлобья смотрел на него. "Неужто агенты Телванни? - изумленно подумал маг. - Может, меня решили наконец принять в Великий Дом?" Едва сдержавшись от ехидной улыбки, Хес прошёл в зал, быстро сообразил, что можно купить на завтрак, затем, взяв еду, сел на весьма удобное место, не мешающее никому, а главное самому ему. Закончив трапезу Телвис решил было отдохнуть, но вдруг, тот самый данмер с недобрыми глазами подошёл к столу, за которым расположился Хес, чуть ли не пристроился рядом, и абсолютно серьёзно заговорил:
- Разрешите представиться, Телванни Кару Вендайн, уполномоченный поговорить с Вами...
Dro'Anton
Балмора. Трактир "Южная Стена".

Вельмси, наблюдавший со стороны на Матиса и Лас, был слегка удивлен и весьма неприятно... Глаза его сузились - ему было не очень комфортно находится рядом с таким мером, как Матис, ибо тот был явно гордецом и лицемером... Естественно, Теланнор не мог за это уважать Матиса, однако терпение, очень нужное для священника, помогало Вельмси держать себя в руках и забыть про этого неприятного хвастуна...
- Любезные мутсеры, предлагаю все-таки решить вопросы по-быстрее, ибо нам нужно хорошенько отдохнуть, - приятным, умиротворяющим тоном сказал Вельмси и добавил, - Матис, Вам следует все-таки держать себя в руках, ибо Вы можете накликать на нас беду... И Вам лучше отдохнуть, ибо вампиры, как бы Вы не хвалились, - не удержался Вельмси, - опасный соперник... Предлагаю Вам свою постель, чтобы Вы не обременялись заботой за леди... В то время я смогу проследить, чтоб никакие нечестивцы не помешали сере Лайкалассе отдыхать... Чтобы сон не сморил меня, я проведу время в молитве к Альмсиви, чтобы они дали мне силы... - Теланнор со спокойным лицом смотрел на гордеца Матиса, чувствуя свое духовное превосходство... В голову к Вельмси пришла мысль: "Лучше б этот храбрец молился Троим - толку было бы больше..." Теланнор еще раз окинул взором фигуру вальяжного наемника...
Laikalasse
Балмора. Трактир "Южная Стена"


Лайкалассе с интересом наблюдала за тем, как нахальный наемник пытается острить и одновременно явно привлекает ее внимание. Она еще не могла забыть фразу насчет дам и пожилых людей, которая неприятно ее задела. Замечала она и легкое не то чтобы презрение, но неудовольствие на лице священника, который тоже наконец решил поставить выскочку на место, оставив храмовую смиренность. Компания и в самом деле подобралась интересная, это стоило признать.
Услышав, что комнат всего две, и последовавшую за тем тираду Матиса и отповедь Вельмси, она про себя усмехнулась. По правде говоря, она выбрала бы священника... если бы могла заснуть под неизбежное бормотание. К тому же, в Дом Редоран ее привела не фанатичная преданность Троим, в доктрине которых ее, честно говоря, не все устраивало и не всему хотелось верить. Впрочем, зачем другим членам Дома об этом знать? Так что перспектива провести остаток вечера, слушая проповеди, при всем уважении к сану Теланнора, ее не прельщала.
Сказать по правде, она бы предпочла компанию мага. Однако его нерешительность, проявившаяся снова при упоминании гробницы, навели на мысль о возможных кошмарах имперца. По опыту она знала, что впечатлительные люди легко могут исполнить любой, тем более самый замечательный сон соседа. А ей сейчас так нужно было отрешиться от своих тревог и по-настоящему отдохнуть. К тому же, тревога за свою жизнь в свете последних событий не оставляла ее, и реакция молодого данмера могла бы пригодиться. С другой стороны, его знаки внимания и вся эта бравада намекали на то, о чем думать не следовало бы.
"Что в таком случае он вообще делает в Доме Редоран?" - недоумевала девушка, слушая речь Вельмси и стараясь не смотреть на Матиса. Быть может, первое впечатление обманчиво и вся эта наглость - лишь попытка прибавить себе веса в чужих глазах? "Я его не знаю, - размышляла она. - Но мы из одного Дома. Будь ему незнакомо понятие чести, его бы не приняли в этот Дом. И мы связаны одним делом. Венимцы же могут проявить себя вновь... ах, кажется, начинается паранойя".
Священник окинул взглядом фигуру наемника и тоже повернулся к босмерке. Лайкалассе казалась задумчивой, просчитывая в уме варианты. Взяв вторую связку ключей, она тряхнула пшеничной гривой волос и объявила:
- Одна комната находится на верхнем этаже, другая здесь, внизу. Я выбираю верхнюю, под землей, знаете ли, еще успеем насидеться. Я соглашусь, что стража не помешает: никогда не знаешь, чем закончится твой день. Но не нужно думать, - она холодно посмотрела на довольного Матиса, который, естественно, подумал, что она не устояла перед его обаянием, - что меня интересует еще что-либо, кроме сна. Я действительно устала и хотела бы отдохнуть как следует: в следующий раз подобная возможность может нам представиться еще не скоро, - с этими словами она пожелала доброй ночи, развернулась и чеканным шагом отправилась вверх по лестнице, по пути кинув в ловко подставленные ладони экономки мешочек: плату за ночлег всей компании. Уходя, она спиной чувствовала удивление Вельмси и Фарикуса, которые никак не могли понять, почему она не послала этого нахала куда подальше, и усмехнулась уже по-настоящему. Пусть думают, что хотят, время покажет, чего стоит каждый из них... а ее паранойя в самом деле могла сильно им помешать в самый неподходящий момент. Этого девушке совсем не хотелось.
Dro'Anton
Вельмси был слегка удивлен, но гораздо меньше, чем Фарикус, который был готов не удержаться и ударить Матиса в его довольную харю... "Ну, как говорится, у каждого своя голова на плечах... Главное, чтоб в душе была святость и чтобы была любовь и смирение пред Троими... Пора бы уже закругляться на сегодня..." - махнувши про себя, подумал Вельмси и сказал вслух... - "Ну что, Фарикус... Пора бы и нам идти спать... Завтра тяжелый путь нам предстоит... И негоже служителю храма быть неспособным защитить учения Альмсиви, пребывая в слабостях физических..." Теланнор устало посмотрел на мага и, взяв ключ от комнаты, отправился к ней... Священник вяло, сардонически усмехнулся... "Надеюсь девушка знает, что делает... Что-то не особо хочется потом разгребать проблемы из-за этого нечестивца..." - Вельмси сразу представил Матиса-нахала... - "А этот имперский маг что-то уж больно вял и нерешителен... Мда... Главное, чтобы он завтра не струсил... Вот до чего доводит поклонение языческим богам-Девятерым" - иронически заметил про себя священник... Дверной замок в комнату слабо скрипнул под действием ключа и дверь отворилась... Вельмси предстало помещение, в котором ему предстояло спать... "Неплохо..." - подумал священник...
Antimony Fyr
Альд'рун
(Телвис Хесерилар)


- Не возражаете? Это хорошо. Вам с вашей репутацией стоило бы натягивать капюшон мантии до подбородка, когда вы находитесь в редоранском городе, - тонкие пальцы сплелись над поверхностью стола, губы изобразили вежливую улыбку. Телвис не уловил в движениях незнакомца ни откровенной вражды, ни высокомерия, однако и желания помочь во взгляде данмера не проскользнуло. – Как хотите, впрочем, если вы считаете, что скрываться не от кого и никого не боитесь – то могу только позавидовать вашей смелости. Ну, перейдем к делу. Мне известно о вашем желании служить Дому Телванни, а также о тех препятствиях, что встретились вам на пути. С прискорбием могу сообщить вам, что одним препятствием теперь стало меньше. Достопочтенный Советник Нелот, так отчаянно возражавший против вашей кандидатуры, более не представляет угрозы. Несчастный был заживо сожжен в своей башне несколько дней назад. Как вы понимаете, в Совете вспыхнули споры по поводу того – кто же займет теперь его уютное кресло в Садрит Море, а потому ваше дело было целиком и полностью перепоручено мне. Надеюсь на ваше понимание, господин Телвис…
Мужчина выдержал эффектную паузу – ровно столько, сколько требовалось, чтобы Телвис успел понять, кто перед ним находится и зачем, но не успел бы составить в голове и одного вопроса. После этого на столе возник аккуратно свернутый пергамент. Кару Вендайн слегка развернул края, показав собеседнику, что на бумаге изображен подробный план какого-то строения:
- Карта местной Гильдии Магов, очень подробная и новейшая, составлена лучшими шпионами Господина Ариона. Здесь указаны все ходы и выходы, не говоря уже о подсобных помещениях, секретной лаборатории, а также личных помещениях членов Гильдии. Вы спросите зачем? Вот здесь, - темный палец указал на небольшой крестик на карте, - находится тайная комната главы Гильдии, мисс Эльберт. Ее зовут Эдвинна, возможно вам приходилось слышать. Некоторое время назад эта женщина заполучила от брата одну очень интересную вещь, артефакт, если хотите. По праву он принадлежит древнему роду Тельваннийских магов, роду Андрети, но маги из Гильдии не располагают этой информацией. Это перстень с синим камнем. На вид – не более, чем зачарованная вещичка. Раздобудьте его для Советника Ариона и вы получите его согласие на ваше вступление в Дом. А его согласие в вашем случае весит очень много, почти всё, ведь Нелота более нет. Вы не вправе отказаться.
На этот раз вполне искренняя улыбка осветила лицо Кару Вендайна, и он медленно поднялся из-за стола.
- Я останусь здесь в городе еще пять дней, после этого меня можно будет разыскать в башне Тель Вос.
Сота_Сил
"Конечно, конечно... Кару Вендайн, - переливистый поток мыслей захлестнул сознание. - Помнится - был такой" Хес подумал ещё немного, затем привстал, чтоб проверить, ушёл ли телваниец из таверны. Верно, его не было. Телвис медленно прошел вдоль тесных рядов деревянных столов и стульев, явно смятенный положением дел. Да, не так плохо, что шанс наконец попасть в приятное телваннийское общество есть, но каким путем... Кривым, узким, как лезвие клинка. Эдвинна. Конечно, Хесерилар знал её - именно она вытащила его из-за черты, когда того принесли истекающим кровью к воротам Альд'Руна и бросили два или три года назад. А погода была та же, что и в сей ненастный день... Способен ли он теперь навредить той фракции, что хоть и без его желания, но помогла ТОГДА выжить...

...ТОГДА на Красную Гору молодого Телвиса Хесерилара потащила подруга детства, которую он так осторожно отталкивал прочь от всех своих трений с культами и братствами.. Она, якобы, узнала местонахождение фамильной реликвии семьи Телвиса, которую (реликвию) он искал уже лет 20 к ряду. Сквозь вихри сухого и грязного ветра подобраться к самому кратеру было сложно. Слишком сложно для двоих. И кто же мог подумать, что эта самая подруга детства устроит засаду прямо на Красной Горе! Банда головорезов, вдохновленная рассказами девушки о славе и богатстве Телвиса, была готова на всё, чтобы получить обещанное. Однако, никто из десятерых не выжил в этой неравной схватке - удар трёх стихий в 20 футов оказался действенным оружием. Но "подруга", мастер длинных клинков, ударила сзади... Ударила так, что Телвис не помнил, кто и как доставил его от Красной Горы в Альд'Рун. Помнил только как через завесу боли мягкие бретонские руки женщины теребили его в надежде, что он очнется. Он очнулся только через день в одной из личных комнат Гильдии Магов. В комнате Эдвины. О да, ней было чертовски интересно - захватывающие рассказы о двемерской цивилизации, науке увлекали Хеса как ничто иное. Но скоро всё закончилось: завидев, что "таинственный данмер" поправился, совет гильдии немедленно распорядился выгнать его прочь...

Телвис вышел на улицу, и, к сожалению своему, опять столкнулся с этой ужасной моровой бурей. Идти куда-либо по такой погоде было бы редкостным безумием, поэтому, укрывшись в воротнике мантии, Хес перебежками добрался до дома, сел под крышей-козырьком на пыльные камни замостки, и незаметно для себя уснул...

Когда маг открыл заспанные глаза, на улице уже не было и следа пепельной напасти, закат рассыпал везде свои бронзовые лучи, и праздно гуляющие горожане, прекратив обычные пустые разговоры, стали расходиться по своим жилищам. Поднявшись на ноги, Телвис увидел под аркой ворот Кару Вендайна, куда-то направляющегося. Идти за ним, следить? Нет, - решил Хес, и оставив сии задумки зашел в свой неубранный дом. До встречи с важным знакомым оставалось совсем немного времени. Маг подошёл к столу, скинул взмахом руки все вещи с его поверхности и усевшись поудобнее принялся выписывать на дереве замысловатые узоры пером, только что поднятым с пола из лужи чернил...
  Так, проведя весь вечер в пустых занятиях, Хес наконец дождался ночи. Одевшись как следует, захватив кожанную сумку и свою зачарованную даэдрическую клеймору, на всякий случай, Телвис появился на улицах ночного Редоранского города. Через десять минут около здания Гильдии Магов появилась фигура, шагающая от силтсрайдера. Это несомненно был тот самый бывший брат, встреча с которым и была назначена. маг замер в предвкушении дальнейших событий...
Antimony Fyr
\\ Писали Локи и Антимони \\

Толстый фитиль чадившей масляной лампы зашипел, пламя задрожало и погасло, растворившись в воздухе витиеватым узором серого дыма. Келхакс тихо выругался, но зажигать светильник заново не стал. Пора было уходить. Данмер стоял посреди каменных покоев Северы и в полумраке быстро складывал свитки с заклинаниями в наплечную сумку. Вслед за ними, туда же со стола Матери ночи перекочевали несколько бутылочек с зельями. Наконец прикрыв все это чистой рубахой, он щелкнул застежкой, закинул сумку на плечо и чуть поморщился. Проклятье. Не смотря на все выпитые снадобья, раны хоть и начали быстро затягиваться, но любое резкое движение вызывало тупую боль. Келхакс еще раз негромко выругался, подхватил стоявший рядом изогнутый тяжелый посох и посмотрел в глубь комнаты. Там, вооружившись капавшим смолой факелом, осторожно разгребая вещи, поваленные погромом, что-то искала Антимони.
- Кажется ты не совсем там смотришь. Тайник должен быть левее, под выступом.
- Не хотелось бы нарваться на ловушку, - отозвалась девушка и склонилась куда-то ниже к полу. На первый взгляд и под выступом ничего не было, лишь свисали какие-то тонкие волоски. Она не заметила бы их, но в отсветах факела странные ниточки блеснули, будто смазанные жиром. Осторожно приблизив источник света и осветив нижнюю часть ниши возле самого пола, она заметила на полу странную лужицу, проевшую камень и невольно принюхалась. Ловушка уже сработала, или же впопыхах ее разрядили специально. Опустившись на колени, Антимони поводила факелом и только сейчас заметила маленький железный крючок, торчащий из стены. Тонкий шнурок легко проскользнул сквозь него и, отодвинувшись на достаточное расстояние, девушка дернула за него, распахнув дверцу тайника. Остатки кислоты лениво стекли по стене, с шипением разъедая поверхность. - Я нашла, только вот... тайник пуст! Здесь ничего нет, кроме какой-то записки.
Девушка поднялась на ноги, держа за краешек полусъеденный кислотой обрывок пергамента и пытаясь разглядеть нарисованные углем символы. Первые из них были ей знакомы - зашифрованное название одного из артефактов, созданных в Доме Телванни и, как водится, утерянного лет двести-триста назад. Какого именно по полувнятным картинкам и не обладая нужными знаниями, Антимони понять не могла. Далее следовали совершенно незнакомые закорючки, чем-то напоминающие даэдрические письмена - четкие, резкие, явно рисованные уверенной рукой.
- Что ты об этом думаешь? - спросила девушка, протягивая Келхаксу странное письмо.
Данмер равнодушно скользнул взглядом по полуистлевшему пергаменту.
- Откуда мне знать?.. Что-то непонятное… Какой-то старый манускрипт, я никогда такими вещами не интересовался, это удел ученых и жрецов, а не… - тут он неожиданно осекся. Секунду назад, старинные глифы, казавшиеся непонятным, таинственным узором, который невозможно не то что осмыслить, но даже прочитать, теперь словно соединились в древнюю вязь наполненную содержанием. Как, почему это произошло? Откуда явилось это знание, передоваемое из поколения в поколение только жрецами Повелителя бурь? Келхакс никогда не изучал этот древний сакральный язык, чьи слова сейчас явственно читались на клочке бумаги. Красные зрачки данмера скользили вдоль строчек, и начертанные знаки сами складывались в послание, написанное видимо каким-то из давно умерших слуг Мехруна.
- Здесь сказано, что… - Келхакс на секунду задумался, стараясь подобрать слова. - что вещь, дающая огромную силу, но и сулящая великие бедствия,.. ну или что-то в этом роде.. была доставлена в главное святилище Повелителя, дабы скрыть ее от рук алчущих власти. … - глаза данмера сощурились и он посмотрел на Антимонии. - Я не могу понять, что именно было спрятано, эпитетов очень много, но ни одного конкретного названия этого предмета, хотя по описанию это может быть подвеска или амулет. Но точно указано - что это в Великом святилище Мехруна, то есть в Ясаммидане…
Келхакс задумчиво покрутил в руке свиток.
- В этих старых тайнах вечно замешаны богатство, сила и власть. Все то, чего жаждут все смертные, и за что они готовы рисковать своей никчемной жизнью, чтобы стать КЕМ-ТО. Но кто знает, чем именно грозит эта бумажка…
Холодные взгляд тяжело уставился на девушку.
- Я в любом случае теперь должен побывать в Ясаммидане, как новый жрец Повелителя. Это место теперь священно для меня. А что до этого свитка… можем просто проверить на месте, если хочешь?
- Здесь, перед надписью, изображения одной из очень могущественных вещей, созданных магами Телванни и пропавших без вести. Я уже видела в рукописи отца похожие рисунки, этот амулет или что там обладает скрытой силой, он должен быть не один. Вещи такого плана дополняют друг друга, и только вместе дают их обладателю силу или бессмертие или что-то еще. Мне только непонятно, какое отношение это имеет к... твоему Повелителю, и кто именно за этим стоит - умный и хитрый смертный или воля богов. Но я... хочу это узнать, поэтому мне тоже необходимо побывать в Ясаммидане и попытаться найти эту вещь или увидеть, в чьих она руках. - Антимони стряхнула пыль с обрывка пергамента и убрала его подальше в карман брюк. Факел совсем закоптил и начал мерцать, словно призывая поскорее покинуть мрачное святилище с мертвецами. Переступив порог покоев, она в последний раз оглянулась на белевшее во тьме лицо бывшей Главы Братства.

Предрассветные сумерки смазывали очертания предметов в своей серой мгле, и двое данмеров, неслышно выбравшиеся из развалин Альд Соты, показались бы стороннему наблюдателю, окажись рядом такой, только двумя бесплотными тенями, которые по одной им ведомой причине, решили покинуть свой склеп. Их шаги не нарушили застывшую тишину, и через пару секунд они растаяли в тумане, выбрав направление на север. Быстро пробираясь вдоль берега, под монотонный шорох волн, облизывавших прибрежные камни, меньше чем через час они были уже у мелкой протоки, отделявшей от песчаного откоса, ведшего к Сурану. Келхакс настороженно прислушался, силясь понять, не скрывается ли кто на противоположном берегу в тумане, но там было тихо. Дальше нескольких ярдов разглядеть что-то в этой серой пелене все равно было невозможно, и жрец, не раздумывая больше, перешел вброд речушку, стараясь шуметь как можно меньше. На откосе действительно никого не оказалось, и данмер быстро махнул рукой девушке, что путь не опасен…. Через пару минут в достопочтенный и благопристойный город Суран, столь знаменитый своими заведениями с красными фонарями и рынками рабов, вошли два обычных, ничем не примечательных путника.

Улицы города казались еще более пустынными из-за легкого серого тумана и каменных стен строений. Где-то возле крупной таверны шаркала метлой высокая бесцветная женщина, как видно служанка, сметая в кучу осколки глиняных бутылок и прочий мусор, оставленный ночью посетителями. Жители не торопились выползать из своих нор - Суран жил больше ночной жизнью, и его обитатели давно приспособились не высовываться в те часы, когда на улицах бушевали толпы приезжих гуляк. За всю дорогу до возвышавшегося из-за домов порта силтстрайдеров путникам встретился только один стражник, да и тот едва удостоил данмеров мутноватым взглядом карих глаз. Погонщики гигантских насекомых дремали в ожидании первых путешественников, развалившись на мешках с каким-то мягким грузом. Завидев темных эльфов, они разом вскочили на ноги и принялись наперебой расхваливать каждый своего силтстрайдера. По молчаливому согласию Келхакс и Антимони выбрали того, чья блоха была покрепче и кто вопил меньше всех, в надежде на то, что в пути он не будет утомлять их разговорами. Через полчаса они уже взобрались под хитиновый панцирь насекомого и оставили позади спящий Суран.
Laikalasse
\\Писали Антимони и Лайкалассе\\

Фарикус все еще стоял, глядя на торжествующее лицо Матиса, словно хотел сказать что-то, но не мог найти подходящих слов. Вельмси уже удалился в комнату, бормоча по дороге себе под нос.
- Доброй ночи и вам, господа, не забудьте помолиться Троим, чтобы они ниспослали вам душевный покой, - поклонился им данмер, а после тихо добавил: - Ну не может же всем везти так, как сегодня повезло мне.
Насвистывая хулиганскую песенку и чуть покачиваясь от большого количества выпитого, воин, тем не менее, уверенной походкой отправился на второй этаж и чинно постучался. Не дожидаясь ответа, Матис распахнул дверь и застыл на пороге, наблюдая, как девушка готовилась ко сну.
Лайкалассе как раз расстилала постель, поправляя одеяло, и, услышав стук двери, удивленно обернулась, гадая, кто мог ее потревожить. Увидев, что это Матис, она усмехнулась.
- Нехорошо греметь дверью, сломать можно. Как расходы, между прочим, придется оплачивать.
Прислонившись к косяку двери и аккуратно прикрыв ее за собой, воин изящно положил пальцы на эфесы сабель и тихо засмеялся:
- Вы же не думаете, что для меня составляет большую проблему оплатить какую-то несчастную дверь в этой дешевой гостинице? Могу вас заверить, кровать стоит гораздо дороже, или вы предпочитаете мягкий ковер?
- Я предпочитаю кровать в собственном уютном доме, - ответила девушка, нагнувшись, чтобы поправить угол одеяла.
- Да, это лучше, чем... - он проследил за движением девушки и от этого сбился с мысли. - Так где вы отведете мне место? Я так рассчитывал на коврик возле двери, а он здесь отсутствует.
Изобразив досаду, Матис прошелся по комнате и слегка отодвинул занавеску, полюбовавшись на желто-масляные огни ночной Балморы.
Лайкалассе выпрямилась и нахмурилась. В комнате действительно не было места для двоих.
- Кто-то же говорил, что отлично управится с ролью стража. Разве на посту спят? - поинтересовалась она.
- А разве я упоминал, что собираюсь спать? - редоранец незаметно приблизился к девушке и, приобняв за талию, игриво ущипнул ее за щеку. - Глядя на вас, даже сама мысль о сне кажется мне кощунственной. Может быть, помочь вам справиться с доспехами? Здесь вам никто не угрожает.
Холодное выражение лица мигом сменило насмешливое добродушие, и Лайкалассе решительно высвободилась из обьятий данмера.
- Не стоит испытывать судьбу... и чужое терпение, - заявила она, бросив испепеляющий взгляд. - Мне нужно переодеться.
- Конечно, конечно! - Матис поспешно отступил на пару шагов и даже развел руками - мол, я ничего не трогаю. И, хотя лицо воина немного омрачилось такой совершенно неожиданной осечкой, в глазах его разгорелся огонек интереса. Распахнув окно, он демонстративно отвернулся и вытащил небольшую трубочку, набитую ароматной травой. В голове, затуманенной парами алкоголя, начало проясняться. И, хотя до рассвета было еще далеко, перспектива лезть в кишащую вампирами гробницу все меньше радовала Матиса.
Лас усмехнулась: она совершенно не понимала, что этот данмер забыл в Доме Редоран. Впрочем, наемник - он и есть наемник. Скорей всего, его интересуют только деньги. И возможность потешить свое самолюбие, попутно замечая каждую юбку. Хотя босмерка терпеть не могла юбок, намеки Матиса ей не понравились. Сняв плащ, стеклянные кирасу и поножи и легкие кожаные сапоги, девушка осталась в коричневых брюках и рубашке. Меч она отложила в сторону, а небольшой кинжал засунула под подушку.
- Можешь повернуться.
Данмер не торопясь докурил, вытряхнул трубочку на улицу и несколько секунд понаблюдал, как кружащиеся искры летели во двор таверны. Потом он аккуратно прикрыл окно и зашторил занавесками. Ожидая увидеть перед собой несколько иное зрелище, наемник, тем не менее, шумно вздохнул:
- Я вижу вы все же не доверяете мне, Лайкалассе, ну что ж, возможно, завтрашний день заставит вас передумать! Вы прекрасно выглядите, хотя такой красивой девушке меч и доспехи совершенно ни к лицу, мы еще с вами поговорим об этом, обязательно... - он хотел прикоснуться к волосам босмерки, но натолкнулся на строгий взгляд девушки. Ничего, если все сложится удачно, то времени еще будет предостаточно. - Если, конечно, я вернусь завтра из гробницы Андрети...
- Нам всем грозит опасность, - тихо произнесла редоранка, почему-то почувствовав укол совести. Однако, вопрос о том, где спать Матису, все еще оставался. - Мне показалось, что ты не боишься вампиров.
- Нет, не боюсь, иначе я бы не служил нашему Великому Дому, - и он похлопал по поясу с саблями. - Да и вы не бойтесь, если ваша молодость и безрассудство все же заставят вас завтра отправиться с нами, то я буду защищать вас до последнего вздоха! Ну что же, как я понял, мое место в коридоре, на страже, поэтому желаю вам хорошо выспаться, милая Лас.
Воин поклонился ей и направился к двери.
Нехороший осадок остался в душе девушки, когда она провожала наемника взглядом. "Может, не стоило так категорично с ним разговаривать..." - пронеслось в голове. Лайкалассе действительно можно было в чем-то не принимать всерьез: опыта общения с мужчинами у нее было немного, и это в чем-то по-детски наивное отношение когда-нибудь могло плохо кончиться для нее. Ее немного пугало внимание этого, следовало признать, симпатичного данмера, но любопытство явно брало верх.
- Я предпочитаю, чтобы мой страж находился поблизости, - сказала она. - Мало ли какие гости захотят потревожить...
Матис отпустил ручку двери, так и не нажав на нее. Что же, в глубине души он был не против затеянной девушкой игры, так было намного интереснее, чем если бы она сдалась прямо сегодня. Он отстегнул пояс и, усевшись в низкое и неудобное кресло возле окна, положил клинки в ножнах себе на колени. Устраиваясь в постели и задувая свечи, Лас могла видеть только горящие алым зрачки данмера.
Antimony Fyr
Садрит Мора, Тель Нага, Башня Советника Нелота (Нар, Демона)

Каждый миг он дюйм за дюймом передвигался, полз по стеночке. Искры, вышибаемые посохом Марвани и клинками призванных существ, веером рассыпались по сторонам и гасли, не успевая долететь до пола. Эндар незаметно преодолел почти всю стенку и оказался возле двери в покои Советника. Неожиданно с головы святоши слетел шлем и грохнулся прямо возле незадачливого наследника Дренима, заставив того дико завопить и быстро вползти внутрь покоев. Позабыв о своем природном отвращении к мертвецам, Эндар ринулся к телу Нелота и принялся рыться в том, что осталось от его мантии. Он не замечал ничего – даже того, что в комнате был сейчас не один, и вампирша следила за ним пристально-алым взглядом.. Как и она, молодой маг не обнаружил в карманах ровным счетом ничего, кроме ненужного теперь ключа. Он судорожно рвал тесемки на поясе, точно зная, что искомая вещица должна быть где-то здесь. В коридоре послышался звенящий гул – это одна из дремор пыталась пробить поставленный Марвани купол Седьмой защиты. До этого дня Эндару приходилось только раз видеть, как Советник Нелот отзывал своих стражей при помощи амулета и по слухам, в обилии ходившим по башне, Нелот всегда держал при себе этот камушек на тесемке. Так и есть! Амулет оказался крепко пристегнутым к внутреннему карману мантии, и данмер судорожно пытался теперь справиться с замочком. Проклятье, выругался Эндар, помогая себе уже зубами и в конце концов вырвав амулет вместе с клочком ткани. Вскочив на ноги, маг краем глаза заметил какое-то движение в комнате, но сейчас ему было не до этого. Слова древней формулы отзыва сорвались с его тонких губ как раз в тот момент, когда вторая дремора преодолела защиту Марвани и сумела задеть того по предплечью острием клинка. Старый волшебник с удивлением увидел, как дреморы разом замерли и обернулись в сторону двери, где стоял дрожащий и потный Эндар с амулетом в руке. Золотая Святоша растворилась в бледно-желтом облачке тумана. Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем стражи из забвения вынуждены были подчиниться приказу. Возможно, задержка была вызвана тем, что формулу произнес не их прежний хозяин, но противиться силе древнего амулета они не могли, а потому покорно отправились вслед за Святошей.
- У меня получилось, я нашел амулет Советника… - с совершенно идиотской улыбкой произнес младший Дреним, и Марвани уже было подумал, что у юнца с перепугу помутился рассудок. Однако, заметив на полу кровь, капающую из рассеченных краев рукава дорогой мантии, старик Марвани решил, что ему сейчас не до Эндара.

Тем временем Демона, снова пользуясь небольшим затишьем в покоях Советника, продолжила исследование книжного шкафа. Ей попадались древние фолианты, изъеденные временем и видавшие сотни рук, брошюры и руководства по практической магии, вызыванию, зельеварению и прочим премудростям. На полках перед книгами были расставлены различные сувениры и безделушки – иногда разившие сильным зачарованием, иногда просто красивые вещи, подаренные или найденные магом за долгую жизнь. В одной из кристаллических шкатулок Демона обнаружила ампулу с темно-бурой жидкостью, обернутую клочком пергамента. Корявые буквы, нацарапанные на пробирке гласили, что это зелье помогает излечиться от гемофилии венценосных, и что это экспериментальный образец, привезенный из Порта Тельванис двадцать лет назад. Несмотря на то, что вампирша уже никак не могла излечиться, ибо пребывала в своем состоянии очень давно, что-то приковало ее внимание к этой невзрачной пробирке и девушка сжала ее в руке…  


Балмора, трактир Южная Стена (Вельмси Телланор)

Фарикус также был приятно удивлен и обстановкой снятой комнаты и чистыми простынями на постелях. Переодевшись за ширмой в просторную ночную рубаху до пола и натянув на лоб длиннющий колпак, маг засветил на столе свечи и принялся готовиться к предстоящему походу. Непрерывно что-то шепча, имперец пухлыми пальчиками перебирал свою дорожную тетрадку, которая вся состояла из отдельных листочков, исписанных магическими формулами.
- Мне нужно как сле-следует по-по-подгото-о-овиться, - объяснил он священнику, кивая на быстро растущую перед ним на столе груду листков, свитков и бутылочек, которые Фарикус беспрерывно извлекал из дорожной сумки. Вельмси с удовольствием залез бы под мягкое одеяло, но прежде, конечно, стоило помолиться на ночь. Уже засыпая, служитель Троих слышал вздохи и бормотание соседа по комнате – уверенности в силах их предприятия они пока не внушали.


Альд'рун (Телвис Хесерилар)

Как он и ожидал, агент сделал вид, будто бы не замечает его, и уверенной походкой следовал к месту их вчерашней встречи в темном проулке. Хесу ничего не оставалось, как отправиться туда же, принимая правила игры служителя Мефалы. Они тихо поприветствовали друг друга, и бывший собрат указал на рукоять клейморы:
- Смотрю, ты опасаешься ходить безоружным, чародей. Быть может, это и правильно. Ты пришел, а значит, согласен, иного толкования я найти не могу, - во мраке ночи блеснула белозубая улыбка, - Гильдия также дает согласие на твою неприкосновенность в случае выполнения этого задания. И… имена твоих врагов, все, как договаривались. Теперь все зависит от того, насколько благосклонна к тебе будет Госпожа, попытайся вернуть ее расположение, и удача тебе улыбнется.
И снова Хесерилар остался один, лишь в руке его хрустнул аккуратно перевязанный тесемкой свиток. Без печати Гильдии, но отмеченный тонким пером Грандмастера. И выведенное черным по пергаменту имя:
«Телванни Кару Вендайн»
Шаман
-Я и есть, дорогая внученька, а это как ты правильно заметила, хозяйка сего замечательного заведения, а соответственно и твоя начальница, прекраснейшая госпожа Фара. А теперь, будь добра, оставь нас наедине.

Из таверны Дарис вышел только часа через три, с настолько гостеприимной хозяйкой и распрощаться надо было соответственно, как раз к тому времени когда утро начинало плавно переходить в яркий, солнечный день. Поначалу у Советника было желание зайти в Тель Нагу и к городской стражи, затем чтобы отменить комендантский час, но потом это желание полностью пропало и он отправился на пристань, где сел на свой корабль. Его люди должны были вернуться только под вечер, и Советника это вполне устраивало, потому как Дарис собирался наверстать пропущенные ночью часы сна, до того как начать выслушивать отчеты о том что и кому удалось узнать о смерти Нелота. До того как уснуть Дреним написал письмо Ариону и отправил его с посыльным.

Солнечный диск уже слегка окрасил горизонт розовым и через пару-тройку часов уже готов был за ним скрыться, наступило как раз то время когда из Садрит Моры на корабль начали возвращаться многочисленные телохранители Дариса. Сам он сладко потягивался, стоя на верхней палубе «Сумрака», еще бы, ведь наконец удалось выспаться.
- Как только последний член экипажа поднимется на борт, снимаемся с якоря и ложимся на курс к Тель Фиру, - отдав этот приказ капитану своего корабля, данмер отправился в свою каюту, и по совместительству рабочий кабинет, где собирался выслушать отчеты своих телохранителей, которые должны были используя выпивку как средство допроса, слегка разговорить охранников из Тель Наги. Выслушав их Советник остался наедине с Аошем который уже успел к тому времени поведать историю своих похождений в бывшей башне Нелота.
- Скажи мне, слуга, тебя ничего не настораживает в убийстве Нелота? – аргонианин недоуменно воззрился на, меряющего шагами свой кабинет, хозяина.
- А вот меня, знаешь ли, настораживает.- Дарис приостановился на мгновение, затем опять продолжил бродить из угла в угол ( ему так лучше думалось). - Вот ты бы стал запихивать кого бы то ни было в камин, будь у тебя приказ на его убийство?
- Нет. – Аош по прежнему не понимал к чему ведет хозяин и продолжал наблюдать за ним своим немигающим взглядом.
- Вот именно, а те кто убил Нелота, стали, и тут возникают три варианта:1) убийцы имели личный мотив. 2) они были из Темного Братства и за отдельную плату выполнили особые пожелания заказчика. 3) это были Клинки маскирующиеся под две предыдущие категории, но этот вариант можно на первое время отложить на самую дальнюю полку, потому как причин устранять Нелота у Клинков не было. Убийц, без сомнения, было несколько – в одиночку провернуть такое мог, разве что Эно или какой-нибудь высокопоставленный Темный Брат с материка. И ты знаешь что еще не дает мне покоя?
- Магия?
- Верно, а точнее Разрушение, магией этой школы Мораг Тонг и Темное Братство пользуются крайне редко, а в данном случае была применена очень мощная молния, создать которую сможет далеко не каждый Телванни или маг из Гильдии. Метнувший молнию не мог так хорошо научится владеть этой магией в Мораг Тонге или Темном Братстве, следоватеьно он проходил обучение либо у одного из Телванни, либо в Гильдии. А как ты думаешь куда подаются молодые Телванни которым по каким-либо причинам не нашлось места в Доме?
На лицо Аоша вползла улыбка понимания происходящего:
- Они становятся наемными убийцами.
- Совершенно верно. Если все вышесказанное привести к общему знаменателю то получится что скорее всего убийцами были молодые маги изгнанные из Дома, ставшие наемниками. Изгнанников не так много, и найти информацию по ним в архивах труда не составит, но пользы от нее не будет, так как о внешности и количестве убийц нам неизвестно ничего.
- Вы собираетесь их искать, чтобы потом выяснить личность заказчика?
- Нет. Личность заказчика известна – это Марвани.
- Тогда к чему все это?
- Потому что Марвани мог их послать не только за жизнью Нелота, но также и за его документами. В этом случае документы уже у старика и мне надо учитывать такую возможность.
В дверь постучали.
- Войдите.
- Господин Дреним, мы прибыли к Тель Фиру.
- Хорошо, бросайте якорь и готовьте мою шлюпку.
Солнце уже давно закатилось к тому времени как нога Советника ступила на причал башни принадлежащей самому древнему из ныне живущих данмеров.
Сота_Сил
  //длиннющего поста не будет, так сложились звезды) //

"Вот какими поворотами судьба ещё наградила меня..." - про себя выругался Телвис и сжал в руках свиток. Кару Вендайн, значит... "Раздобудьте его для Советника Ариона и вы получите его согласие на ваше вступление в Дом" - чародей вспоминал слова телваннийского связного. Мефала, та, которую Хес едва не супругой называл в годы отрочества, тепрь стояла с другой стороны этого моста через Ничто...
  Решать надо было быстро, справляться с задачей оперативно. Торопливыми шагами маг преодолел расстояние до своего дома, дверь надрывно скрипнула, затем грохнула о крепкий косяк; Телвис рванулся к полке с наваленными на неё книгами и принялся в бешенстве раскидывать фолианты по комнате с целью найти что-либо, могущее подтолкнуть стоящего на распутье приключенца к верному решению... Что характерно, он знал, что ищет...


// Не длиннющий, так не длиннющий. Однако, отвечать я смогу только после того, как ты примешь какое-то решение  smile.gif - A.F. //
Dro'Anton
Балмора. Трактир "Южная Стена"

Вельмси спал и ему снились сны, то ужасные, то красивые, то печальные... Огромная каменная голова Вивека, которую предстояло перенести с места на место одному лишь жалкому слуге Альмсиви Теланнору... Снились прекрасные долины Западного Нагорья, сказочные и неизведанные данмерские крепости, голубой небосвод и кремовые облака... Сны в сознании Вельмси переплетались, причудливо меняясь с одного на другой... Вельмси резко открыл глаза - была глубокая ночь, Фарикус-маг спал, громко храпя... "Ох... Да светятся имена Альмсиви... Трое, отведите дурные сны от меня" - лишь шевеля губами, помолился Теланнор и подумал, - "Интересное дело... Скоро уж наверно утро... Надо спать дальше... Ждать... Рассвета..." - Вельмси тихонько зевнул и сладкая дрема овладела разумом и подсознанием священника... Уже новые, но более мирные сны снились Вельмси... Что-то наподобии тех прекрасных картин Западного Нагорья, только сейчас снился весь Вварденфелл, да что там, весь Морроуинд... Снился Нарсис, Кормар Вью, Некром, Альд'Рун, даже вид Красной Горы при свете закатных лучей не пугал Вельмси... Священнослужитель почувствовал полное умиротворение и отдых от тяжелых будней мирского бытия... Сон действительно восстанавливал силы...
Сота_Сил
Только закопавшись в хламе, сваленном по полкам и шкафам, Телвис вдруг увидел старый пергамент Мораг Тонга. Маг подошел, взял его в руки, развернул... Старая печать наполовину осыпалась и была едва узнаваема, буквы, каллиграфически  выведенные  на желтой поверхности листа уже не складывались в слова. Этой бумаге должно быть более ста лет. Может, это повеление судьбы? истинного пути? Или очередная ошибка? Чародей в который раз перебирал в мозгу события прошлого дня. Затем почему-то Хес вспомнил бывших братьев, вспомнил, как Мефала говорила с ним... "Всё,- решил Телвис. - Решено" Свои прихоти можно обуздать, даже если это сокровенные мечты, а вот повеления бога ослушаться невозможно... К тому же, перспектива узнать своих преследователей поименно, весьма привлекала мага.
  Быстро поднявшись с пола, Хес подошёл к подвижной стене, а затем, отодвинув её, вошел в специальное помещение. Там, в тени, густой, как смола, покоились личные вещи чародея, которыми он, по правде, не пользовался десятками лет . На полке у двери стояла свеча в стальной оправе, вовсе не похожей на подсвечник, и Телвис, не имея иных средств, зажег фитиль яркой вспышкой магии. Мерцающие блики осветили покрытые седой пылью свёртки ткани, содержимое их было неопределимо. Пройдя вдоль высоких полок хранилища, маг безошибочно узнал маленький, завернтый в индиго-бархат предмет. Ритуальный кинжал Мефалы.
  
  Ночь сменилась рассветом, ранним, только рождающимся днём. Гибкие щупальца тусклого солнца просачивались сквозь трещины в двери. Телвис либо давно не спал, либо вообще не подходил к кровати в эту ночь. Улицы Альд'Руна напоминали пустынные окрестности Маар Гана, ибо в такое раннее время никому не приходило в голову выйти на прогулку, сулящую в лучшем случае простуду, в худшем - ещё и ограбление. Под аркой у ворот стояли двое стражников, видимо, они были единственными из утреннего наряда. Всё идеально подхоило для исполнения приказа. Было только одно "но": Вендайн сказал, что останется пока в Альд'Руне, но не сообщил, где именно. Хотя, собственно, это наводило на мысль о том, что у заезжего телваннийца нет постоянного приюта. К тому же вспомнился тот факт, что он бродил около арки. Там стража, но это не было особой проблемой. Предварительно прочитав заклинание "хамелеон", Хес бесшумно выбрался из своей лачуги с ритуальным кинжалом на поясе. Незаметно, не оставляя следов на запыленной каменной кладке, маг подобрался к порту силтсрайдера. На его месте, правда, были лишь глубокие отпечатки ног в песке - очевидно, погонщик уехал в путешествие. Тем лучше, посудил Телвис, меньше потенциальных свидетелей. Так, убийца подкрался к одному из стражей, внимательно осмотрел его. Затем подошел к другому.  Потом отошёл чуть дальше и сотворил особое заклятие, которое не только парализовало и ослепило редоранцев, но и позаботилось о том, чтобы в будущем событий этого утра они не вспомнили... А в этот самый момент Кару Вендайн зашел в "Крысу в Котелке". Эффект хамелеона спадал, но улицы были вполне безопасны - разве что скальный наездник маячил над скаром). Повторив заклинание, Телвис вновь стал невидимым, и, убедившись в полной конспиративности, вошел в таверну вслед за целью.
   Телванниец спускался на нижний этаж, когда тень преследователя заметила его.

  Ещё немного - и настанет время действовать.

  Хес немедленно последовал за Вендайном. Тот уже сидел за столом внизу. Всё должно было быть гладко. Но вдруг Кару бросил взгляд на "тень" и, вскочив из-за стола немедленно развеял невидимость Телвиса - видимо, эффект был недостаточно силён. Убийца не теряя времени, быстро как ветер, переместился за спину жертвы, молниеносно выхватил инжал из-за пояса и одним движением пресёк жизнь своей последней возможности вступить в Телванни. Приказ был исполнен, никто наверху не заподозрил чего-либо, и только через час уборщица с криками и визгами объявила общественности о свершенном преступлении.
  Разумеется, шум всё же подняли. Но Телвиса это уже не волновало. Теперь он собирался получить обещанное, а может и замышлял нечто большее...
Laikalasse
Утро обещало быть чудесным: солнечным и в то же время прохладным. Именно такую погоду Лас предпочитала по утрам, хотя перспектива идти под солнцем днем ее не прельщала. Но сейчас сквозь выходившее на сторону восхода окно струился узкий золотой луч, который протянулся от подоконника до пола и не спеша скользил в сторону кровати, на которой спала Лас. На самом деле девушка уже открыла глаза и наблюдала за солнечным лучом.
"Ну, хватит валяться", - подумала она и, откинув одеяло, неслышно выбралась из постели. Раздвинув занавески - по правде говоря, она не любила зашторенных окон - босмерка открыла окно и села на подоконник, подтянув к себе колени. Посмотрев на Матиса, она усмехнулась: данмер все же заснул к рассвету, возможно, всего несколько минут назад. Положив голову на колени, редоранка изучала лицо наемника: когда он спал, то казался куда более привлекательным. Возможно, оттого, что высокомерие на ночь покидало его.
"Таким он нравится мне гораздо больше", - согласилась про себя девушка и отвернулась к окну как раз в тот момент, когда данмер открыл глаза. Тот не мог не быть довольным собой: конечно, он заметил ее взгляд и то, как именно лесная эльфийка смотрела на него. Игра, затеянная этой невинной девой, становилась все интереснее.
Несколько минут он любовался точеной фигурой молодой эльфийки, которая глядела на просыпающийся город и время от времени сдувала с лица пшеничные пряди, пока ветер перебирал шелковистые волосы, словно очарованный воздыхатель. Матис хмыкнул про себя: рано или поздно на месте ветра окажется он сам.
- Доброе утро, милая Лас, - приветствовал он, вставая с кресла и от души потягиваясь: из-за неудобного кресла все тело затекло.
Девушка обернулась и улыбнулась.
- Доброе утро. Ну, по-моему, самое время чтобы позавтракать и отправиться на охоту за вампирами.
Матис недовольно поморщился при упоминании о вампирах, которое совершенно не соответствовало этому дивному утру и настроению. Лас вздохнула, увидев, что выражение его лица снова стало привычно-надменным, и, заправив постель, потянулась за доспехами. Учитывая вчерашние события, наемник понял намек.
- Матис, не пора ли нашим спутникам вставать? - так и есть, она выпроваживала за дверь. - И неплохо было бы позаботиться о завтраке, если они еще не сделали этого.
Наемник кивнул и вышел из комнаты. Что ж, вчерашняя осечка оказалась неприятным сюрпризом, но выражение глаз эльфийки, которое он поймал на себе, пока она думала, что он спит, данмер истолковал верно.
Лайкалассе спустилась спустя несколько минут и, застав всю компанию в практическом пустом зале, приветствовала Фарикуса и Вельмси и прошествовала к Хабаси, местной главе Гильдии Воров. Посовещавшись с ней минут пять, она вернулась к столу и положила рядом с собой карту. После утренней молитвы все четверо приступили к завтраку.
- Вот, гробница Андрано находится к западу, за холмами, - объясняла девушка, расстелив карту окрестностей Балморы. В этот час таверна была почти пуста, кроме них и бретона за стойкой, никого не было. - Можно дойти до Плато Одай и спуститься по перевалу там, но, откровенно говоря, я не считаю, что холмы над самой Балморой так уж круты, что бы мы не могли их пересечь.
Набивший крабовым мясом рот Фарикус едва не поперхнулся.
- Ч-что? Лазить по горам? Н-но, милейшая Лас, мы же не к-козы, чтобы прыгать по горам!
- Козы? - с интересом переспросила она. Она лишь мельком слышала об этих киродиильских животных. - О, да разве ж это горы. Зато так мы сэкономим время и будем у гробницы Андрети в два счета. Передохнем, если нужно, и войдем.
Толстячка мага совсем не радовало нетерпение эльфийки встретиться с кровососами как можно скорее.
- К чему то-торопиться? Все т-там будем... - сказал Фарикус и вздрогнул от собственных слов: уж больно зловеще они прозвучали.
- Да бросьте, сейчас утро, а через пару часов наступит полдень и вампиры станут слабее, чем в любое другое время суток, - заметила Лайкалассе. - Это же такая удача для нас. Мы дождемся полудня и войдем в гробницу. Иначе мы провозимся до вечера.
Матис усмехнулся и отпил шейна.
- Наша прекрасная леди, очевидно, не может усидеть на месте и жаждет деятельности. И все же нетерпение и молодость часто приводят к безрассудству. Я по-прежнему считаю, что вам лучше остаться в городе, милая Лас.
Босмерка фыркнула и смерила данмера уничтожающим взглядом.
- Я уже говорила, что не являюсь кисейной барышней. Не моя вина, что вам попадались именно они.
Закончив завтрак, она встала из-за стола и свернула карту.
- Ну, предлагаю не тянуть с этим и отправиться на прогулку. Местные холмы очень живописны, господа.
Заплатив бретону за стойкой, редоранка развернулась на каблуках и вышла из таверны. Слова Индрано ей изрядно надоели и вызывали раздражение.
Балмора утопала в золотистых лучах и таявшей утренней дымке тумана. Блики солнца играли на воде, когда редоранцы пересекали один из мостов, направляясь на западный берег, в богатую часть города. Прохожих было мало. Стражник Хлаалу лениво проводил их взглядом: вряд ли от этих четверых можно ожидать неприятностей.
За зданием гильдии Мораг Тонга склон холма действительно не был таким крутым, и девушка без труда забралась на его вершину. Следом за ней легко взобрался Матис. Хуже всего пришлось Фарикусу, который пытался вскарабкаться самостоятельно, но у него ничего не получилось. Поймав на себе презрительный взгляд Индрано, маг грустно вздохнул и прочитал заклинание левитации, которое подняло его на вершину. Дождавшись Вельмси, вся компания спустилась с другой стороны, при этом бретон только чудом не покатился кубарем. Он постоянно кряхтел и вопрошал Лас, почему она не пошла через перевал у Плато Одай.
Горький Берег встретил их хором голосов дикой природы. Какая-то никс-гончая хотела было позавтракать ими, но Лайкалассе резко подскочила к ней и, увернувшись от когтей, несколькими ударами успокоила животное. Оставив труп гончей, четверка продолжила путь к гробнице и спустя несколько минут вышла к небольшому болотцу, на берегу которому расположилась гробница. Лас усмехнулась: чтобы добраться до входа, нужно было или сунуться в болото, или пройти по самому краю бережка и ступить на площадку перед дверью. С двух сторон от гробницы рос папоротник, посреди болотца торчал пень, а рядом из мутной воды высовывались деревянные наросты в окружении кувшинок и тянулись исполинский ствол широколистого дерева и опутанная лианами плакучая ива.
- Прекрасное место, - насмешливо подытожила девушка, усаживаясь на берегу болотца. - Как раз почти полдень. Что ж, пусть наш уважаемый маг отдышится как следует, тогда и можно начинать.

\\Не серчай, Анти, вот тебе ответ от меня. )
// Я не серчаю, но Фарикус - бретонец))
Antimony Fyr
//Писали Фалька и Антимони//

Окрестности башни Тель Фир

- Не твое дело, - огрызнулся оставшийся без сапог несостоявшийся "обед" зверюги и отвел рукой наконечник копья, - Убери, без тебя проблем хватает. Меня чуть не сожрали, между прочим, а теперь ты тут со своей палкой.
- Очень даже мое, потому как проблем хватает у всех, и ты - еще одна на мою голову, - уже чуть спокойнее ухмыльнулся Арьени. - Для начала лучше бы тебе меня убедить, что ее не следует решить немедленно, - оружие продолжало смотреть сидящему данмеру в лицо, просто отъехав из области досягаемости рукой.
Понаблюдав, как с наконечника медленно сползает и капает тягучая кровь чудовища, темный брат вспомнил о своих ранах и указал на окровавленную штанину:
- Слушай, колдун, у тебя снадобье какое-нибудь есть, кажется, меня покусали. Да убери ты свою палку, я в этих краях случайно, мне нет дела до вашего старикашки Фира или кого ты тут охраняешь.
- Угу, а сейчас, похоже, придется охранять тебя, - осклабился маг, спокойно опершись на копье, однако не спеша оказывать какую бы то ни было помощь. Возможно, этот тип и правда на сей раз не по его душу, хотя такой может наплести все, что угодно, но их по-прежнему оставалось двое, а сапог - всего одна пара. Что такое обувь в подобных местах, Барем знал слишком хорошо.
Убийца не ответил, голову мгновенно заполонило множество разных мыслей из тех, что во время пребывания в пасти хищника казались незначительными. Помимо банального отсутствия одежды, при нем не было ни свитков, ни амулетов, ни драгоценностей - словом совершенно ничего, что могло бы забросить его в один из городов, либо, что можно было бы предложить магу в обмен на услуги. Он грязно выругался, вспомнив о коллеге, ушедшей заклинанием Возврата. Возможно, ей повезло больше, возможно в Альд Соте и не было никакой зачистки - сидя на полу пещеры, на маленьком островке залива Зафирбель, полученная от шпиона информация казалась ему неправдоподобной. Чтобы Севера позволила кому-то разорить свое гнездо? Темный брат тихо посмеялся и принялся вспарывать штанину ножом.
Единственным оружием, что осталось при нем был стальной простейший кинжал, обычно носимый за голенищем сапога. Рана данмеру не понравилась, тем более, что нога начинала уже постепенно неметь. Мда, возможно лучше было бы вернуться в Альд Соту, быть может там его бы ждала лучшая участь.
- У меня есть свиток вмешательства, если тебя это устроит, - буркнул Арьени, перебирая пальцами на древке.
- С чего бы такое проявление добродушия, а, колдун? - убийца уставился на Барема снизу вверх пылающими щелочками глаз. Если бы не эта дурацкая рана, можно было бы еще поспорить. С большим трудом он поднялся на ноги, не забывая при этом приглядывать за собеседником. - Меня устроит. но взамен мне дать тебе нечего.
- Неохота с тобой возиться, - флегматично и вполне, надо сказать, честно ответил Барем, также не спуская глаз со своего нечаянного соседа и немного отходя ко входу. Носок промокшего и потрепанного сапога подцепил с пола сумку, кою маг перекинул себе через плечо, вновь поудобнее перехватив копье. Длинные тонкие пальцы на миг нырнули внутрь и нашарили один из свитков, коих, по обычаю, было прихвачено несколько. Сделав несколько оборотов в воздухе, отсыревшая, но еще вполне пригодная магическая бумага шлепнулась к ногам Темного Брата.
Ничуть не смутившись, данмер подобрал свиток, развернул и, нахмурившись, начал вглядываться в витиеватые буквы. В последний раз он окинул взглядом своего "спасителя", в которого превратился Арьени из преследуемого. Озадаченное выражение, вызванное в первую очередь свежей раной от зверюги, по мере прочтения свитка сменилось едва ли не радостной ухмылкой. Исчезая в облаке заклинания темный брат успел заметить, как из-за угла пещеры за спиной Арьени высунулся голодный нос уменьшенной копии чудища. а за ним еще один.
Выдохнув с некоторым облегчением, Арьени устало опустил оружие. Пальцы непроизвольно разжались, и массивная металлическая штуковина с резким лязгом и грохотом приземлилась на каменный пол пещеры, заставив наемника дернуться и немного скривиться. Любопытные носы незамедлительно попрятались обратно, и едва слышный шорох, заглушенный  эхом падения, затих в глубине пещеры. Донельзя вовремя, поскольку в следующий момент маг с витиеватым ругательством в адрес всей этой бузы обернулся, осмотрелся и неспешно принялся изучать поле боя. Сбросил мешающуюся сумку, прошелся взад-вперед, пошевелил ногой тушу. Экая тварь... подобных он раньше не встречал. И этот след... судя по всему, ее раньше держали в башне неподалеку. И вырастили скорее всего не без магического вмешательства... Барем не любил своих коллег-ученых, вечно придумывающих какие-то проблемы на свою и чужую голову. Экспериментаторы хреновы. Еще и потомство, видимо... а может, и мыши какие летучие... поспешно произнесенное заклинание обнаружения жизни показало ту же картину, что и раньше. Неизменившееся местоположение источника несколько успокоило мага, и он решил отложить исследование и зачистку оставшейся части пещеры на потом. Устало опустившись на пол и привалившись к стене, он прикрыл глаза и погрузился в размышления о том, что делать дальше.
Однако минуты блаженного расслабления длились недолго. Шорохи, попритихшие где-то в глубине, вернулись вновь, раздалось странное фырчание и уже явственный топот когтисто-чешуйчатых ножек. Деткам убитой зверюги потребовалось несколько секунд, чтобы учуять вяленое мясо в небрежно брошенной сумке мага и накинуться на добычу острыми зубами, с писками вырывая куски кожи.
Trickster
Последние два дня вор уже сам не знал, от чего прячется в этом огромном городе. Поборники имперского закона, храмовники и последователи Даэдра – все они остались будто бы где-то далеко, по ту сторону стен Балморы. Местная гвардия Дома Хлаалу и подавно не стремилась почтить его нежелательным вниманием, а воровской вертеп под безвкусным названием «Южная стена» дал ему надежную крышу над головой, дешевую пищу и постель. Последняя, однако же, удобством и мягкостью не уступала эбеновой друзе, но после нескольких ночевок на голой земле Трикстер высоко ценил даже такой вот грубый лежак. А безразличие к его персоне самой подпольной братии – и того выше. Несмотря на то, что ему по-прежнему приходилось считать каждый дрейк, Трикстер не спешил лезть в бутылку за золотом – постель покамест обходилась довольно дешево, а вот покоем надлежало дорожить.
И все же на душе у вора скребли кошки. Насколько спокойнее стала его жизнь в Балморе, настолько же чаще его стали тревожить мысли о приближении новой напасти. Чем тяжелее давалась постоянная борьба за жизнь, тем болезненнее сказывалось отсутствие явной угрозы. Безмятежность настораживала, порождала опасения, а вор нутром чувствовал – ни при каких обстоятельствах она не может оказаться долговечной. Жестокая воля, до сих пор издевавшаяся над ним, непременно вмешается и теперь. И Трикстер, уже успевший притерпеться к ее лиходейским проказам, прекрасно понимал – противопоставить ей нечего, весь вопрос лишь во времени. Уж она-то воротится непременно, она не может не вернуться, эта глумливая мразь, избравшая безымянного вора своей любимой игрушкой. Она переиначит все намерения, разрушит грезы и небрежным прикосновением невесомой ладони обратит в ничто любые тщания, враз изменив жизнь Трикстера по своему канону так же, как делала это прежде. Веретено судьбы никогда не останавливается надолго,  и сейчас зловещий ткач наверняка измышляет новый, невиданный ранее страшный узор, что наверняка проступит на сером полотне грядущего дня. Не избежать его козней, не вырваться из его тенет. Кто поднимет против него меч – сразит сам себя. Кто попытается обмануть его изощренный ум – падет жертвой собственного обмана. Ибо его имя – Дом Бед, юдоль зла, единого в четырех лицах. Как бы бдителен и осторожен ты ни был, ловкие пастыри-кукловоды всегда найдут, чем подцепить твою убогую душонку.
Так отчего же они вдруг затаились, что означает эта передышка? Две тихих ночи, два дня-близнеца. Что один, что другой – безмолвные, загадочно спокойные и одинаково пустые. Одни картины и слова, даже мысли – и те сплошь об одном и том же. Чем-то грозит рассвет? Да чем бы ни грозил – быстрее бы пришел. Право, существовать с неизбывным безликим страхом - куда мучительнее, чем столкнуться с самым жутким его воплощением.
Ни ответов, ни даже смутных догадок. Неизвестно, что занимает нынче отставших гончих – зализывают они раны, или, быть может, точат когти… В каком, хотелось бы знать, обличье явятся они в очередной раз? Чем обернется предательство Трикстера? В Кальдере он хладнокровно оборвал две человеческие жизни и вероломно изувечил третью – жизнь парнишки-чароплета, добровольно доверившегося ему. Астьен и помыслить и не мог, что тот, кто преломил с ним одну черствую краюху и посвятил его себе, назавтра бросит своего порученного на произвол богов, избавившись от него равнодушно, как от неприятной обузы. Его, Трикстера, вину не измерить аршином имперского закона, не смягчить малодушными оправданиями. Торг с совестью более невозможен, кара – неминуема. Знать бы только, под маской какой благодетели явится двуличное правосудие…

Он проснулся чуть свет, разбуженный грохотом парадной двери и, очнувшись от чуткого сна, уже не смыкал глаз. Принесло же кого-то в кабак в такую рань… Лениво поворочавшись на жесткой постели, данмер поднялся, протер глаза, нашарил скиданные кучей на стуле рубашку, порты и куртку, натянул нетчевые сапоги и, наскоро приодевшись, направился вниз, в залу. Есть, конечно, не хотелось, но глотнуть чего-нибудь легкого и тем самым усладить пересохшее горло было прямо-таки необходимо. Все равно сна уже ни в одном глазу.
Темный душный эркер, вопреки ожиданиям, в этот час не пустовал. Бретон, двое данмеров и босмерка, сгрудившиеся вокруг стола с разложенной на нем картой, так усердно старались не привлечь к  себе постороннего внимания, что не заинтересоваться их шушуканьем было просто не возможно. Трикстер поначалу слушал вполуха – редко ли встретишь в таких кабаках подобные же группы искателей приключений, вдохновенно разрабатывающих готовящуюся авантюру? Впрочем, чем дальше, тем больше увлекал его этот разговор, и вскоре вор, сам того не заметив, всецело обратился в слух. Судя по тем обрывкам фраз, которые он, безучастно прихлебывая флин у стойки, сумел уловить, у ранних посетителей как раз шли оживленные пересуды о проникновении в один из окрестных фамильных склепов. «Авантюристы», как выяснилось, были ребята не промах – не устрашились они нынешних обитателей древнего могильника, не смутили их кошмарные Дети Ночи... Итак, столпы вновь сделали Трикстеру предложение, от которого тому невозможно было отказаться. Старый трюк, никогда их не подводивший, превосходно сработал и на сей раз. Теперь вор обречен последовать за этой четверкой, какие бы предчувствия ни пытались уберечь его от эдакого безрассудства. И он последует, твердо зная, что этот путь, верно, не кончится для него добром, а его поводыри сгинут в той огромной каменной домовине, так и не узнав, кто явился провозвестником беды…
Falca
Пока очнувшийся от шумов совершенно вымотанный наемник лихорадочно нашарил на полу оружие, пока вскочил на не вполне послушные ноги, пока оценил ситуацию - этих нескольких мгновений вполне хватило на то, чтобы от сумки осталась лишь потрепанная и пожеванная тряпочка. Страшно заорав, Барем бросился на тварей с копьем наперевес, ибо последний запас энергии был израсходован несколькими минутами ранее на злосчастное заклинание обнаружения. Те, разумеется, снова поспешно дали стрекача, но свитки и все, что оставалось в сумке помимо мяса, спасать было поздно. Да и не это было сейчас первым намерением мага, который уже понял, ЧТО только что произошло. Откуда и силы взялись - он несся по коридору, совершенно не думая о том, что может встретить что-то пострашнее удирающих вглубь уродцев, не предполагая, что загнанное в угол потомство может оказаться опаснее своей мамаши, перед налитыми кровью глазами мелькали чешуйчатые хвостики, под сводами эхом разносился перепуганное писко-кряканье, а в голове чугунным молотом стучало одно: "Убью.. порву... НЕНАВИЖУ!!!"
Коридор кончился внезапно. Влетев в гнездо, где пахло ничуть не лучше, чем из пасти огрима, а то и похуже, детеныши заметались по стенам, и в тот же миг мощный удар зазубренного наконечника настиг одного из них, пробив насквозь. Второй вцепился было данмеру в ногу, но был немилосердно приложен ударом ноги об стену, и временно выбыл из боя. Барем рванул древко на себя, разрывая плоть извивающегося в агонии создания, разбрызгивая черную кровь по стенам и своим штанам. Копье не шло. Пинок - и только что вновь бросившийся на Арьени второй малыш, жалобно покрякивая, опять шмякнулся о камень. Придерживая все еще подергивающую конечностями тушку ногой, маг наконец извлек вымазанную всем, чем только возможно, сталь и вновь занес копье для удара. Уродец уже явно потерял боевой запал, и жался к стене в надежде, что его оставят в покое. Нехорошо улыбнувшись, данмер сделал обманный выпад и следующим движением пригвоздил шарахнувшуюся было в сторону тварь к камню. Под треск разрываемых тканей и громкое чавканье наконечник был извлечен, и со зверским оскалом вновь погружен в корчащееся под ногами тельце. И снова. И снова...
- Съел?.. Съел, ###? - тяжело пыхтя, приговаривал маг, нанося удар за ударом. - Приятного, ###! аппетита, ###! Уууу, тварррь... - наконец с силой поддав истерзанный трупик ногой и украсив стену фонтаном его внутренностей, наемник с ненавистью посмотрел на второй и сплюнул. Возня и слабое попискивание откуда-то из темного угла, куда не доставал призрачный свет растущих там и сям грибов, вдруг привлекли его внимание. Еще. Совсем маленькие. Да пропадите вы пропадом, подумал озверевший данмер, и снова занес оружие...
До первой из комнат он добрался уже чуть ли не ползком. Перебирая остатки сумки, ничего утешительного для себя Барем не нашел. Уцелело разве что кресало, что было как нельзя кстати сейчас, когда маг был окончательно опустошен. Но сил разводить огонь уже не было. Свернувшись калачиком на зарослях какого-то лишайника, он забылся глубоким сном без сновидений, едва лохматая черная голова оказалась на подложенной под нее руке.

Проснулся Арьени оттого, что зверски замерз. Ныли ребра, болела укушенная нога. Стуча зубами и растирая руки, он немного попрыгал на месте, припоминая вчерашние события и пытаясь скорректировать свои планы на ближайшее будущее. Лодки больше нет. Это было неприятно, но не критично. Свитков теперь тоже нет. А вот это уже фатально. Добираться до точки, откуда можно воспользоваться вмешательством - это совсем не то же самое, что добираться до самого города через эти гиблые места. Значит, оставалась одна дорога - в чертову башню. Наемника передернуло, но другого выхода не было. Но сначала следовало привести себя в порядок. Огонь - это легко. Маг не чувствовал себя особо отдохнувшим, но силы за время сна восстановились. А вот с хворостом придется потрудиться... и на улице хоть глаз выколи...

Ближе к полудню отогревшийся, обсушившийся и так-сяк перекусивший жестким мясом убиенных монстров Барем выпрыгнул на берег неподалеку от Тель Фира как раз на последней секунде хождения по воде.
Шаман
//Писали Шаман и Анти//

Дивайт был одним из тех немногих, кому Дарис Дреним Телванни доверял настолько, что входил в его жилище без сопровождения своей охраны. В парадной, как всегда ошивалась один из модифицированных клонов самого Дивайта под обозначением Бейта Фир. Сей клон, в отличие от создателя был женского пола и обладал всеми вторичными половыми признаками данмерки, и надо заметить, очень симпотичными сторичными половыми признаками, настолько симпотичными что глаза любого потомка элнофеев мужского пола  останавливались на них сами собой. Глаза Дариса сделали тоже самое не смотря на то, что эту картину они видели не в первый раз.
- О прекраснейшая Бейта, да оставаться тебе такой же прекрасной вечно, не ответишь ли ты старому и больному данмеру на один маааленький вопросик?
- Старый? - немного наигранно ответила девушка, краем глаза отмечая свое отражение в большом чуть затемненном зеркале. Ее улыбка, как мог заметить тот, кто видел ее не впервые, была низменной и сползала с лица лишь в те минуты, когда улыбаться было некому. - Ну какой же вы старый, вполне еще ничего. Спрашивайте, господин... Дарис.
- Можно тебя тр... эээ... где твой отец? Мне нужно с ним поговорить. - последние мысли Советника все-таки сумели прокрасться на его язык, к сожалению Дарису действительно необходимо поговорить с древним магом, иначе он обязательно бы продемонстрировал, насколько он "ничего".
Бейта, разумеется, не обратив внимания на тон пожилого Дренима, пожала плечами:
- Он как всегда у себя и как всегда не желает никого видеть по политическим вопросам. Вас проводить?
- Да нет я сам дойду. - Советник прекрасно знал путь к рабочему кабинету хозяина башни, также он знал что этот самый хозяин очень ценил свое уединение, а потому, перед тем как войти, вежливо постучал.
- А я все думал... кто это так расшумелся? - дверь перед самым носом Дариса резко распахнулась, повинуясь движению руки старого мага и едва не размозжив голову Советнику, - Надо же, чем обязан такому неожиданному визиту? Только не говори мне, что расследуешь убийство этого старого хрена из Тель Наги. Мне это неинтересно.
- Да и мне не очень. Так значит Арион до сих пор не притащил сюда свой ленивый зад. В таком случае я предлагаю подождать его, не люблю обсуждать одно и тоже по-нескольку раз. - за то время пока он это говорил, Дарис успел оккупировать одно из кресел в кабинете, дабы Дивайта не мучали угрызения совести от того что его посититель стоит в проходе.
Но совесть, как довольно редкое качество среди телваннийцев, была древнему Фиру вообще незнакома, или же позабыта за давностью лет. Маг продолжал увлеченно копаться в каких-то своих записях, словно и не слышал последней реплики гостя. Хотя слышать-то он ее прекрасно слышал, но, прежде чем удостоить Дренима ответом, Дивайт минуты две только задумчиво покусывал губы.
- Арион? Нет, он не сможет здесь появиться в ближайшее время. Хотя, кажется, присылал письмо сегодня. Наверное присылал.
Данмер неопределенно махнул рукой, сметая широченным рукавом домашней мантии несколько свитков на пол. Глаза его хитро прищурились.
Прекрасно понимая какую игру затеял этот древний перец, более молодой перец, по имени Дарис лишь, слегка изогнул свою правую бровь ожидая пока его собеседник снизойдет до продолжения диалога.
Дивайт вздохнул и с тонкой улыбочкой проследовал к шкафу, откуда извлек прекрасный серебряный кубок и бутылку выдержанного бренди. Поставив "угощение" на низкий столик перед дарисовым креслом, старик выглянул из покоев и распорядился принести гостю закуски. Советник невольно отметил, с каким проворством и легкостью перемещался этот мудрый старец. Постояв посреди комнаты, Дивайт дождался, пока молоденькая и очень ухоженная рабыня-хаджитка расставила на узорчатом подносе тарелки и удалилась.
- Ходят слухи, будто я не держу рабов, - хохотнул маг, - Ну да, они вообще-то ни к чему, но эта - подарок. Не мог не принять.
Дарис удивленно воззрился на кубок, не будут же они в конце концов пить с одной тары. Игра в "гляделки" ему тем временем уже успела надоесть настолько что он решил признать в ней поражение и задал прямой вопрос:
- Вам не кажется что письмо присланное Арионом касается меня?
В ответ на его недоумение маг откуда-то из недр своего стола вытащил второй кубок, не такой сияющий, как гостевой, но гораздо более древний, небрежно плеснул в оба кубка прозрачной жидкости и задумчиво понюхал:
- Это должно тебе понравиться... Письмо? Ну да, собственно, в нем Арион как раз предупредил меня о том, что ты вскоре сюда заявишься. Но ему совершенно некогда, а поэтому придется тебе самому тащиться в этот, как там его, Альд'рун.
Новость сообщенная древним магом вызвала в голове у Дариса возникновение мыслей о его совершеннейшем нежелание тащится в такую тудыть, обрамленных в самые что ни на есть непечатные выражения. Взяв  себя в руки Советник осведомился:
- А мой любезный друг случайно не уточнял: на... зачем?
После чего для успокоения  отпил из кубка, жидкость и впрямь была недурна, но погасить неприятные эмоции в адрес Ариона ей не удалось.
- Почему же, он уточнял. Ему позарез нужна какая-то безделушка, найденная давным-давно в гробнице Андрети. Кольцо кажется. Я помню этого деда, он так надоел мне со своими теориями, что я даже согласился с парочкой его выводов. - волшебник сделал осторожный глоток и вновь придирчиво заглянул в бокал, - Словом, кольцо находится у какой-то бабы из Гильдии Магов и Арион (как последний дурак, надо сказать) поручил стащить это кольцо какому-то молодчику по имени Кару Вендайн. И теперь думает, что сей Вендайн распознает силу кольца и скроется с ним с континента. Либо что маги поймают его. Поэтому просил оперативно и без шума разыскать кольцо или бабу с кольцом или Вендайна с кольцом. И привезти безделушку сюда. Как можно скорее.
- Хм, Арион все-таки со мной согласился, это радует, в таком случае я немедленно отправляюсь в Альд'рун. Благодарю за теплый прием но к сожалению в свете сложившихся обстоятельств вынужден откланятся. - попрощавшись с Дивайтом Советник, добрался до корабля который столь же оперативно отчалил и лег на курс к Эбенгарду.
Упрощенная версия форума. Для перехода в полную нажмите на эту ссылку.
Invision Power Board © 2001-2024 Invision Power Services, Inc.