Поиск - Участники - Календарь
Перейти к полной версии: Помутнение Реалий
ElderScrolls.Net Conference > Городской квартал > Гильдия искателей приключений > Архив > Помутнение Реалий
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
Mescalito
Знай! Здесь не рай!
Здесь – Игра!
Это круче рая!
Бей! Побеждай!
На ура!
Мы живём играя!
© гр. Легион


***


Имперский город, ночь.
Аменс Сиверис отложил увесистый фолиант в сторону, и зевнул, изящно прикрыв рот рукой, словно был в освещаемой огоньком свечи спальне не один. Задумчиво почесав пальцем крючковатый нос, советник, крякнув, встал со стула, разгладил складки на своей вычурной мантии и подошёл к окну. Уставившись наружу, в сгустившуюся темноту, окутавшую особняки Талос Плазы Имперского города, председатель Совета Старейшин погрузился в размышления. А поразмыслить действительно было над чем.
Эти Ренриджа Крин зашли слишком далеко со своей антиимперской пропагандой. Недавний террористический акт в Лейавиине стал последней каплей – необходимо было принимать радикальные меры против бунтовщиков! Вот только понимал это почему-то один Сиверис… Чуяло его сердце: надо было поставить Ренриджа Крин на место как только они занялись распространением своей агитационной книжицы!
Но нет, Окато и слышать ничего не хочет! Совету этого мало! Они будут ждать, пока проклятые хаджиты перейдут к более решительным действиям и нанесут ещё более серьёзный, возможно, решающий удар по Тамриэлю. А ведь он и так переживал не лучшие времена: тут вам и откол Саммерсета, и отсутствие императора на троне… Конечно, Совет справлялся с управлением и обязанностями главы государства, но общее настроение и мораль людей были подорваны…
Сиверис нахмурился и, вздохнув, вновь подошёл к своему рабочему месту. Осторожно опустившись на стул, он принялся задумчиво барабанить костяшками длинных пальцев по полированному дереву стола.
Нет, всё-таки он всё правильно делает! Все шестерёнки сложились в единый механизм, который теперь нужно было лишь грамотно запустить. Открытие портала на Дрожащие Острова; даэдролог Эмиль, умудрившийся изучить объект изнутри да ещё и рассудок при этом сохранить; его знакомство и последующее поддерживание отношений с тёмной соблазнительницей, вполне могущее перерасти в серьёзный договор между Домом Деменции и Советом… Боги явно были благосклонны к затеянному.
Представленные Эмилем образцы очищенных спор особых деревьев, растущих на Островах, были тщательно изучены, и результат этих исследований дал достаточно интересную информацию: очень малые дозы иномирной пыльцы могут влиять на организм как наркотик, оказывая успокаивающее действие и погружая в состояние эйфории. Но стоит немного превысить дозу, и вещество превратиться в смертоносную субстанцию, вызывающую внутреннее кровоизлияние и мгновенно приводящее к летальному исходу. С зелёной пыльцой в своём распоряжении советник быстро даст бандитам понять, что к чему.
Аменс Сиверис с ухмылкой на лице потёр сморщенные, с выступающими синюшными венами, но ухоженные руки. План советника был, с его точки зрения, поистине гениален. Как только в его руках окажется настолько мощное оружие, он фактически сможет контролировать ситуацию как внутри провинции, так и на международной арене! Бандитизм будет искоренён, ситуация налажена, а власть сохранена и много увеличена!
Возбуждённый такими думами, Сиверис вновь вскочил и принялся ходить взад-вперёд по своей просторной, богато обставленной комнате. В первую очередь надо было подумать о том, как выйти на связь с теми, кто может предоставить пыльцу и с теми, кто займётся её распространением – не может же советник сам выслеживать членов Ренриджа Крин и травить их! И если с поиском исполнителей грязной работы особых проблем Аменс не видел (мало ли тех, кто захочет заниматься достаточно прибыльным делом, да ещё под прикрытием не последнего человека в правительстве?), то для того, чтобы выйти на связь с возможными поставщиками и заинтересовать их, усилий придётся приложить побольше…
Советник прекратил беготню по комнате, поскрёб свою лысую макушку и присел на роскошную широкую кровать, сделанную на заказ лучшими мастерами.
“На днях надо будет вызвать Эмиля”, – решил Сиверис, – “Да потолковать с ним о его островной подружке… Авось, и договоримся до чего дельного…”
Притормозив стремительный полёт своих мыслей, советник немного успокоился и принялся готовиться ко сну. Переодевшись и сбросив с ног уютные домашние тапочки, Аменс лёг и накрылся одеялом. На завтра (а точнее, уже на сегодня) у него запланировано достаточно дел, и он должен быть в форме, чтобы дела эти уладить на высшем уровне.
Сиверис ещё долго ворочался в кровати и никак не мог уснуть, но скоро глаза его начали слипаться, и он, подсунув одну руку под мягкую подушку, лёг на бок и погрузился в неглубокий, чуткий сон, время от времени булькая сквозь дрёму:
- Я наведу порядок… в своём го…сударстве… Я… Наведу…


***


Храмовый район был окутан предрассветной дымкой, и отсутствие горожан на улицах не выдавало никаких признаков обыкновенно бурлящей столичной жизни, когда в дверь даэдролога постучали. Эмиль с трудом разлепил глаза и с ворчанием сел на кровати, водя голыми ступнями по деревянному полу в поисках обуви. Пока он безрезультатно пытался обнаружить пару тапок, в дверь постучали повторно. Чертыхнувшись, учёный рявкнул: “Да сейчас же!” и босиком пошлёпал открывать, бурча на ходу: “И кого нелёгкая в такую рань принесла…”
Дёрнув ручку массивной двери, Эмиль сдвинул свои кустистые брови и хотел было уже начать браниться, но на пороге стоял паренёк-посыльный, испуганно протягивающий хозяину дома конверт с выведенным на нём замысловатым вензелем. Чего уж говорить, взлохмаченная шевелюра даэдролога, ставшая ещё и разноцветной после посещения Островов, и гримаса на его лице производили впечатление. Узнав в узоре личную эмблему Сивериса, заспанный имперец немного смягчился, взял письмо и пробормотал гонцу слова благодарности.
Ознакомившись с содержимым, Эмиль позавтракал на скорую руку и начал одеваться. Наконец он встал перед зеркалом, разглядывая добродушное на вид лицо, смотревшее оттуда. До того, как даэдролог исследовал Острова, ничего особенно примечательного в его облике не было, но вот после… Прежним остался только, пожалуй, нос картошкой. Волосы его в результате визита в царство Шегората словно стали материалом для тренировки безумного парикмахера: левая часть была солнечно рыжей, и волосы здесь никогда не желали слушаться и стояли торчком, в то время как правая часть, чёрная, как смоль, была тщательно зализана, хотя сам Эмиль к этому рук не прикладывал. Даже цвет его зрачков стал другим, хотя возможно, что это ему только казалось. Не став возиться с причёской (дело это абсолютно бесполезное) учёный закончил свой туалет, после чего снял с крючка ключ и вышел из дома.
Занимался рассвет, играя солнечными лучами на черепицах крыш; безоблачное небо обещало хорошую погоду жителям столицы – тут бы и настроению быть беспечному и радостному, но предстоящие дела не позволяли расслабляться. Попробуй немного дать себе волю, и всё мигом выйдет из-под контроля. Заперев дверь, даэдролог поспешил по мощёному тротуару пока ещё безлюдной улицы к воротам, ведущим на Талос Плазу – похоже, то, что собирается обсудить с ним член Совета Старейшин и его старый знакомый, действительно не терпит отлагательств.
Morneango
Сиродиил: Имперский город. Раннее утро.

Рассвет – время, когда ночь отступает под натиском солнечных лучей, которые озаряют небо на горизонте, окрашивая всё в нежный свет. Массер и Секунда исчезают при Солнце, что с каждой секундой разгорается словно пламя.
Могучий ветер раздувал паруса и гнал судно вперёд; корабль медленно приближался к столице Империи. Из каюты было слышно как боцман что-то кричит матросам, что словно муравьи бегают по палубе корабля, исполняя его команды.
Закинув ногу на ногу и покачивая ею, Морнеанго лежал на кровати, держа в руке свиток с резким и тонким почерком, именно таким, каким писали потомственные аристократы - это был очередной заказ на убийство. Заказ исходил от некоего человека, судя по гонорару находящегося в высших кругах общества, с Вварденфелла. Разум ассасина был полностью занят чтением свитка, он не замечал ни криков боцмана, ни скрипа досок, ни волн, что бились о борт. Глаза данмера быстро пробегали по одной строчке и тут же перескакивали на другую. Похоже, что его жертва была кем-то предупреждена и сбежала с Вварденфелла в Сиродиил - этим можно объяснить значительную сумму, назначенную за её голову.
Корабль замедлил ход, и через несколько минут полностью остановился. В дверь несколько раз постучали, и хриплый мужской голос оповестил о прибытие. Морнеанго встал с кровати, свернув свиток, он подошёл к шкафу. Одев чёрные кожаные штаны и рубашку с высоким воротом, он накинул на плечи плащ и затянул пояс. Повесив на пояс небольшую сумку и спрятав кинжалы за голенище сапог, Морнеанго убрал свиток за пазуху и вышел из комнаты. Пройдя по небольшому коридору, он вышел на палубу и огляделся.
- Сиродиил… 
Aleandra
Опасная Тень - Сиродиил. Королл, небольшой дом. Утро.

Алеандра медленно шла по замку богини ночи, она как раз только что была у нее на аудиенции. Темная дымка клубилась вокруг и тело даэдры скользило через нее. Впервые за многие столетия своей вечной жизни деянира Алеандра была отправлена богиней в нирн. Нельзя сказать, что она была рада этому, скорее даже наоборот - много дел накопилось за время ее перерождения после Битвы за Опасную тень, но воля Ноктюрнал закон. Стоило собраться. Зайдя в комнату она взяла в руки даэдрический посох зачарованный на электрический урон. Впрочем, Алеандра в нем никогда не нуждалась, она замечательно знала магию разрушения... Вдруг даэдру окружило темное облако - комната тут же скрылась из виду, слега закружилась голова. Но вот облако стало рассеиваться девушку поразило то, что она увидела: странное помещение обставленное шкафами, какая-то большая кровать в углу, висящие на стенах картины совсем незнакомого мира, разбросанные в беспорядке книжки. С улицы доносилось чириканье птиц, в окна светило солнце, которое тут же ослепило даэдру и заставило зажмуриться, ведь она никогда его не видела. Вскоре глаза привыкли и она вновь могла осмотреть странный интерьер.
- Где это я?, - Алеандра все так же сжимала в руках посох, который почему-то стал похож на кусок дерева, - даэдрот подери куда меня занесло??
К тому же рядом стояла представительница местных аборигенов, да ещё и чернокожая, как ее охарактеризовала даэдра, которая почему-то пялилась на нее, как на что-то фантастическое.
- Ты кто?? Что тебе от меня надо? - Алеандра тут же раскрыла два крыла готовясь в случае чего защищаться.
Mescalito
Сиродиил. Имперский город, порт Уотерфронта. Утро.
Рассветный час минул, и город просыпался, но в порту жизнь кипела круглосуточно: корабли заходили в гавань практически регулярно. Причаливающие грузовые суда, набитые ящиками с одеждами, продовольствием, а то и какими драгоценными диковинками, сразу становились объектом для интереса специально нанятых грузчиков. Они спускались в трюмы и как маленькие муравьи взваливали на свои могучие, загорелые плечи ящики с импортными товарами…
Подгоняемые воплями боцмана, матросы шустро бегали вниз-вверх по снастям и занимались такелажными работами, постоянно перекликиваясь между собой и сыпля бранью, настолько отборной, что те, кто были нечастыми гостями в порту и большую часть времени проводили на суше, поневоле прислушивались к замысловатым ненормативным выражениям. Брань, весёлые крики и песни, на устах с которыми работали многие матросы, смешивались с криками чаек, что придавало этой части Имперского города неповторимый шарм.
Свою роль во всей этой постоянной кутерьме играла и плавучая таверна, помещение под которую было отведено прямо в небольшом судёнышке, пришвартованном неподалёку. В кабаке альтмера Ормила матросы наконец могли вволю отдохнуть, напиться, подраться и развлечься с женщинами, которых так не хватало в плавании.
И разумеется, здесь была уйма нищих; бродяги сновали тут и там, клянча у вновь прибывших хотя бы золотой.
Один из таких оборванцев и обратил внимание на только что сошедшего по трапу ассасина. Выглядел он отнюдь не бедно, да и тугой мешочек с золотом, свисающий с пояса и побрякивающий при ходьбе, выглядел привлекательно. Пожилой попрошайка решил попытать удачу.
Для данмера, стоящего на причале, оглядывающегося по сторонам и раздумывающего, куда бы заглянуть в первую очередь, стал неожиданностью свистящий хриплый голос, прозвучавший у него из-за спины.
- Сынок, смилуйся, кха-кха, – закашлялся нищий, – третий день крошки во рту не держал, помоги старику золотым али парой… А? Кха-кха…

Сиродиил, Королл. Арборуотч.
Хелен, хотя и решила провести ритуал призыва даэдры, глубоко внутри сомневалась в успехе задуманного.
Сама она никогда не веровала в силу Ноктюрнал, потому и не слишком рассчитывала на то, что Повелительница Ночи отзовётся и пришлёт на помощь смертной одну из своих слуг. Другое дело – её мать, земля ей пухом… Та была преданной жрицей богини Ночи… Что бы она сказала, увидев, каким богам молилась её дочь…
Хелен встряхнула головой, отгоняя призраки недавнего прошлого, и продолжила обряд. Ей больше ничего не оставалось. Бог, которому она некогда поклонялась и доверяла нить своей судьбы, разочаровал её, и она покинула своих братьев. Те люди, с которыми она так много пережила, сильно изменились в её некогда окутанных дымкой лжи глазах. Их бог – лишь инструмент обработки чужих мозгов в руках его лженаместника на земле, а отнюдь не наоборот. Как она могла вообще попасться на это…
Когда она решила покинуть братство и уехала в Королл, где купила на накопленные в ходе своей деятельности деньги уютный домик и тем самым пренебрегла хартией братства, жизнь, казалось, начала налаживаться. Она ведь даже замуж спустя некоторое время вышла. Но теперь всё опять катилось в тартарары.
Деньги заканчивались, работу в городе оказалось найти сложно, да и муж, сначала казавшийся таким милым и обходительным, теперь оказался весьма охоч до чужих юбок. Уже не говоря о том, что выпить был не дурак. И куда она только смотрела, когда шла под венец…
На днях её муженёк, ввалившийся в дом в совершенно непотребном виде, заявил, обдав запахом перегара свою жену, что он “уезжает в командировку”. Слов-то где таких набрался… Хелен знала приблизительное значение этой фразы: “сваливаю к любовнице, вернусь нескоро”. Она даже знала, кто так приглянулся её “благоверному” – эта разукрашенная выскочка Джульетт. Узнала она это из сплетен: люди любят посудачить о таких вещах,  и это неминуемо вводило уроженку Хаммерфелла в густую краску. Но теперь её терпение кончилось. Она решила проучить своего муженька.
Когда этот кобель увидит соблазнительницу, у него слюни изо рта потекут. Такую… девушку он точно не пропустит. А в самый ответственный момент она возьмёт, да и расправит свои крылышки. То-то смеху будет!
Закончив ритуал, Хелен обождала немного и, когда воздух перед ней заклубился, в испуге отпрянула. Из своеобразного портала выскочила соблазнительница. Видок у неё был такой, словно Повелительница Ночи, решив позабавиться, вышвырнула её в Нирн даже не предупредив. Даэдра, смущённая окружающей обстановкой, решила перестраховаться и начала принимать боевую форму. Хелен поспешила начать переговоры, но язык у неё заплетался, а слова путались, да и как принято общаться с соблазнителями, она не знала.
Наконец кое-как успокоив собеседницу, которая снова ничем не отличалась от среднестатистической имперки (ну, не считая, конечно, размеров груди и прочих соблазнительных для мужчины частей тела), она ввела её в курс дела. Сложив руки словно в молитве, редгардша прижала их к груди и, с мольбой глядя на посланницу Ноктюрнал, ожидала её решения.
Aleandra
Сиродиил, Королл. Арборуотч. Утро

Даэдра скрестила руки на груди выслушивая чернокожую аборигенку, которая представилась Хелен. Во истину ей поведали душераздирающую историю о предательстве смертных.
- Что ж, - сказала Алеандра глядя прямо в глаза Хелен, - я впервые в вашем плане, и мне было бы довольно интересно на него посмотреть. Муж твой значит говоришь не верен тебе? Прости, но я не совсем это понимаю - наши мужчины стоят ниже женщин по статусу и любой проступок жестоко наказывается, у вас, как я вижу, совсем иначе. Хорошо я помогу тебе. Но сначала ты должна рассказать где территориально я нахожусь, империя большая.
- Королл, - тихо отозвалась Хелен, хотя она была очень рада ответу даэдры, наконец то ее муж получит по заслугам
- Знакомо, что то читала о нем, - Алеандра вышла из нарисованного на полу круга и глянула в окно.
Все было так непривычно: светящее яркое солнце, странные существа в неменее странных одеяниях, зеленые деревья шелестящие листвой от дуновения ветерка. В Опасной Тени все было не так, и девушку больше заинтересовал Нирн, нежели муж бедной Хелен. Но первое потрясение быстро прошло и Алеандра невольно сравнила свою "распутную" по меркам смертных одежду с одеждой снующих по улицам прохожих и странных людей в железе.
- Мне кажется, или я выгляжу странно для вас?
kazarey
Зеленая дорога, на побережье Нижнего Нибена. Полдень.
День выдался пасмурный, серый. Дождь, сопровождавший Анри всю дорогу, моросил целый день, не переставая. И вроде не сильный дождь, но земля вобрала в себя влаги достаточно – дорожная грязь то и дело хлюпала под ногами.
Но Анри шел вперед, не обращая внимания ни на что, но какого-то необычного упорства в этом не замечалось. Просто человек, не желающий останавливаться, ничего более. Промокшая, на вид - дрянь дрянью, кожаная куртка, обыкновенная тканевая рубаха с высоким воротом, кожаные поножи, поношенные, местами грубо заштопанные, хаджитские налапники – все это позволяло судить о нем, как о путешественнике, вышедшего на Зеленую дорогу, впрочем, не так давно.
Все-таки Бравил не впечатлил его. Грязный, скучный городишко для отребья вроде нищих и воров… Хотя, чего там, собственно, воровать? Ни у кого никакой роскоши и не было, только лишь отделение Гильдии Магов и Гильдии Бойцов выглядели более-менее прилично. Богатые купцы, прокладывающие свой путь через Бравил, были большой редкостью, как и богачи в общем. Само собой, людей, которым требовались услуги наемника, там было полно, а вот тех, которые смогли бы достойно оплатить эти самые услуги – «раз, два и обчелся». Не то, чтобы хаджит был жаден до денег… Но жить на что-то ведь надо.
Поэтому долго он там не задержался. Утром, в одном из Бравильских трактиров, где он проводил всю ночь, Анри быстро собрал свои вещи и двинулся в сторону Лейавиина. Вот только погода не задалась.
Настроение было скверное, под стать погоде, грустные мысли и воспоминания были верными спутниками Анри всю дорогу, пока, наконец, не показались вдали городские врата Лейавиина.
Mescalito
Сиродиил, Королл. Арборуотч.
Когда соблазнительница дала своё согласие, Хелен с ликованием вскинула руки к потолку и вымученно улыбнулась. Возможно, её новой союзницей движило не столько сочувствие и стремление помочь, сколько обыкновенное любопытство и желание узнать побольше о мире, в котором она, судя по всему, оказалась впервые, но Хелен это не слишком волновало – главное, соблазнительница согласилась.
В первую очередь редгардша представилась и дождалась того же от даэдры, после чего внимательно оглядела очаровательную соблазнительницу. Да, перед такой ни один мужик не устоит: правильные черты лица, правильные формы, длинные ноги, привлекательные ягодицы – казалось, в её внешнем облике собрано всё, что только может пожелать себе любая женщина. Хелен даже позавидовала красавице, но вовремя отмахнула от себя глупые мысли и начала хлопотать по дому в поисках подходящей одежды и экипировки, – чересчур откровенный наряд Алеандры приковал бы к её персоне излишнее внимание.
Открыв огромный, кованый железом сундук, стоящий в углу, редгардша принялась копаться в его содержимом. Украшенные кружевами рубашки, элегантные шёлковые сорочки, не слишком презентабельного вида подштанники и многие другие вещи летали по всей комнате, выбрасываемые из сундука ловкими чернокожими руками. Наконец Хелен выпрямилась и с улыбкой продемонстрировала Алеандре ничем не примечательную мантию.
- Вот это будет в самый раз. Тебе даже переодеваться не придётся, накинешь сверху и всё. Так, что ещё…
Хелен перевела взгляд на палку в руке соблазнительницы и, отлучившись на минуту в другую комнату, принесла Алеандре серебряный кинжал:
- Похоже, от твоего посоха теперь немного проку. Вот, возьми этот клинок, авось пригодится.
Соблазнительница, неплохо владеющая заклинаниями школы Разрушения, насмешливо фыркнула и едва удержалась от язвительного комментария, но кинжал всё же взяла.
Редгардша же убрала с лица растрепавшиеся от беготни кудри и призадумалась. В принципе, больше ничего и не потребуется.
- Муж мой сейчас скорее всего у Джульетт, приёмной дочки лесника, – начала Хелен, усадив гостью за стол и для приличия разлив по стаканам вина, – если выйти из южных ворот, да направо, в лес завернуть, то аккурат к его избе выйдешь. Сам лесник, судя по всему, сейчас отсутствует, вот голубки эти там и кувыркаются почём зря. Я очень надеюсь на тебя, Алеандра, – внимательно посмотрела Хелен на девушку, – но прошу, не убивай его. Просто отбей, так сказать, охоту на других женщин смотреть.
Соблазнительница с пониманием кивнула и уверила несчастную жену, что попытается всё уладить. Не желая больше задерживаться в тесном доме, Алеандра накинула мантию, взяла кинжал и, попрощавшись с хозяйкой, вышла на улицу, в объятия неведомого и такого необычного с её точки зрения мира.

Сиродиил, Лейавиин. Западные ворота.
Только Анри подошёл к городским воротам, как стражники у входа, доселе скучавшие и откровенно считавшие ворон, встрепенулись и бросились к нему. Не успел хаджит и глазом моргнуть, а стражи порядка уже стояли прямо перед ним. Один из них представился и отчеканил:
- Мы вынуждены задержать вас по подозрению в организации и проведении террористического акта на территории города. Приказ капитана стражи. Задерживаем всех граждан Эльсвейра. Пройдёмте с нами.
Стражник нахмурился и положил ладонь на рукоять меча, давая тем самым понять, что лучше бы путнику не совершать опрометчивых поступков.
kazarey
Сиродиил, Лейавиин. Западные ворота. Полдень
Не ожидавший "атаки" прямо у городских ворот, Анри оторопел на мгновение.
- Мы вынуждены задержать вас по подозрению в организации и проведении террористического акта на территории города. Приказ капитана стражи. Задерживаем всех граждан Эльсвейра. Пройдёмте с нами,- тоном, не терпящим возражений, заявил стражник. И все-таки, по его лицу можно было заметить, что он испытывал азарт - видимо, кроме открывания и закрывания врат, работы для них тут было не много.
- А что... сейчас уже за пррринадлежность к хаджитской ррасе сажают? - не то с иронией, не то на полном серьезе спросил Анри. Стражники переглянулись. - То, что я - хаджит, не говоррит о том, что я из Эльсвейррра. И уж точно не говоррит о том, что я собирраюсь вам тут напакостить. Сколько хаджитов были ррождены вне этой пррекрррасной страны, и живут себе, как ни в чем не бывало. Я уже не говоррю, о тех, кто был ррожден в Эльсвейрре, ушли из него и живут спокойно в Сиррродииле, как самые обыкновенные обыватели. Я говоррю о том, что если я - хаджит, то я - не обязательно грражданин Эльсвейрра. Ведь не зрря...
Теперь была очередь стражника встать в ступор, осмысливая все, что только что сказал Анри. Наконец он встрепенулся и ответил:
- Значит так, если вы будете дальше заговаривать нам зубы, то...
- Ни в коем случае,- ухмыльнулся Анри. - Вынуждены задеррржать - так задеррживайте, я никуда не убегаю.
Стражи открыли врата и повели хаджита в город, в лишь им известном направлении.
Aleandra
Сиродиил, Королл. Полдень

Звуки обычного дня молнией пронзили слух даэдры. Картины, которые она видела в библиотеке оживали на глазах. Мимо прошел кот и даже не повернулся, погруженный в свои мысли. "Заманчиво, они даже не смотрят на меня. Видимо Хелен знала что делает," - Алеандра ненадолго погрузилась в свои мысли рассматривая странную мантию, которая держалась спереди на шнурке.
Вновь подняв голову и оглядевшись, девушка медленно пошла по улицам города. Мимо прошел человек размахивающий какими-то бумажками называя их "газета", причем насильно вручил Алеандре один экземпляр.
Над головой даэдры пролетела птица, что-то прощебетав, Алеандре вдруг так захотелось раскрыть крылья и взмыть в это чистое синее небо, искупаться в лучах солнца - нирн был прекрасен, но от этого полета ее удержали лишь знания... смертные не летают, а общее внимание было совсем ни к чему.  Главная дорога кончалась огромными городскими воротами, которые охраняли имперцы в железе, "скорее это стражи, раз стоят на постах и носят доспехи, хоть и странные", - подумала Алеандра.  Ее заинтересовала статуя матери с ребенком, они возводили статуи своим идеалам, а не во славу богам.
- Ты слышала? В часовне Дибеллы сегодня читали интересную проповедь?
- Да! Эндрю так красив
- Да ты не слушаешь меня!
Даэдра уловила разговор двух девушек стоящих недалеко от большой статуи, видимо идущих на работу. Они были так возбуждены и трещали как трещетки, о каком-то священнике, ну совсем не похожи на соблазнительниц и жителей Опасной Тени. Из таверны шел пошатываясь какой-то мужик, причем взглянув на идущую мимо,  застыл открыв рот.
- Деушка, а мо..ж но с вами пзнакомится! - проговорил он
- Думаю сейчас вы пребываете в состоянии неадекватности, что типично для многих смертных нирна, я бы поговорила с вами будь вы в состоянии адекватности, - произнесла Алеандра и подошла к огромным воротам, а мужик ещё долго стоял в непонятках пытаясь осмыслить что же ему такое сказали.
Охранники не без интереса оглядели уходящую девушку, которая была явно новенькой в городе. Ещё бы, эти забулдыги знали всех местных красавиц, возможно даже близко, но Алеандры среди них явно не было. За дверью простиралась дорога уходящая куда-то за пригорок. "Она сказала на право"... Даэдра повернулась и пошла вдоль городской стены, идти пришлось недолго из-за деревьев показался небольшой домик, внутри слышалась чья-то песня. Пел женский голос.
"Сейчас туда идти нет смысла, - подумала Алеандра, - стоит выждать когда смертная девушка покинет дом"..
Morneango
Сиродиил. Имперский город, порт Уотерфронта. Утро.

Медленно сойдя по трапу с корабля, Морнеанго ступил на каменную дорожку причала и осмотрелся. Сколько лет прошло с тех пор как он покинул Сиродиил и вернулся на родину: год, два? Кто знает… В одном данмер был уверен – это всё тот же Уотерфронт: грязь, вонь и бездомные снующие то тут то там. Куда теперь? Следует ли начать поиски с таверны, либо попытать удачу у первого встречного? А может быть…
Из раздумий ассасина вырвал хриплый голос:
- Сынок, смилуйся, кха-кха… Третий день крошки во рту не держал, помоги старику золотым али парой… А? Кха-кха…
Морнеанго обернулся и увидел перед собой больного старика, нищего с протянутой рукой. Глаза данмера сузились в презрении, он терпеть не мог попрошаек, что рыскают по улицам в поисках добродушных остолопов, готовых расстаться со своим золотом лишь бы помочь этим «несчастным». Но своими действиями они лишь усугубляют их состояние, даря им беспробудное пьянство и сон, вместо того чтобы взять всё в свои руки и подняться на ноги, они топят своё горе в кружке…
Может быть, в другой раз Морнеанго даже не обратил внимания на старика, но сейчас на его лице появилась добродушная улыбка и он подбросил золотой в воздух. Монетка со звоном упала перед нищим и покатилась, но рука старичка сгребла её в ладонь и бережно прижала к груди.
- О, спасибо, благородный господин! Я буду молиться за вас Маре, я…
Ассасин поднял руку, заставив нищего замолчать.
- Я не верю в богов. Но зато могу дать тебе ещё один золотой, если ты мне что нибудь расскажешь про… - данмер склонился над ухом попрошайки и прошептал имя интересующей его персоны.
Mescalito
Нищий сунул монетку поглубже в складки одежды и, выслушав данмера, прищурил глаза, словно копаясь в воспоминаниях. После того, как эльф ему ещё и описал того, кого разыскивает, бродяга хихикнул:
- Суженую, значит, ищешь…
Встретив свирепый взгляд ассасина, старик приподнял руки и пробурчал:
- Молчу, молчу… Кха-кха… Нет, сынок, не было здесь такой девушки… Я в порту день-деньской околачиваюсь, обязательно увидел бы! У меня, знаешь ли, память на лица дюже хорошая, кха-кха… Могу только одно сказать: если она в Сиродиил на корабле приплыла, не исключено, что её встретила пристань Анвила, главного портового города провинции. Карта-то есть, сынок? Вот туда и отправляйся. Путь-то, правда, неблизкий… Отдохни в таверне, расслабься, а потом до Скинграда чеши. А оттуда уже в Анвил махнёшь, тамошних порасспросишь, кха-кха…
Бродяга распинался в надежде, что из тугого мешочка ассасина к нему перекочует не один золотой.
Elleorn
Сиродиил. Чейдинал. День.

  Выйдя из "Чейдинальского моста", местной таверны, Энголот невольно прищурился от яркого солнца. На небе ни облачка, птицы поют - аж надрываются, в общем, день обещает быть прекрасным. "Как назло," - подумал Энги, поправил котомку на плече и скорым шагом отправился к воротам вон из города, не поднимая глаз от брусчатки.
  А ведь полюбоваться было чем - залитый солнечным светом Чейдинал был очень красив. Вода в речушке рак и играла на свету, а легкие мостики, через нее перекинутые, смотрелись даже более чем просто мило. Над травой, кое-где еще блестевшей утренней росой, летали бабочки. Лучи света красиво отражались в церковных витражах...
  Но Энголоту было не до красот - намедни, по пути в Чейдинал, он расположился на ночлег в одном весьма живописном месте. А на утро он не менее живописно удивился отсутствию в своем дорожном мешке полного алхимического комплекта мастера, который достался ему в наследство от учителя. Хорошо хоть не тронули книги да редкие растения. Зелья не жалко: их можно еще наварить, но их тоже не взяли. Так что настроение босмера было хуже некуда.
  Минув ворота, Энги остановился, вспоминая дорогу в Имперский Город - он был там очень давно и только один раз. Теперь же он хотел продать там свои зелья, прикупить некоторые ингридиенты да посмотреть сам Город - детское впечатление было очень ярким, хоть он и не любил города.
Mescalito
Сиродиил. Близ Королла.
Услышав женский голос, доносящийся из домика лесника, Алеандра остановилась. Следовало немного обождать. Соблазнительница спряталась в кустах неподалёку, где присела на пенёк и погрузилась в раздумья, в основном об этом странном мире, не упуская в то же время из виду и дверь избы, хорошо обозреваемую из зарослей. Иногда пение птиц и мелькавшие вдалеке пугливые олени выводили её из размышлений и тут же погружали в новые: всё здесь было таким странным и непривычным… Скоро она заскучала и от нечего делать развернула газету, всученную ей в городе. Заголовок гласил:
“Террористы не дремлют!”
Ниже мелким шрифтом было напечатано следующее:
“Террористический акт, заставший врасплох жителей Лейавиина, оказался, как выяснилось в ходе расследования, результатом преступной деятельности антиимперски настроенной группировки Ренриджа Крин. Хаджиты, считающие себя борцами за справедливость и свободу, давно питают ненависть к Мариусу Каро, графу Лейавиина, и соответственно к населению города, и считают, что эта территория должна принадлежать Эльсвейру. В попытке вернуть землю они периодически совершают противозаконные действия, что определяет их не иначе как преступников и террористов, подлежащих заключению в тюрьмах строгого режима.
Результатом произошедшего в Лейавиине стала полуразрушенная часовня Зенитара. Троим гражданам Империи, оказавшимся в непосредственной близости от взрыва, уже оказана медицинская помощь. Капитан городской стражи от комментариев отказался, заметив лишь, что расследование продолжается.”

Прочитанное повлекло рождение в голове Алеандры массы вопросов, однако обдумать информацию она не успела: раздался скрип открывшейся двери, и тонкий женский голосок прощебетал:
- Я скоро вернусь, милый! Не скучай!
Рассмеявшись, она чмокнула нордлинга, стоявшего в дверях, и упорхнула куда-то в гущу леса. Северянин же огляделся и зашёл обратно в дом, захлопнув за собой дверь.

Сиродиил, Лейавиин.
Анри был проведён в Лейавиин и передан в руки городской стражи, провожатые же его вернулись на свой пост у ворот, покидать который им можно было лишь в экстренных случаях. Округлившимся глазам хаджита предстал разрушенный храм; мужское население города общими усилиями пыталось убрать камни и навести порядок; женщины со скорбными лицами помогали, чем могли, слышался плач…
- Давай шевелись, нечего по сторонам глядеть! – рявкнул стражник, и Анри, опустив голову и не осмелившись перечить, поплёлся вперёд.
Наконец его привели в тюремные помещения замка, где хаджит был бесцеремонно брошен в камеру с ещё пятёркой таких же неудачников, оказавшихся не в том месте и не в то время.
- Скоро за тобой вернутся и отведут на допрос к капитану! – зло оскалился охранник, – Сиди тут тихо, да без глупостей.
Решётка с лязгом захлопнулась, и тишину в сырой камере нарушало лишь мерное капанье воды с потолка…
Morneango
Сиродиил: Торговый район.

Внимательно выслушав старика, данмер достал монетку и бросил её на землю, а затем, развернувшись, направился к воротам. Пройдя по храмовому кварталу и обойдя башню из белого золота, Морнеанго оказался в торговом квартале.
Стражник у ворот подозрительно взглянул на вновь пребывшего и уже хотел что-то сказать, но ассасин не обращая на него ни малейшего внимания, спустился по лестнице и зашагал в сторону трактира «Скатерть самобранка», возможно там он сможет пролить свет на нынешнее местонахождение своей жертвы, тем более что трактирщик был его старым знакомым.
Носком сапога Морнеанго открыл дверь и вошёл внутрь. Народу внутри было немного: лишь один аргонианин за столиком в углу. Большая часть постояльцев собирается к вечеру, посидеть после работы, отдохнуть и пропустить стаканчик другой. Ассасин прошествовал по залу и сел за один из свободных столиков, там, где было меньше всего света. Через несколько минут к данмеру подсел хозяин заведения, в его руках был пустой бокал, который он судорожно протирал тряпочкой. Из тени донёсся шёпот ассасина:
- Помнишь меня?
- Как я мог забыть? – так же тихо ответил трактирщик, продолжая нервно протирать бокал, который уже блестел от чистоты, - что тебе нужно здесь?
- Разве так встречают старых знакомых? – в голосе слышался сарказм, - но отбросим  формальности, мне нужна информация об одной девушке… - голос Морнеанго стал тише и он вкратце разъяснил кто ему нужен.
Aleandra
Сиродиил,  близ Коррола

"Хм..какой..", - мысли Алеандры прервала пролетевшая мимо птичка, и подождав ещё немного она встала с пенька и, слегка приведя в порядок растрепавшиеся волосы, подошла к двери дома.
Вполне обычный деревянный дом, даэдра понемногу уже стала привыкать к нирну, мало ли сколько ей тут придеться пробыть. Алеандра ещё раз прислушалась, девушки не было слышно "ну что ж..я все таки пообещала Хелен вернуть ей мужа, а обещания нужно исполнять", - вздохнула даэдра слегка распустив шнурок держащий мантию и легонько стукнула в дверь дома. Стук получился приглушенный, почти неслышный, но девушка была уверена, кто должен был услышать - услышал.
Плана правда в ее голове не было абсолютно, ибо понятия не имела о взаимоотношениях мужчин и женщин в нирне. Судя по рассказам Хелен у них тут явно не матриархат.
Mescalito
Сиродиил. Близ Королла.
“Ну что опять забыла?” – услышала Алеандра ворчание, доносившееся из-за двери. Северянин, решивший, что вернулась его любовница, распахнул дверь и остолбенел. Что именно на него произвело большее впечатление, красота незваной гостьи или само её неожиданное появление, сказать было трудно. Хотя первое, как заметила соблазнительница, подтверждалось внезапно появившимся в области паха бугорком. Нордлинг стоял в дверях и буквально пожирал Алеандру глазами, восхищаясь её формами. Он даже не удосужился поинтересоваться, кто к нему пожаловал и с чем, а просто отошёл чуть вбок, без слов приглашая красавицу зайти внутрь.

Сиродиил, Имперский город, Торговый район. “Скатерть-Самобранка”.
Возвращение ассасина в столицу повергло Делоса Фандаса в шок: когда-то он имел дело с этим данмером, и, спасая свою шкуру, сдал его страже. Надо ли говорить, что когда Морнеанго вышел из тюрьмы, Фандасу пришлось несладко? Когда же ассасин по прошествии некоторого времени отправился на Вварденфелл, владелец “Скатерти-Самобранки” вздохнул с облегчением, но теперь он снова вернулся, и ничего хорошего это наверняка не сулило.
Морнеанго, опередив возможные вопросы со стороны Фандаса, сразу перешёл к делу и растолковал трактирщику, что именно хочет знать. Тот, услышав, что убийце нужна лишь информация об очередной жертве (что было скорее всего), с облегчением вздохнул и сел на табурет.
- Что я могу тебе сказать… Если эта девушка и появлялась в столице, в мою таверну её нога не ступала… Да и в городе я её не встречал… Знаешь, что? Расспроси-ка ты лучше нищих, кто-кто, а они-то все новости в городе самые первые узнают.
И Фандас, давая понять, что разговор окончен, медленно встал со стула, поглядывая на сидящего напротив убийцу.

***


Имперский город, Талос Плаза. Особняк Аменса Сивериса.
Раздался стук в дверь, и в кабинет вошла горничная, несущая на подносе свежие булочки и чашки, наполненные горячим, душистым чаем. Поставив поднос на стол, она, не говоря ни слова, поклонилась и вышла.
Аменс, оттопырив мизинчик, взял чашку, и, поддерживая другой рукой блюдце, поднёс её ко рту. Эмиль последовал его примеру и, отхлебнув терпкий напиток, удовлетворённо причмокнул губами. Только он хотел вернуться к начатому разговору и открыл рот, как Сиверис поднял вверх указательный палец, призвав тем самым к молчанию, и, поставив чашку на стол, бесшумно подошёл к двери. Повернувшись к даэдрологу, он усмехнулся и резко распахнул дверь, чем поверг в ужас таившуюся за ней служанку. Бойкая девушка мигом выпалила:
- Что-нибудь ещё, сэр?
- Нет-нет, ничего, пожалуй… Разве что уединения с моим гостем, – прищурился советник.
Служанка закивала и почти побежала по коридору прочь, Сиверис же, покачав головой, вошёл обратно в комнату и захлопнул дверь. Вновь усевшись за стол напротив посмеивающегося Эмиля, он закатил голубые, почти белёсые глаза:
- Хлебом не корми, дай только разговор какой подслушать, да с подружками потом посплетничать. Ох уж мне эти женщины…
Перекусив булочками и чаем, товарищи наконец продолжили беседу.
- Ты хоть представляешь, – начал Эмиль, дожёвывая сдобу, – каких трудов будет стоить нам хотя бы попытка наладить связь с одним из правящих Домов Дрожащих Островов?
- Эмиль, Эмиль, друг мой… – откинулся советник на спинку стула и сделал движение руками, словно хотел обнять товарища, – разумеется я понимаю, что это не за бутылкой эля в трактир зайти! Но я не требую от тебя невозможного, ведь так?
- Так, – чуть помолчав, буркнул учёный.
- Так! – повторил Сиверис, утвердительно кивнув головой, – а если это возможно, то следует попробовать! Тем более, что от исхода зависит очень многое! Эмиль, те образцы пыли, что ты предоставил, поражают своими свойствами! Мы во что бы то ни стало должны завладеть ею!
Советник вскочил со стула, принялся мерить шагами комнату и рассуждать:
- Помнится мне, рассказывал ты о какой-то тёмной соблазнительнице, с которой познакомился в своей экспедиции. Дайлора, кажется? Вот она-то нам и поможет. С её помощью мы донесём до сведения главы Дома наше предложение. Когда союз будет заключён, мы наладим поставки. С этой пыльцой я наведу порядок в Империи! – советник потряс кулаком в воздухе.
Эмиль, глядя на Сивериса, здорово развеселился:
- Это ты всё конечно хорошо выдумал. Да только не учёл кое-каких… мелочей! Во-первых, неужели ты думаешь, что Совет даст добро на это? Смею тебя заверить, Окато скорее тебя самого этой пыльцой напичкает, чем позволит принять такие радикальные меры. Во-вторых, что это такое ты собрался предложить Дому? Уж не дочь ли, которой нет, да полцарства впридачу? Ну и в-третьих, кто по-твоему будет заниматься поиском и учинением расправы над лидерами Ренриджа Крин?
Советник уселся на стул и посмотрел на товарища. Глаза его сузились, а голос опустился до шёпота:
- А Совет сейчас немного другими вещами занят. Гораздо более важными, как они считают. Вот и пусть занимаются ими. А с меня довольно. Я возьму инициативу в свои руки! И Совету будет совсем необязательно знать об этом.
“Власть Окато и так зиждется на слишком хрупком фундаменте, как бы ещё народ не поднялся…” – мелькнула в голове Сивериса страшная мысль, которую он вслух, впрочем, не высказал.
Он хлопнул ладонью по столу и продолжил:
- А что предложить Дому и где найти сообщников – это уж я соображу, не беспокойся. От тебя сейчас требуется следующее: провести ритуал, или как там это у вас называется… в общем, выйти на связь с тёмной соблазнительницей. Это нужно сделать в первую очередь, и как можно скорее. У меня уже есть кое-какая догадка насчёт того, что сможет заинтересовать её…
Эмиль хотел было поинтересоваться, что же это за диковина, но по выражению лица советника можно было понять, что говорить он пока ничего не собирается, и учёный благоразумно решил пока отложить этот вопрос на потом. Решив, что разговор окончен, он встал, чуть поклонился хозяину особняка и пробормотал:
- Я сделаю всё от меня зависящее…
Эмиль направился к двери и уже взялся за ручку, когда Сиверис окликнул его:
- Думаю, уточнять, что моё присутствие при разговоре обязательно, нет необходимости? Как только всё будет подготовлено для вызова, оповести меня.
Учёный рассеянно кивнул и покинул кабинет.
Когда даэдролог вышел из дома советника, он с удивлением обнаружил, что день плавно клонился к вечеру – засиделся же он в гостях! Накинув на голову капюшон, Эмиль направился в обратный путь, к своему дому – пищи для размышлений Сиверис ему подал в совершенно немереных количествах.
Aleandra
Сиродиил. Близ Королла. Дом лесника

Алеандра не говоря не слова шагнула в дом.  Деревянное жилище, но от него веяло каким-то уютом. Справа в углу стоял  шкаф с глиняной посудой, под ним 2 больших таза один с грушами и яблоками, а другой с салатом латуком, видимо готовились к обеду. Рядом располагался тяжелый сундук - скорее всего запертый, рядом с сундуком стол  двумя глиняными тарелками, причем на тарелках лежали остатки пищи - кто-то не доел свой завтрак. В левом углу стояло несколько бочек, уж с чем они были даэдре было все равно. На полу рядом с бочками валялся лук и несколько стальных стрел.
На стене висело 3 головы оленя, скорее всего трофеи лесника, у стенки стояла большая незастеленная кровать. Чем там занимались Алеандра итак догадалась, она перевела глаза на нордлинга, который пялился на нее. Даэдра эротично потянувшись дернула за  шнуровку впереди мантии.. Ткань распахнулась открывая северянину прекрасное тело даэдры облаченное в слегка поблескивающий "костюм" из длинной открытой тоги, которая и скрывала то грудь и опускалась вниз до пола сужаясь. На талии, казалось, чуть держалась "юбка" закрывающая лишь ее бедра по бокам, и так же опускалась вниз. Алеандра обольстительно улыбнулась глядя на (кабелЯ) мужчину.
Mescalito
Нордлинг уже буквально слюной истекал; сорвав с себя рубаху и обнажив накачанный торс, он медленно двинулся на Алеандру.
- Ты… просто потрясающе красива… –  промямлил неотёсанный северянин, не в силах подобрать более красочных эпитетов. На данный момент в его голове просто не было для них места: он думал лишь о таинственной незнакомке. По правде говоря, его даже не слишком заботило, кем она являлась – недалёкий разум затмила неземная красота, посланная ему богами. Широкая грудь северянина вздымалась и опускалась от участившегося дыхания; словно зачарованный, он подошёл к соблазнительнице, бережно взял её за талию и подвёл к кровати, на которую незамедлительно сел, увлекая подыгрывающую ему Алеандру за собой. Соблазнительница оказалась сидящей в удобной для секса позе на коленях у нордлинга, осыпавшего поцелуями её шею, и почувствовала едва ощущаемую дрожь его разгорячённого тела…
Aleandra
Сиродиил. Близ Королла. Дом лесника

Даэдра очень умело подыгрывала норду, но когда его руки коснулись бедер девушки, она резко оттолкнула его от себя, голубые глаза вспыхнули желтым в полутени деревянного дома. Алеандра довольно артистично сжала руки в кулаки и закричала будто от боли, послышался странный треск, словно разрывалась кожа и из-за спины девушки, сопровождаемые ее криком, медленно раскрывались огромные крылья. Они появлялись неспеша, будто вырастая и причиняя Алеандре боль, любой бы просто обезумел от этого жуткого крика.. Казалось прекрасную фигуру окутала темная дымка. Вскоре огромные и прекрасные крылья взметнулись вверх раскрываясь - послышался хлопок, и с полки слетела ваза,Э разбиваясь о деревянный пол на сотни осколков.
Северянину предстала боевая форма даэдры соблазнительницы столь ужасная, но и столь красивая.. Он смотрел на нее онемев и кажется совсем забыл о желаниях. Алеандра наклонилась глядя на него горящими глазами, крылья вновь хлопнули за ее спиной.
- Не изменяй своей жене мужчина! - гордо и высокомерно произнесла Алеандра, ведь перед ней был всего смертный, который до смерти ее испугался.
Mescalito
Только северянин собрался как следует оттянуться с таинственной и, кажется, такой доступной незнакомкой, как та вдруг резко отпрянула, не желая больше ощущать ласки крепких, мускулистых рук. Нордлинг негодующе нахмурился и собрался было выяснить, что не понравилось красавице, но в следующий же момент метаморфозы, произошедшие с Алеандрой, ввели его в состояние благоговейного страха. Нет, он не был трусом, и всегда готов был дать достойный отпор врагу. Но сейчас, когда его тело и дух были настроены ни на что другое, как на плотские утехи, он и помыслить не мог о каких-то разумных действиях вроде сопротивления надвигающейся опасности. Мужчина в ужасе разинул рот, глаза его чуть не выкатились из орбит, он принялся, заикаясь, что-то бормотать, но Алеандра лишь усиливала произведённый эффект мерными взмахами крыльев и зловещей гримасой. Она так старалась, что очень скоро северянин потерял сознание и обмяк. Судя по распространившемуся зловонию, ударившему в нежный и не привыкший к таким ароматам носик брезгливо сморщившейся соблазнительницы, трусы несчастного изменника теперь нуждались в тщательной стирке.
Elleorn
Вспомнив, наконец, дорогу, босмер еще раз поправил котомку за плечами, поводил лопатками, дабы колчан улегся получше, вынул и обратно вложил в ножны кинжал, глубоко вздохнул и скорым шагом привычного к путешествиям человека отправился по дороге.
Солнце уже прошло зенит но было еще достаточно жарко. Листва просвечивала солнечные лучи и играла с дорогой солнечными зайчиками. Энги шел быстро, но взгляд алхимика успевал отметить где, что и в каких количествах растет. Постепенно его думы вернулись к тому, как умирал его учитель-алхимик, старый бретон.
Предчувствуя, что силы покидают его, старик все чаще рассказывал про свою книгу - глобальный справочник алхимика, в котором собрано, классифицировано, описано и даже зарисовано огромное число всевозможных растений.
Энги понимал, что раз его учитель передал именно ему свою книгу, то он и должен продолжить ее заполнение.
Morneango
Сиродиил, Имперский город, Торговый район. “Скатерть-Самобранка”

Морнеанго проводил взглядом трактирщика и прошипел какое-то ругательство. Похоже, что старый маразматик ничего толком не знал о девушке, расспрашивать его было бесполезно. Посидев ещё пару минут, убийца встал со стула и направился к стойке, за которой, спиной к залу, стоял данмер.
- Мне нужна комната на ночь, сколько это будет стоить?
Делос аж подпрыгнул от неожиданности, ассасин подошёл к нему совершенно бесшумно и попросту застал врасплох.
- Что?! О чём ты? Мы ж друзья, - данмер натянуто улыбнулся, - бери любую. Ключ, я думаю, тебе не понадобиться… только замки не ломай, я их совсем недавно поменял.
Морнеанго кивнул и направился на второй этаж. Пройдя до конца коридора, он присел на корточки и, скорее по привычке, осмотрелся, а затем, достав отмычку, аккуратно вскрыл замок. Мор вошёл внутрь и огляделся: кровать, тумбочка и окно – вот и всё убранство комнаты.
- Не густо… - прошептал данмер.
Сняв плащ, ассасин кинул его на спинку кровати и улёгся на неё, закинув ногу на ногу. Мор снова достал свиток и, развернув его, принялся внимательно изучать, может быть какая нибудь деталь ускользнула от него. Что-то незаметное, и в то же время важное. Что могло помочь в поиске его жертвы.
Aleandra
Сиродиил. Близ Королла. Вечер.

Алеандра выскочила из дома вдыхая свежий воздух и сложив крылья. "О богиня..какой кошмар!! ВО всяком случае он больше, я думаю, не изменит своей жене". Даэдра потянулась завязывая мантию и подумав медленно, наслаждаясь погодой пошла назад к Короллу.  Чудесное утро распогодилось в теплый денек, Черный Лес близко подходил к Короллу обступая его со всех сторон. Хотя день явно близился к вечеру и заходящее солнышко играло в листьях крон высоких деревьев.
Подойдя к воротам Королла девушка увидела как из них выбежала пара охранников, непонятно только зачем, она пожала плечами и вновь вошла в город. Улицы ещё больше наводнились разными прохожими, появились и путешественники в пыльных от долгой ходьбы одеждах. Алеандра без труда нашла дом Хелен и постучала в дверь.
Mescalito
Вечер.
Сиродиил, Лейавиин. Темница.
Не успел хаджит поразмыслить над ситуацией и серьёзностью того, куда ему по несчастливой случайности довелось влипнуть, как решётка с противным лязгом распахнулась и стражник всё с той же омерзительной ухмылкой на небритом лице процедил, кивнув в сторону Анри:
- Давай, поднимай свою мохнатую задницу! Капитан ждёт тебя!
Анри нехотя встал со скамьи и, бросив грустный взгляд на братьев по несчастью, проследовал за стражником. Тот провёл его по коридору, вывел из подземелья и, миновав ещё несколько поворотов, встал перед дверью, в которую незамедлительно постучал.
- Да-да, – последовал ответ.
Охранник грубо схватил хаджита за запястье и, открыв дверь, впихнул его внутрь, после чего вошёл следом и занял место у двери.
Анри не мог поверить своим глазам: за массивным дубовым столом сидел Симон, его старый наниматель! Имперец и сам привстал от удивления, после чего взмахом руки велел разочарованному стражнику покинуть помещение. Оставшись наедине, старые знакомые со смехом обнялись, похлопывая друг друга по плечу.
Когда хаджит последний раз видел своего знакомца, тот только-только поступил на службу в Легион. В самом начале своей карьеры, когда он ещё нетвёрдо стоял на ногах, ему очень помогли услуги Анри, зарекомендовавшего себя с тех пор как отличного шпиона. С помощью хаджита Симон вышел на группу бесчинствовавших в округе Лейавиина бандитов, которую уже третий месяц не могли изловить. Как сейчас отметил Анри, его товарищу таки удалось подняться по карьерной лестнице, да ещё как! Возможно, свою роль сыграл и тот успех с поимкой преступников.
- Сколько лет, сколько зим! – воскликнул Симон, радостно улыбаясь, – Ну, рассказывай, чем занимался, где болтался! Да ты присаживайся, присаживайся!
Усадив задержанного на стул, капитан и сам сел напротив, широко улыбаясь и, невзирая на скорейшее наступление ночи, располагая хаджита к беседе.

Сиродиил, Синяя дорога.
Энголот шёл неторопливо, вдыхая воздух полной грудью и любуясь красотами природы. Предавшись воспоминаниям о своём учителе и днях минувших, он и не заметил, как солнце сдало свои позиции, плавно покидая привычное место на небосклоне. Чтобы вовремя добраться до столицы, следовало поспешить – встречать ночь в дороге босмеру, не готовому к возможным схваткам с бандитами и дикими животными, никак не улыбалось.
Эльф ускорил шаг, но головой по сторонам вертеть не прекратил: мало ли, авось и увидит какое доселе неизвестное ему растение… Если бы он смотрел только вперёд, он, быть может, и не заметил бы одинокой лесной эльфийки, стоящей возле небольшого водоёма и прижимающей ладони к лицу, – скорее всего, у неё произошло какое-то несчастье…

Сиродиил, Королл.
Алеандра постучала в дверь дома Хелен и прислушалась: из-за двери не доносилось ни звука. Соблазнительница постояла немного и снова стукнула в дверь костяшками изящных пальцев. Тишина… Девушка дёрнула за ручку и с удивлением отметила, что дом не был заперт. Интересные порядки у этих смертных, подумалось даэдре. Алеандра вошла внутрь и прикрыла дверь за собой, но в следующий же миг коротко вскрикнула от неожиданности: Хелен лежала на полу прямо в коридоре. Причём то, что это была именно Хелен, понять можно было лишь с огромным трудом: в изувеченном теле, лишённом кожи и лежавшем в луже загустевшей крови, едва угадывалась милая, темнокожая женщина, ещё совсем недавно воздававшая мольбы к Ноктюрнал и призвавшая на помощь соблазнительницу.
Алеандра испуганно смотрела на изуродованный труп, скорченный и омерзительный, и голова её буквально трещала от роившихся в ней мыслях и резкого запаха. Даэдра оказалась в Нирне первый раз, и не знала никого и ничего, что могло бы помочь ей разгадать, что же произошло в её отсутствие. Пока она стояла и судорожно прикидывала, что делать, в дверь постучали. Самый обычный стук в дверь прозвучал в ушах соблазнительницы как гром, и она отпрянула от двери.
- Хелен, это я, соседка твоя! Хлеба не одолжишь до завтра? – послышался голос. В следующее мгновение дверь приоткрылась и в щель заглянула женщина. Увидев ужасную картину, она заверещала и, спотыкаясь, бросилась прочь, крича на всю округу:
- Стража! Стража!!!
Зеваки навострили уши, прохожие начали останавливаться, кто-то безуспешно пытался успокоить женщину, а из-за поворота уже выскочили двое стражников и поспешили на зов.
Aleandra
Сиродиил, Королл.

Даэдра застыла быстро обдумывая сложившееся положение. Сейчас контактировать с представителями закона ей совсем не хотелось, а что они подумают увидя ее рядом с изуродованным телом? И никакая презумпция невиновности не поможет. Хотя Алеандре было искренне жаль Хелен, милой была девушкой, а сейчас...на кого она похожа. Мысли прервал стук доспехов совсем рядом с домом. "Вот попала!" - Алеандра тут же окутала себя облаком хамелеона и скользнула на второй этаж. "И куда теперь?" - на глаза попалось  большое окно. Недолго думая  даэдра открыла его и  опустилась на площадь. Остается только надеяться, что ее не заметили.. Как раз в этот момент тяжелые ворота в город медленно открывались - входил очередной уставший путник, этим и воспользовалась Алеандра выскользнув из Королла.
Лишь на дороге, плутавшей сквозь великий лес девушка смогла отдохнуть и осмыслить что же произошло. Хелен просто зверски убили..да ещё и сняв кожу..богиня...как жутко. Но кому это понадобилось и зачем....
kazarey
Сиродиил, Лейавиин. Кабинет капитана стражи. Вечер
- Добррый дрруг,- оскалился в улыбке Анри, когда Симон освободил его из своих дружеских объятий.
- Сколько лет, сколько зим! Ну, рассказывай, чем занимался, где болтался! Да ты присаживайся, присаживайся!
- Да все тем же... - ответил хаджит, усаживаясь на стул.
Кабинет капитана стражи был довольно-таки большой. В центре красовался большой стол, выполненный из дуба, за ним - заполненные шкафы для книг, на стенах висели красивые гобелены.
"Да, хорошо расположился он тут",- одобрительно кивнул Анри.
- Все тем же. На гррафов городов Сиродиильских работаю, на дворрян честных. По мелочи как прравило - ворра там поймать, пррошпионить за кем-нибудь. Нет, иногда бывают кррупные заказы... Но это если повезет, - он улыбнулся. - Мелочь по мелочи, деньги коплю, вот, перребиваюсь.
Все-таки не стоит капитану знать о других работодателях, для которых он выполнял "менее законную" работу. Дружба дружбой, а служба - службой, и Симон оставался капитаном стражи.
- Вот только молодцы твои взяли и арррестовали меня у входа в горрод,- он покачал головой. - Что тут у вас прроисходит, что любого встрречного хаджита ловят?
У него в памяти всплыла картина, которую он видел, когда его вели в замок - разрушенный храм, останки которого разгребали местные жители.
- Я видел храм рразрушенный,- осторожно добавил Анри.
Mescalito
Сиродиил. Лейавиин, кабинет капитана стражи.
Улыбка медленно сползла с лица Симона, и капитан стражи откинулся на спинку стула:
- Эх, приятель, как на пороховой бочке живём! Да собственно вот, можешь сам почитать…
И имперец взял со стола свежий выпуск “Вороного Курьера” и протянул его хаджиту. Когда тот изучил газету и поднял глаза, Симон продолжил:
- Эти бандиты взрывчаткой самодельной весь храм разнесли! Знали, поганцы, как дух народный подорвать. Я распорядился, чтобы задерживали всех встреченных неподалёку хаджитов. За любые ниточки, понимаешь, цепляемся… Много вас там в камере-то сейчас сидело?
- Шестерро, – нахмурился Анри.
Капитан дотронулся ладонью до подбородка и, помолчав, осторожно начал:
- Слушай, Анри… А не мог бы ты оказать мне одну услугу?
Хаджит промолчал, но уши его встали торчком, и Симон счёл это за заинтересованность.
- Что, если сейчас я распоряжусь поместить тебя обратно в камеру? Может, сможешь разговорить подозреваемых? Один-то сразу после взрыва был в городе задержан; что-то мне подсказывает, что он имеет отношение к теракту. Посидишь там с ними, потолкуешь, авось и сболтнут чего! С тобой-то они всяко охотней говорить станут, чем с моими молодчиками! Выручи по старой дружбе, а? А уж если следствию поможешь, я тебя отблагодарю, на этот счёт не беспокойся!
Elleorn
Сиродиил, Синяя дорога. Вечер
Увидев босмерку, Энги замедлил шаг, а потом и вовсе остановился, пристально уставившись на нее. Но даже острого зрения лесного эльфа было недостаточно, чтобы разглядеть хотя бы ее лицо. С одной стороны, таким приемом часто пользуются бандиты, заманивая одиноких путников, думал он, но с другой стороны Энги был не в том расположении духа, в каком принято трезво рассуждать. Посему, увидев плачущую девушку, он колебался лишь секунду:
- Милая девушка! Могу ли я помочь вашей беде? - воскликнул он, неспешно направляясь в сторону босмерки.
Mescalito
Сиродиил. Королл.
Стражники подскочили к перепуганной, заикающейся женщине, но та лишь махнула в сторону дома Хелен и прохрипела:
- Там… Убийца в доме!
Без лишних вопросов бравые солдаты обнажили мечи и бросились в распахнутую дверь. Зрелище, представшее их глазам, немного остудило их пыл, а один боец – новичок, видимо – бросив лишь взгляд на труп, позеленел, прикрыл рот рукой и выскочил на улицу. Товарищ его был покрепче да поопытней; отложив разглядывание трупа на потом, он тщательно исследовал первый этаж дома и побежал по ступенькам на второй.
К этому времени уже весь город на ушах стоял, а к месту происшествия прибыли ещё пятеро стражников. Двое из них с клинками наголо ворвались в дом, ещё трое окружили здание.
Быстро проверив и второй этаж, солдаты пришли к заключению, что убийца прыгнул в окно, которое было раскрыто нараспашку, да и трава прямо под ним была чуть примята. Убедившись в отсутствии душегуба в доме, бойцы поспешили вниз.
Тем временем к товарищам, находившимся снаружи и исследовавших предположительное место приземления головореза,  подбежал молодой солдатик, стоявший на посту у ворот.
- Мне показалось, кто-то выскользнул из города! С магией я не больно знаком, но вроде есть такая штука, чтоб с окружающей местностью сливаться, вроде невидимости…
Один из стражников, лидер, видимо, проревел:
- Идиот!!!
Быстро отдав распоряжения, он бросился к воротам:
- За мной! Уйдёт гад!!!
Все шестеро, не считая юного стража, сообщившего новости, бросились к выходу из города. Всё тот же горластый охранник гремел:
- По коням! Прочесать всю округу!!!
Вскоре шестеро бравых бойцов заняли свои места в сёдлах, благо лошади в конюшнях были, и, пришпорив животных, помчались прочь от города. Приняв решение разделиться, они направили верных скакунов в разные стороны, охватив всю близлежащую площадь.

Стражники исследовали область близ Королла до позднего вечера, пока из-за опустившихся сумерек уже стало животину в лесу не приметить, не то что невидимку. Вернувшись в город не солоно хлебавши, они спешились и первым делом направились к дому Хелен, оцепленному их товарищами: пока они пытались поймать преступника, те внимательно осмотрели труп и место преступления в поисках улик.
Дин, а именно так звали стражника, взявшего инициативу в свои руки и командовавшего операцией по поимке злодея, подошёл к коллеге, вышедшего из особняка и просто спросил:
- Ну что?
Солдат вздохнул и поморщился:
- Никаких улик, всё чисто. Профессионал работал. Есть мнение, что погибшая знала убийцу – иначе стала бы она отпирать дверь и впускать его внутрь? А то, что она сама его впустила, сомнений не вызывает – замок цел, да и следов борьбы не обнаружено.
- Свидетельницу уже допросили? – нахмурился Дин.
Стражник снял шлем и поскрёб лысую голову:
- А как же. Да только толку от неё, как от козла молока: говорит, стояла над трупом фигура в простой мантии тёмного оттенка, без всяких там изысков. Говорит, вроде баба. Да только мало ли баб по Сиродиилу в мантиях таких шастают? Похоже, “глухарь” очередной…
Дин весь прямо почернел и процедил:
- Я это так не оставлю. Довольно. Я найду убийцу.
И полный решимости стражник стремительной походкой зашагал прочь, рассчитывая в ближайшее время лично осмотреть место преступления и поговорить со свидетельницей.

Сиродиил. Синяя дорога.
Босмерка при ближайшем рассмотрении оказалась очень симпатичной, и даже заплаканные глаза и дрожащие пухленькие губки не умаляли её красоты.
- Ах, сэра, как мне повезло, что вы проходили мимо! – всхлипывая, тоненьким голоском воскликнула эльфийка. Энголот не без смущения отметил, что в открытую пялится на собеседницу, клюнув на её красоту, и с трудом заставил себя смотреть ей в глаза, не ниже. Впрочем, одни эти очи производили неизгладимое впечатление на любого, заглянувшего в их глубину, и Энги уж и не знал, куда деваться.
- Могу ли я вам помочь? – замявшись, повторил босмер.
- Очень надеюсь на это! – закивала эльфийка и, взяв путника под руку, подвела его к водоёму. Указав пальчиком на камни, покоящиеся на дне неглубокого ручья, она защебетала:
- Шла я в столицу, как и вы, полагаю, да присела на бережок отдохнуть с дороги. Посидела, призадумалась. Опустила ручки свои в воду, а кольцо фамильное возьми да и соскочи с пальца! Опустилось оно вон в ту щель между камнями, а достать я его, как ни старалась, не смогла… Быть может, у вас получится? Это кольцо очень дорого мне как память о моей погибшей матушке…
И босмерка, достав кружевной платочек, уткнулась в него и разрыдалась.
Elleorn
Сиродиил, Синяя дорога. Вечер
Забыв обо всем, Энги сразу же согласился и, взволнованно сбросив сапоги с котомкой и держа одной рукой полы мантии, бесстрашно ступил в прохладную воду, загадочно сверкая в вечерних сумерках красными портками. Наклонившись и заняв довольно непотребную позу, свободной рукой он шарил по дну, ногами старался прямо-таки врасти в речную гальку, чтобы не упасть, а лицом усиленно пунцовел - то ли от напряжения, то ли из каких-то личных соображений.
Так, рыская закоченевающими пальцами по дну, он представлял как девушка наградит его героизм страстным поцелуем или чем получше...
Aleandra
Сиродиил. Имперский тракт от Королла, форт Эш. Сумерки - ночь

Алеандра прекрасно слышала как по округе бегали стражники прочесывая местность, но даже ее 50% хамелеон скрывал от глаз. Вскоре вокруг стало темнеть. Огненный солнечный диск закатился за горизонт востока, в листве деревьев сгущались сумерки. Даэдре особо ничего не оставалось делать как медленно идти по дороге. Куда ведет эта дорога Алеандра понятия не имела, но возвращаться в Королл было бы глупо. Там ее считают убийцей, хотя остается надеяться, что все таки местная крикливая самка не запомнила ее лица. Темнело все быстрее, совсем как в Опасной тени. На небе медленно, одна за другой, зажигались звезды. Дорогу окружал густой лес, который даэдра для себя назвала Великим. В Опасной тени все леса скорее напоминали пепелища от былого величия. Дорога петляла все дальше, пока в сумерках не показались руины форта, нависшего прямо над дорогой. Алеандре ничего не оставалось делать, как идти через полуразрушенную арку, к тому же жутко хотелось есть, а что смертные едят она и понятия не имела, знала лишь, что платят они за это септимами, которых естественно у Алеандры не было.
DHead
Сиродиил. Бравиль. 8.00 pm

  Развалившись на кровати и бездумно разглядывая потолок, Инира Тесаэль лениво пыталась найти себе занятие на сегодняшний вечер. Несколько удачно украденных и не менее удачно проданных книг обеспечивали ей спокойное существование на неделю вперёд, однако какой бы привлекательной не была мысль провести эту неделю не вылезая из постели, Ини прекрасно понимала, что это не вариант. Во-первых, у соседей могли возникнуть вполне оправданные подозрения: на что живёт девушка, ведущая столь праздный образ жизни? Безделие простительно авантюристам, которые при удачном стечении обстоятельств могли заработать - читай, честно награбить - больше, чем иной житель провинции получает за месяц труда. Хрупкая данмерка на авантюриста и искателя приключений, увы, не тянула. Во-вторых, не в привычках Иниры было тратить время, которое порой является непозволительной роскошью, попусту. Ну и, наконец, банальная скука, превращающая счастливую жизнь в мучительную агонию, вынуждала  Ини найти себе хоть какое-нибудь дело, и чем скорее, тем лучше.
  После недолгих размышлений, девушку решительно слезла с кровати и направится в Имперский город в надежде, что гильдия Воров, как организация востребованная (по крайней мере, в определённых кругах), найдёт для неё задание. Ну а если её надеждам не суждено будет оправдаться, особой беды в этом нет - братья воры, по мнению Иниры самый весёлый народ в Сиродииле, уж точно не дадут ей заснуть или заскучать.

Сиродиил. Имперский город, Уотерфронт. 12.30 am

  Посвистывая, девушка прогулочным шагом направлялась в сторону садов Дарелота. Как она ненавидела Уотерфронт! Убогие лачуги, жалкие нищие, пираты, чья грубость успела войти в легенды... Бравил не слишком отличался от этого Талосом забытого уголка Имперской провинции, но, по мнению Ини, в распущенности и грязи первого была своя прелесть, своеобразный шарм, в то время как Уотерфронт не вызывал ничего кроме жалости и отвращения. К сожалению, Инире приходилось частенько заглядывать сюда по... профессиональным делам и за год она уже успела привыкнуть к убогости Уотерфронта, однако положительных эмоций так и не прибавилось, а точнее, не появилось.
  Арманд уже стоял на привычном месте и, заметив Ини, приветливо помахал ей рукой. Насколько данмерка знала из своих наблюдений и рассказов братьев по гильдии, Арманд всегда приходил в сады Дарелота ровно в двенадцать часов ночи, ни минутой раньше или позже. Инира частенько посмеивалась над такой неестественной точностью. Про себя, конечно.
- Здравствуйте, Арманд.
Редгард радостно и немного лукаво улыбнулся.
- Батюшки, кого я вижу? Ты наконец-то решила почтить нас своим присутствием?
Ини заливисто рассмеялась. Арманд Кристофф не был красавцем, однако его лёгкий нрав, искромётное чувство юмора и хорошее отношение к коллегам заставляли многих гильдейских девушек втайне мечтать о романе с ним. Инира, хоть и считала Арманда человеком, приятным во всех отношениях, в их число не входила.
- Да бросьте, - всё ещё улыбаясь, произнесла девушка, - кому как не вам знать, что как вор особой ценности для гильдии я не представляю. Я к вам, кстати, за заданием. Есть что-нибудь моего уровня?
Mescalito
Сиродиил, Синяя дорога.
Энголот ступил в водоём, засучил рукава и, нагнувшись, засунул руку в воду, шаря ладонью по илистому дну в поисках кольца. В то время как тело было занято поисками, разум его был где-то совсем далеко отсюда, в какой-то волшебной стране, и всенепременно с этой эльфийкой, имени которой он пока почему-то так и не узнал.
“Наверное, у неё очень красивое имя… Под стать внешности…”, – думал очарованный эльф. Ступни уже начали замерзать в холодной воде, равно как и рука, исследовавшая каменистое дно, а кольца всё не обнаруживалось… Энги тщётно старался вглядеться в водную гладь: так быстро опустившиеся ночные сумерки не позволяли увидеть на дне решительно ничего.
Пока босмер пытался найти фамильную драгоценность, эльфийка всё так же всхлипывала и шмыгала носом, но слёз по щекам не текло, да и выражение лица сменилось с огорчённого на хитрое и коварное.
Простачок Энги! Он и не догадывался, что встретил не обиженную судьбой жертву обстоятельств, а расчётливую бандитку, рассчитывающую поживиться чужим добром.
Она присела на корточки возле сумки Энголота, осторожно открыла её, поглядывая на стоящего спиной эльфа, и заглянула внутрь. Какие-то книги, несколько бутылочек с зельями, растения… Похоже, путник был алхимиком, вот только агрегатов соответствующих почему-то не было. Но ладно приборы – более всего эльфийку огорчило отсутствие каких-либо ценностей.
Решив в таком случае действовать по стандартной схеме, она вскинула руку вверх и словно указала кому-то пальцем на уже окоченевшего в холодной воде, но с завидным упорством продолжавшего поиски эльфа. Раз уж в сумке одно барахло, хоть золотом можно будет поживиться с трупа.
Ах, если бы ослеплённый красотой босмер был повнимательнее, он непременно заметил бы затаившегося напарника прелестной разбойницы, окутавшего себя чарами иллюзий и почти слившегося с окружающим ландшафтом! Мутная, едва различимая фигура достала лук, вынула из колчана стрелу, наложила её на тетиву и прицелилась. Красные панталоны служили замечательной мишенью, и бандит, не лишённый чувства юмора, едва удержался от соблазна запустить стрелу прямо в одну из упитанных ягодиц.
Но Энголот явно родился под счастливой звездой. Замёрзнув и устав от бесплодных поисков, он распрямился и хотел было выйти из воды, но наступил на острый камешек, оступился и шлёпнулся в воду. И тут же стрела просвистела над стоявшим на карачках и чертыхавшимся босмером.
Злодеи выдали себя, и повязка, так ловко наброшенная женской красотой на очи наивного путника, сразу спала. Да только вот поздно он очухался: его лук остался на берегу вместе с котомкой, и надеяться оставалось лишь на кинжал или на собственные ноги.
Оба разбойника разразились бранью; эльфийка выхватила короткий клинок, а её подельник – данмер, как оказалось – потянулся за следующей стрелой.

Сиродиил, Чёрная дорога.
Алеандра, уставшая от произошедших событий, исход которых она и предположить не могла, брела по Чёрной дороге. Наконец впереди показались развалины Форт-Эш, через арку которых путник проходил в любом случае, если только, конечно, не сворачивал с дороги. Этим-то и пользовались не особо изобретательные бандиты, у которых ни умственных способностей, ни желания заниматься чем-то другим не было. На двух таких мародёров и наткнулась соблазнительница, подошедшая к разрушенному форту.
Два северянина, поджидавшие неосторожного путешественника, выскочили из кустов и кинулись к беззащитной с виду девушке. В руках у одного был внушительный стальной молот, другой же владел  длинным серебряным мечом.
- Кошелёк или жизнь! – рявкнул первый.
Второй облизнулся, мысленно облапав девушку, и недвусмысленно добавил:
- А к кошельку хорошо бы и ещё кое-чего добавить. А то, боюсь, ног не унесёшь!
И два негодяя, уверенные в своём превосходстве, громко заржали.
Aleandra
Сиродиил, Чёрная дорога.

Алеандра рассмотрела подошедших к ней бандитов, ведь прекрасно видела в темноте - в Опасной тени всегда темно.
- Но у меня нет денег, - наивно думая, что от нее отстанут ответила даэдра
- Ну в таком случае тебе придеться в 2 раза лучше выполнить вторую просьбу, - разбойники расхохотались.
Девушка вообщем-то сразу поняла что от нее хотят больше не денег, а слегка другого. В руках разбойники держали один стальной молот, другой блестящий серебрянный меч. Примитивная сталь не могла причинить вред даэдре, любой даэдре, а вот серебро..
- Может договоримся? - тихо произнесла Алеандра, хотя прекрасно понимала, что разговорами тут не обойдешься
- Раздевайся цыпочка
Даэдра вздохнула и медленно стала развязывать шнуровку на мантии, отчего у бандитов наверно слюни потекли, они ближе подошли, к казалось вполне послушной девушке. Но стоило им сделать несколько шагов в ее сторону, как Алеандра внезапно вскинув руки запустила в своих обидчиков разрушительные разряды молний...
Alion van Cnobie
Сиродиил. Полночь. Около пяти миль к северу от границы Валенвуда с Эльсвейром

Огонь и кровь. Дым застилает небо. Снаружи доносятся лязг оружия и стоны раненых. Индрегас стоял у окна и глазами, полными ужаса, взирал на бойню, разворачивающуюся внизу. Его отец и старший брат были там, он не знал, живы ли они ещё, и есть ли какие-нибудь шансы выстоять у защитников деревни.
Подошла его сестра - Альмия. Ей было также страшно, как и брату, но держалась она молодцом. Собственно, именно из-за неё Индрегас сейчас стоял здесь, а не сражался вместе со своим отцом и братом. Ей было всего десять, и он не мог оставить её одну.
– Почему они всё время нападают на нас? Почему они не могут оставить нас в покое? – Уже который раз Альмия задавала одни и те же вопросы.
– Не знаю, солнышко, – ответил Индрегас, – не знаю…
На самом деле он прекрасно знал почему, но не говорить же сестре, что её сородичи ничем не лучше этих хвостатых мразей? Да, война между Эльсвейром и Валенвудом уже давно закончилась, но стычки между пограничными поселениями всё продолжались.
В комнату вошла мать.
– Инди, – сказала она, – бери сестру, мы уезжаем, сейчас же. Нам, судя по всему, не выстоять. Их слишком много. И ещё… – она споткнулась на слове, дыхание её перехватило, и на глаза навернулись слёзы. Продолжила она еле слышным шепотом, – твой отец и брат пали. Я пойду возьму вещи, – голос её снова стал твёрдым, – и мы тот час отправимся.
Она повернулась и уже собралась выйти, как путь ей преградил рослый хаджит с копьём в руках. Мать вскрикнула, отшатнулась и стала пятиться. Индрегас стоял, не двигаясь, словно парализованный, и смотрел, как его мать, пронзённая копьём, оседает на пол. Остальное было словно в тумане. Вот его сестра сорвалась с места и побежала к матери. Вот хаджит ленивым движением сбивает её на пол, выдёргивает копьё из тела матери и пригвождает юную Альмию к полу. Вот он уже направляется к нему…

И снова, уже который раз, Индрегас проснулся в холодном поту. Его всего трясло. Он лежал и смотрел в потолок немигающими глазами. Вот уже несколько месяцев, как ему снился один и тот же кошмар, события девятнадцатилетней давности никак не хотели отпускать его. Сколько это будет продолжаться? Сколько ещё он будет с ужасом просыпаться по ночам и осознавать, что это всего лишь сон? Сколько ещё во сне ему будет являться мёртвое лицо его сестры и снова, и снова повторять: «Ты не смог ни спасти нас, ни отомстить за нас. Ты – ничтожество, ты недостоин жить. Иди к нам, мы ждём тебя»? Сколько? Сколько?! Сколько?!!! Индрегас не знал ответа на эти вопросы. Он уже давно потерял счёт времени. Дошло уже до того, что он уже просто боялся ложиться спать, потому что знал, что его в этом случае ждёт. Собственно, он уже почти неделю и не спал. Но долго так продолжаться не могло, и, в конце концов, усталость взяла своё. Индрегас не знал, сколько он проспал – день, два, а может больше? В любом случае, на пользу ему это не пошло – он по прежнему чувствовал себя прескверно.
Индрегас рывком сел на кровати и огляделся. В комнате ничего не изменилось, пока он спал. Да и не могло там ничего измениться, поскольку никто не знал, где находится его дом. Комната была абсолютно такой же, как и год назад, когда он выстроил этот дом на ветвях огромного дуба, в лесу, где-то в пяти милях от пересечения трёх границ: Валенвуда, Сиродиила и Эльсвейра. Опять этот проклятый Эльсвейр, чтоб он навсегда канул в небытие в пламени Забвения!
Комната в лабораторию была распахнута настежь. Индрегас вспомнил почему. Именно там он провёл всю свою последнюю неделю практически безвылазно. Именно своим научным изысканиям в области алхимии он был обязан тем, что до сих пор был жив. Только это занятие отвлекало его от тягостных воспоминаний, и если бы не оно, то он давно бы наложил на себя руки, не в силах больше мириться с ненавистной ему действительностью, и последовал бы за сестрой, вняв её зову. Казалось бы, как всё просто, всего-то нужно бросить зажжённый факел в раскрытую дверь лаборатории, и через пару минут его ожидает быстрая и безболезненная смерть. Но Индрегас всё не решался сделать этот последний шаг. Что-то его останавливало, он не знал что.
Индрегас поднялся с кровати, зажёг свечу и подошёл к зеркалу, висевшему прямо по центру длинной стены, напротив его кровати. Ему было всего тридцать девять лет, столь юный возраст для босмера, а из зеркала на него глядело лицо старика: бледное и осунувшееся, с мешками под глазами. В его волосах, золотистого цвета, заплетённых в косу, длиной ниже колен, уже начала пробиваться седина. «До чего же я себя довёл?» - Запоздало подумал он и громко спросил: «Отец! Если ты меня слышишь, ответь! Почему мне так плохо? Почему?! Что я делаю не так?» Ответа не последовало, да он и не надеялся его услышать. Индрегас со злостью ударил кулаком по зеркалу: разбил и зеркало, и костяшки пальцев до крови содрал. Впрочем, физическая боль отрезвила его, и он заметил, что, несмотря на то, что он уже давно не спит, он по-прежнему чувствует запах гари, да лязг оружия, хоть и приглушённый, но доносился. Изредка слышались яростные вопли. В деревне, которая находилась прямо на опушке леса, менее чем в пятистах ярдах от его дома, явно что-то происходило. И это «что-то» происходило без его, Индрегаса, участия, что последнему, почему-то, очень не понравилось.
Индрегас выглянул в окно, бросил быстрый взгляд на небо, оценивая погоду. Была глубокая ночь, дул сильный ветер, Массер был уже наполовину закрыт тучами, но было довольно таки светло из-за всполохов огня, видимых сквозь кроны деревьев, находящихся уже где-то в четырёхстах ярдах от дома. Было очевидно, что лес горит. Медлить было нельзя, за последний месяц не выпало ни дождинки, и огонь с ужасающей быстротой распространялся по сухим деревьям. Где-то вдалеке раздался раскат грома. Приближалась гроза.
Индрегас отскочил от окна и стал спешно одеваться. Минута промедления, и он останется здесь навсегда, вернее не останется, потому, как в этом случае никто даже его костей не соберёт – одному Шиогорату было известно, что у него тут находилось. Впрочем, это было не так уж и плохо, но Индрегасу вдруг резко расхотелось умирать, и он спешил убраться восвояси из этого опасного места.

Спустя пару минут он уже покинул дом, спустился вниз и, впервые за последнюю неделю, ступил на твёрдую землю. С собой он взял только небольшую сумку, висевшую за спиной, вместе с колчаном со стрелами и оружие: висевший на поясе серебряный кинжал, длинный эльфийский лук, который он держал в руках. В сумке находилась кое-какая снедь, деньги – около двух тысяч септимов в нескольких кожаных кошельках, несколько тщательно закупоренных пузырьков с ядами, ну и некоторые предметы первой необходимости. Индрегас стал пробираться через лес в направлении деревни и вскоре вышел к области, где лес уже горел. Двигаться через горящий лес очень сложно, но Индрегас не хотел идти в обход. Хорошо, что лес здесь был уже очень редкий, да и травы почти не было, иначе это было бы попросту невозможно. Аккуратно пробираясь между горящими деревьями, Индрегас вскоре выбрался на опушку. Теперь было понятно, почему горит лес – полыхала вся деревня, и Индрегас абсолютно точно знал почему – не узнать хаджитов было невозможно. Индрегас оглядел себя, потушил уже начавший тлеть плащ и стал пробираться через окарину деревни. Вскоре он наткнулся на тела двух мужчин в форме имперской стражи. «Не понял?» – Индрегас был крайне удивлён, – «что здесь делают стражники? Здесь всегда был в, лучшем случае, один, да и то появлялся он раз в неделю. Что-то здесь не так». Индрегас не верил, что стража так быстро примчалась в такую глухомань, узнав о нападении. Значит, они появились здесь ранее. Неужели имперское командование, в связи с участившимися слухами о террористической хаджитской группировке «Ренриджа Крин», в существовании которой Индрегас теперь не сомневался, решило послать патруль в отдалённые районы? Если это так, тогда положение дел в Империи куда хуже, чем он предполагал.

Бой шёл уже ближе к центру деревни, на окраине же почти никого не было, кроме трупов убитых местных и хаджитов, последних, впрочем, было гораздо меньше. Пробираясь между домов, Индрегас наткнулся на лысого Джоди – хозяина местного трактира, тот был ещё жив, но у него был располосован живот, и он руками придерживал вываливающиеся внутренности. Увидев Индрегаса, Джоди прохрипел что-то неразборчивое и умоляющим взглядом посмотрел на эльфа. Тот достал кинжал и одним движением перерезал старику горло, это было единственное, чем Индрегас мог ему помочь – тот был обречён.
Пройдя дальше, он увидел валяющееся в грязи истерзанное тело девушки. От её платья остались одни лоскутки, всё тело было исполосовано когтями, а вместо лица было кровавое месиво. При виде такого зрелища, болезненный ком подступил к горлу Индрегаса, а на глаза навернулись слёзы, когда он узнал, чьё истерзанное тело лежит перед ним в грязи. Это была Элси, дочь кузнеца, которая также работала в трактире. Она была самым добрым человеком, которого Индрегас когда-либо знал. Её разносившийся по таверне звонкий смех всегда отвлекал его от тяжёлых мыслей. Её длинные развевающиеся каштановые волосы приковывали к себе взгляды всех мужчин в округе. А её сияющие зелёные глаза, казалось, могли растопить любой лёд. Она всегда находила доброе слово даже для него, Индрегаса, который вечно сидел в самом тёмном углу зала с самым угрюмым видом. И она была первым человеком за последние девятнадцать лет, который заставил его улыбнуться, причём не скорчить гримасу, а действительно улыбнуться, тепло и искренне. И вот это милейшее существо сейчас лежит бездыханное в грязи, посреди других трупов. Индрегас втайне надеялся, что она умерла быстро и не мучилась.

Внезапно он поймал себя на мысли, что сочувствует ей, и это осознание, как гром среди ясного неба, поразило его разум. Он сочувствует! Он испытывает сострадание! Как он мог, матёрый асассин с почти двадцатилетним стажем, опуститься до подобной низости и чуть ли не рыдать над телом какой-то паршивой девчонки? Старый Амис, который, собственно, и обучил его искусству убивать, наверное, перевернулся бы в гробу, узнай он о том, что сейчас вытворяет его ученик. Индрегас тут же вспомнил слова своего старого учителя: «Забудь такие пороки разума, как жалость и сострадание.  Это простые обыватели, которые в своей наивности не понимают, что мир жесток, считают их благодетелью. Это они, чтобы оправдать свою беспомощность, придумали идиотское правило, согласно которому следует с другими поступать так же, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой. Наивные глупцы! Многих таких этот мир уже обломал, к сожалению, для них, слишком поздно, чтобы они смогли сделать из этого хоть какие-нибудь выводы, а не сойти с ума. Тебе, мой мальчик, повезло, ты уже понял, как жесток этот мир, но ты ещё очень молод и у тебя есть все шансы осознать это и понять свою неправоту. Не слушай этих несчастных, которые все считают, что если мы чуть-чуть поднапряжёмся, то сможем сделать мир лучше. Ибо не сможем. Люди приходят и уходят, а мир остаётся незыблемым, таким же, как и всегда – жестоким и беспощадным.
Люди, эльфы, орки и прочие твари, они отличаются от животных только наличием интеллекта. Увидишь ли ты в них хоть малейший намёк на доброту? Нет! У животных есть только одно стремление – выжить, выжить любой ценой, не взирая ни на какие обстоятельства. Запомни ещё раз – никакой жалости и никакого сострадания. Будь ты асассин, воин или простой фермер. Если во время боя ты наклонишься к павшему товарищу – ты покойник. Если решишь помочь раненому – ты покойник. Если решишь пощадить врага – ты покойник, потому что он не преминет возможностью всадить тебе кинжал в спину, когда ты отвернёшься. Думать надо в первую очередь о себе и только о себе. Про других – забудь. Никого, кроме тебя, не существует. Есть только ты и окружающий тебя мир».
Как он мог забыть? Индрегас вспомнил, что ещё отец пытался втолковать ему нечто подобное, но он смотрел на отца непонимающим взглядом, и тот оставил бесполезное, как тогда казалось, занятие. Собственно это было ещё одной причиной, по которой Индрегас не сражался вместе со всеми в ту роковую ночь – он просто не мог заставить себя никого убить. Да, он заплатил высокую цену, за то невежество. Теперь Индрегас понял всё. Понял, почему ему снились эти постоянные кошмары – Вермина воспользовалась его слабостью и устроила ему этот ад. Понял, почему ему было так плохо. Наконец, когда «шестерёнки» в его голове окончательно встали на место, он снова встал самим собой. Этот годичный «отпуск» явно не пошёл ему на пользу. Хотя, ведь отрицательный опыт – это тоже опыт. Когда Индрегас осознал всё, его глаза тот час сделались безразличными, а лицо застыла как маска. Он был готов действовать, теперь он точно знал, что делать.

Раз в деревне находились стражники, то и лошади должны были быть. Конюшня находилась на противоположном конце деревни, и Индрегас направился туда. Перешагивая через трупы, на которые он теперь обращал внимания не больше, чем было необходимо, чтобы не споткнуться, он стал пробираться по окраине деревни, на противоположный её конец, стараясь, по возможности, держаться подальше от схватки, которую он теперь, хоть и смутно, но видел. Рядом с ним у горящего дома обрушилась крыша, выпустив в воздух целый сноп искр. Кое-где слышались стоны умирающих и вопли ужаса.
Подбираясь ближе, он увидел стражника, сражающегося против двух хаджитов, вооружённых щитами и кривыми саблями. Расклад был явно не в пользу первого, хотя он, в общем, неплохо держался, пока не споткнулся о тело своего павшего товарища, что стоило ему головы, которая, покатилась по земле и, остановившись, уставилась на Индрегаса немигающими глазами, полными ярости, а тело, изрыгая фонтаны крови, повалилось вперёд и пополнило копилку трупов, украшавших эту «живописную» картину хаоса и разрушения. Из горящего дома выбежала женщина с маленьким ребёнком на руках, но не успела она сделать и пары шагов, как в спину ей вонзился дротик, и она со стоном повалилась на землю, выронив ребёнка, которого постигла не менее страшная участь. Хаджиты вели бой на уничтожение и, судя по всему, были преисполнены намерения вырезать всё население деревни поголовно. Чем это самое население так им не угодило, для Индрегаса оставалось загадкой.

Проходя далее сквозь клубы дыма, которые надёжно укрывали его от посторонних взоров, Индрегас вспомнил о своём оставленном доме и повернулся в направлении леса как раз для того, что увидеть, как над ним взметнулся столб пламени. Он тут же бросился на землю, закрывая уши руками, и через пару секунд раздался сильный взрыв, внёсший кое-какие коррективы в ход боя, который стал ещё более хаотичным, потому как количество желающих сопротивляться резко пошло на убыль, многие обратились в бегство. Индрегас поднялся и, воспользовавшись ситуацией, бросился в направлении конюшни. Тут, как нельзя кстати, небо прочертила молния, и воздух сотрясся от оглушительного раската грома, спустя несколько секунд хлынул сильнейший ливень, и хоть Индрегас тот час промок до нитки, он был несказанно благодарен тому, кто заправляет погодой, потому как теперь разглядеть что-либо далее десятка футов перед собой было решительно невозможно, и Индрегас без происшествий, наконец, добрался до конюшни, которая, к счастью, осталась цела – огонь её не тронул.
В конюшне было около десяти лошадей, к сожалению, почти все мёртвые, потому как хаджиты их не очень-то жаловали. Вокруг валялись трупы местных и нескольких стражников, видимо, хаджиты поджидали здесь тех, кто хотел удрать, но сейчас ни одного не было видно. «Грозы, что ли, испугались?» – усмехнулся про себя Индрегас. Впрочем, к счастью, в одном из дальних стойл одна невредимая лошадь отыскалась, и, спустя минуту, Индрегас уже выезжал из конюшни. Хотя, стоит заметить, не обошлось без трудностей – кобыла сначала забрыкалась, почуяв незнакомого наездника, но Индрегас не был бы лесным эльфом, если бы не мог «договориться» с любой скотиной. В любом случае, кобыла была теперь целиком и полностью на его стороне, и когда передними вдруг возник невесть откуда взявшийся хаджитский головорез, она тут же проломила ему копытом череп, разбрызгав содержимое его, теперь уже пустой, головы в радиусе нескольких футов.

Лёгкой рысью, а скакать галопом при такой видимости, с учётом того, что когда он отъедет далеко, его поглотит кромешная тьма, было форменным самоубийством, Индрегас направил лошадь на север, прочь от погибающей в пламени безумия деревни. Кто-то попробовал зацепиться за подпругу, умоляя Индрегаса не бросать его здесь, но он выдернул ногу и стремени и, не испытывая ни капли сожаления, ударом в челюсть отбросил того в грязь.
Далее предстояло подумать, что делать дальше. Ехать однозначно надо было в Чейдинхол, там, в убежище Тёмного Братства, ему всегда были рады. Также он планировал заглянуть в торговый квартал Имперского Города – необходимо было купить алхимические приборы и ингредиенты взамен безвозвратно утерянных. И самое главное, когда он выберется на большую дорогу, необходимо первым делом поменять лошадь. Ведь он ехал сейчас на лошади, принадлежащей имперскому легиону, а такую опознает любой стражник, и у него будут серьёзные неприятности. Так что любой имперский патруль представлял для Индрегаса опасность, а опасностей на сегодня для него было предостаточно.
Elleorn
Сиродиил, Синяя дорога.Вечер
Узрев недобрые намерения, явно читающиеся на лицах бандитов, Энги выпучил глаза от удивления. Особенно ему было неожиданно видеть босмерку с оружием, направленным на него: он представлял ее в различных ракурсах, но только не в таком. Да еще и этот данмер с луком. Молодой алхимик быстро сообразил, что тягаться с разбойниками точно не ему, поэтому он резко вскинул руки вверх и громко закричал:
- Сдаюсь!! Ваша взяла!
Разбойники, видимо, не ожидали такого поворота событий, и немного опешили.
- Берите деньги! - продолжил он, кивком показывая на кошелек, висящий на поясе. - Там три сотни золотом. Правда ведь этого хватит, чтобы забыть про одинокого путника?
novoxodonossar
Островной архипелаг к северо-востоку от аскадиании. Башня Тель Райнес. Поздний вечер.

      В роскошном бархатном халате, в мягких тапочках благообразный старик расхаживал по кабинету. Сквозняки гуляли по помещениям древесной башни тельвани. Его родовой башни Тель Райнес. Пламя свечей, в серебряных подсвечниках, колеблясь, отбрасывало блики на алмазы и рубины перстней унизывающих пальцы старого волшебника. Нар морщил тёмное лицо и трепал пальцами длинную седую бороду. Он размышлял. На высокой книжной конторке, рядом с превосходным сафьяновым бюваром лежала очень старая книга, писанная на альтмери. Обклад книги был сильно подпорчен, кожаная обложка была изгрызена крысами, края страниц местами истлели или изъедены книжным червём. Редкая книга, можно даже сказать, что в нынешние времена уникальная. Марвани прочитал её от корки до корки уже трижды. Вроде бы всего лишь хроники Первой Эпохи - ничего более, но что-то не давало старому магу покоя. Что было  в этом фолианте важное, упущенное. Нар поморщился, от напряженных измыслов начало ломить виски, той старческой болью - нудной, которая усиливалась и нарастала, грозя превратить грядущую ночь в кошмар. Из большого сундука, стоящего у задней стены кабинета, он изъял тонкую мензурку с чудодейственным бальзамом и накапал себе в плошку малую толику. Пригубил и блаженно закатил глаза. Действие эликсира было почти мгновенным. Вслух Марвани проворчал:
- Лучше бы конечно дюжину чернотопских пиявок за уши, от этих милых и единственно полезных из всех кровососов, давление стабилизируется надолго. Да где сейчас возьмешь живых пиявок из Блакмарша.
  Побродив по кабинету ещё несколько минут Нар решил отвлечься, вышел на балкон, расположенную на самой верхушке высоченной башни тельвани и широко грудью вдохнул морской бриз. Милая родина, соль и пепел данмеров, как он любил эти земли.
- Проклятье! Вот оно, понял!!
    Марвани кинулся назад в кабинет, дрожащими руками схватил старый фолиант, открыл сразу на нужной странице и прочитал вслух:
- "...В 470 году Первой Эры группа альтмеров из Лилландрила нашла мощную магическую флягу, способную противостоять любому магическому воздействию. С ее помощью они выполняли различные поручения для баронов островов Саммерсет, держа в узде волшебные силы босмеров Валленвуда. Однако, в конечном счете группа начала беспокоиться о том, что ассассины босмеров вскоре смогут убить их и отобрать флягу. Поэтому они оставили острова Саммерсет и отправились в город Даггерфолл, что в провинции Хай Рок, где они надеялись обрести безопасность у клана Диренни, чтобы жить в тайне и относительном спокойствии под их покровительством. Однако по пути из Саммерсета в Хай Рок, они перетерпели кораблекрушение близ острова, который теперь зовется Строс М’Кай. Вскоре вся группа была убита, а фляга потеряна... последнее упоминание о ней датируется концом Второй Эры. ... Позднее её, возможно, нашёл и использовал наемник Сайрус - член Неутомимой Лиги. С тех пор о фляге ничего не известно..."
В выцветших глазках старого сутяги и интригана загорелся неподдельный интерес.
- О, да, да! Фляга способная противостоять любым магическим атакам! Постоянный эффект!!! А-хай-ра, вещь равная знаменитому кольцу короля Хелсета. Полная защита от всех видов магии, белиссимо... грациа! - восклицал старик на каком-то древнем забытом языке, - это же… это неуязвимость против магии Гильдии и полная сила магии Тельвани в ответ, а-ха-ха! Старый архимагистр еще чего-то стоит, а они называли меня книжным червём, да такая информация бесценна, а ведь я отдал пятьсот дрейков за эту подпорченую книгу, но это того стоит, клянусь мощью Молаг Бала, ох как стоит. Но, дудки мои дорогие коллеги - советнички Дома, это вещь только для меня, вам не достанется, а потом... я хочу видеть ужас в ваших глазах, весь ужас и страх, когда я буду медленно поджаривать ваши хитрые задницы, будучи сам неуязвим для вашей магии. Особенно тебя старая Драта, безумная тварь, за все те оскорбления, которые накопились за сотни лет!
Старик еще долго шипел и плевался, как гаснущий смоляной факел, изрыгал проклятья и предавался мстительным мечтам...
Mescalito
Сиродиил, Чёрная дорога.
Минувший день и так был перенасыщен неприятностями, и потому Алеандра не стала церемониться с бандитами, а, воспользовавшись своими познаниями в сфере магии Разрушения, познакомила бандитов с разрядом молний. Обуглившаяся в незащищённых местах кожа и адская боль стали причиной взорвавших округу диких нечеловеческих воплей. Похоже, мародёрам было уже не до путешественницы: один, поскуливая, распластался на земле, а второй, лежавший рядом, вообще не подавал никаких признаков жизни. Возможно, теперь на Чёрной дороге станет поспокойней…

Сиродиил, Синяя дорога.
Бандиты встретились взглядами и кивнули друг другу, после чего эльфийка требовательно вытянула руку и крикнула Энголоту:
- Давай, швыряй сюда свой кошель!
Босмер, всё ещё находящийся на мушке, поспешно отстегнул мешочек с золотом и бросил его красавице. Та ловко поймала добычу, распустила стягивающие кошель верёвочки и убедилась в том, что внутри и правда золото. Подбросив мешочек в воздухе, разбойница заключила, что там, пожалуй, и впрямь три сотни.
Энголот же стоял в воде, мокрый и озябший, и не без волнения ожидал, что же будет дальше: для бандитов неписаный договор нарушить, да ещё с первым встречным, – раз плюнуть. Но ограбившим его эльфам, похоже, не нужны были возможные неприятности. Вполне удовлетворённые, разбойники забормотали известное Энги заклинание и исчезли, окутанные чарами невидимости. Промокший эльф поспешно выбрался из воды, собрал свои манатки и дал стрекача по направлению к Имперскому городу, вознося хвалу своему божеству и искренне надеясь, что вослед ему не полетит метко пущенная данмером стрела.

Сиродиил, Уотерфронт. Сады Дарелота.
Арманд лукаво улыбнулся и внимательно посмотрел девушке в глаза. Да, изменилась она с их последней встречи… Повзрослела, что ли. В глазах Иниры читалась готовность встретить трудности и бросить  все имеющие силы на их преодоление. Никаких контрактов или поручений последнее время не было, и члены Гильдии занимались лишь собственными делами, что представитель Серого Лиса и сообщил Инире, но её полный решимости взгляд так понравился Арманду, что он усмехнулся:
- Твоего уровня, говоришь? Мне кажется, пора поднимать планку. Ты можешь много больше, Инира. Много больше…
Редгард задумался, словно прикидывая, что бы этакое поручить эльфийке, и его вдруг осенило. Он хитро прищурился и, переложив факел из одной руки в другую, предложил:
- Тут один слушок очень упорно ходит среди нищих… Дескать, некий учёный на Островах побывал. Ну, и вернулся потом, причём и мозги на месте.
Арманд, пронаблюдав за произведённым на Иниру впечатлением и огоньком заинтересованности в её глазах, тихо рассмеялся и продолжил:
- Чудик этот учёный конечно тот ещё, всё-таки… Ну да это неважно. Важнее то, что он вполне мог прихватить с Островов сувенир какой, понимаешь ли. Не утверждаю, что его особняк в Храмовом районе так и набит всякими диковинами, но по логике вещей это вполне может быть правдой. Так почему бы не воспользоваться шансом и не разнюхать, что там да как!
Молодой человек подмигнул данмерке и предостерегающе поднял вверх указательный палец.
- Вот только так сразу в пекло лезть не советую. Да ты и сама, это понимаешь, не маленькая. Подготовься к делу как следует. Если нужен инструмент или совет какой, ты знаешь, к кому обратиться! Впрочем, можешь и не браться за это, я не настаиваю.
Редгард развёл руками и случайно бросил взгляд на кольцо, украшавшее пальчик его коллеги. Арманд вздохнул и как бы между делом участливо спросил, кивнув на украшение:
- Ну что, новостей никаких?
DHead
Сиродиил, Имперский город, Уотерфронт, Сады Дарелота
  Инира отрицательно помотала головой. Арманд Кристофф был чуть ли не единственным человеком во всём Сиродииле, знавшим об одной из самых тёмных историй её прошлого...

- Ини, деточка, ты не могла бы подняться ко мне в спальню?
- Конечно, ма!
Пятнадцатилетняя Инира Тесаэль, приостановив беседу с соседними мальчишками, незамедлительно выполнила просьбу матери и с неподдельным интересом приготовилась её выслушать. Однако Раина почему-то не торопилась начинать разговор. Через минуту, когда молчание стало совсем невыносимым, она подняла на дочь глаза и выпалила:
- Атин не твой отец.
Сказать, что Ини удивилась, значит не сказать ничего. Спустя несколько секунд, сообразив, что сидеть с открытым ртом и выпученными глазами по меньшей мере неприлично, девочка взяла себя в руки и неразборчиво прошептала:
- К-как?
Вместо ответа Раина Тесаэль сняла с пальца перстень и одела его на руку дочери.
- Этот перстень Он подарил мне, когда... Впрочем, это неважно. Если вы когда-нибудь встретитесь, Он узнает тебя по этому кольцу. Хотя это маловероятно, - грустно улыбнулась данмерка, - ты же не собираешься ехать в Сиродиил.
Заметив, что Ини собирается что-то спросить, Раина покачала головой и приложила палец к губам девочки.
- Умоляю тебя, ни о чём не спрашивай. Я не могу сказать тебе ни Его имени, ни обстоятельств нашей встречи. Я просто хочу, чтобы ты это знала...


  Девушка махнула рукой, будто отгоняя непрошенные воспоминания. Прошлого не воротишь и не изменишь, зачем сыпать соль на раны? К тому же, сейчас у неё были заботы поважнее.
- Чудом не спятивший учёный говоришь, - протянула Ини обращаясь в Арманду, - а гори оно всё синим пламенем! В конце концов, кто не рискует, тот не выигрывает, не так ли?
Редгард только улыбнулся. Честно говоря в том, что Инира согласиться, он не сомневался ни секунды. Почти все данмеры были заядлыми авантюристами, и как бы Инира не пыталась жить нормальной, размеренной жизнью, против предков и крови, к сожалению (а может и к счастью), не попрёшь.

Сиродиил, Имперский город, Уотерфронт.
   Улыбнувшись, девушка постучалась в дом своей коллеги и лучшей подруги Метредель, искренне надеясь на то, что та, как истинный вор, не спит ночью. Глухой удар и приглушённые ругательства указывали на то, что её надежда оказалась напрасной.
- Ну, и кого это принесло н... Ини!
Увидев коллегу, босмерка тут же перестала строить недовольную мину и осторожно оглядываясь (что поделаешь, привычка - вторая натура) втащила подругу в дом.
  Когда охи, ахи и восторженные восклицания наконец улеглись, Инира решила взять гуара за хвост.
- Мет, родная, сделай милость, выручи. У меня кончились отмычки, бежать в Бруму к Онгару мне некогда и...
- Эх, Ини, Ини, - перебила её Метредель, - мир меняется, а ты остаёшься всё такой же забывчивой и рассеянной.
- И не говори, подруга, - не сдержала смешок данмерка, - и не говори...

Сиродиил, Имперский город, Храмовый район. 2:00 am
  Вырвавшись от любящей поболтать Метрендель, Инира медленным шагом начала якобы прогуливаться по Храмовому району. Для усиления эффекта Ини временами оставливалась у какого-либо здания и начинала прямо-таки пожирать его глазами, навешивая при этом на лицо маску восхищения и восторга. В Имперский город съезжались туристы со всех концов Империи и прогуливающийся по ночной столице человек или эльф не был чем-то выдающимся или настораживающим, поэтому очень скоро стража, вначале исподтишка поглядывающая на данмерку, перестала удостаивать её своим вниманием. Никто так и не увидел насколько подозрительные взгляды бросала девушка на особняк учёного-даэдролога Эмиля...
novoxodonossar
Остров Райнес к северо-востоку от аскадиании. Башня Тель Райнес. Ночь.


   Старый Нар давал последние наставления своему управляющему:
- ...Мда, и учитывай: шпионы тут в деревне на острове должны быть уверены, что "старый мерзавец", хе-хе-хе, тоесть я - совсем выжил из ума, заперся в башне и теперь уже наверно долго не протянет. Именно эти слухи твои доверненные должны пустить и здесь и особенно в Привратной таверне Садрит Морра. А уж оттуда слухи прямиком попадут куда следует и все мои враги будут думать, что я засел, как старая скриба в норе и выставил ядовитые жвала, ожидая их нападения. Но, им и в голову не придет, что меня нет дома. Мда... башню я покину под утро, в обличьи слуги. Ты подобрал сильного, но хорошо обработанного раба?
- Да хозяин, - утвердительно кивнул управляющий, кривя рот, уродливо перекошенный косым шрамом, - раб аргонианин подготовлен, магические кандалы на нем, а еще надежнее будет знание, что его сестра где-то на наших рудниках. И стоит ему попытать бежать, с неё живой сдерут шкуру. Это слабая раса хозяин, они очень дорожат своими братьями и сёстрами, ради них они могут даже отдать жизнь - глупцы.
- Да - да, знаю знаю, глупые и наивные жабы. Я думаю этот раб будет нужен мне лишь только в части моего путешествия, а дальше... что мы делаем с отработанным материалом? Но, поначалу кто-то должен будет нести мой мешок и выполнять другую грязную работу. - также гнусно ухмыльнулся старый работорговец Нар и тут же уточнил, -  а с капитаном торгового корабля обсудил? Дал задаток?
- Конечно, архимагистр, все готово, капитан ждет вас, отплытие на рассвете, когда все шпионы уже смыкают глаза от усталости.
      Сохраняя режим сторожайшей секретности Марвани, сопровождаемый рослым и крепким рабом-аргоном, погрузился на торговый пинас следующий до крепости Эбенгард. Сидя в крохотной каютке каботажной посудины он курил трубку и снова предавался размышлениям вслух:
- Сайрус, член Неутомимой Лиги... терпеть не могу имперскую историю, да и вообще все эту проклятую людскую империю. Однако, помочь в поиске информации об этом Сайрусе сможет только хорошо сведущий в их истории архивариус. А где такого взять, вроде среди немногих столичных друзей у меня таких не водилось. Стоп! Эмиль, ну да - ученый-даэдролог. Вот кто может знать архивариуса! Хе-хе, как сейчас помню неподдельный интерес Эмиля к старинным данмерским и кимерским манускриптам, в которых немало было интересного по видам и поведению различных даэдра. Ведь даже в гости приезжал в наши пенаты ради этого. Все готов был отдать за обрывки свитка Вирсы Сжигателя, хорошо, что я тогда с него денег то не взял, теперь есть повод появиться перед ясны очи и "попросить" посодействовать в поиске информации по этому Сайрусу и его Неутомимой Лиге. Мда, так и поступим...
kazarey
Сиродиил. Лейавиин, кабинет капитана стражи.
Анри задумался. Он никогда не вставал против хаджитов или Эльсвейра, и нехорошо, конечно, будет, если он сдаст собратьев страже. Но уж очень его заинтересовало содержимое газеты - а именно банда Ренриджа Крин. Возможно, когда он будет пытаться разговорить сокамерников, он узнает об этом больше.
По всем выводам Анри выходило, что он должен принять предложение капитана стражи. Вот только предполагаемого виновника происшествия вряд ли выдаст. Если окажется непричастным к взрыву, или молчать будет, как рыба - так и пусть идет себе с миром. А если действительно помогал теракту, то не станет Анри Симону докладывать.
- Помогу, чем смогу,- вздохнул хаджит. - Вот только что это за терррористы, что так подставляются? Оно понятно - район срразу же оцепили, вот только что это за враг, если путей отступления заранее не предусматривает? Если вся сила его - в скррытности? Шайка воррровская, а не террористы... - Анри с сомнением покачал головой.
Mescalito
Сиродиил, Лейавиин. Кабинет капитана стражи.
- На всякого мудреца довольно простоты! – развёл руками Симон – Ну, раз ты согласен, я распоряжусь, чтоб тебя отправили обратно! Один из моих бойцов будет ожидать прямо возле клетки, так что как только что-нибудь выяснишь, дай какой-нибудь знак, ну кашляни что ли раза три подряд!
Кликнув стражника, сопровождавшего Анри до кабинета начальника и ожидающего за дверью, Симон растолковал ему суть своего плана. Охранник выслушал и кивнул, после чего отвёл хаджита обратно в камеру. Впихнув “пленника”  внутрь, он рявкнул:
- Сиди тут пока, да не обольщайся! Скоро капитан продолжит допрос!
Захлопнув решётку, бравый легионер встал неподалёку, чтобы не пропустить, когда хаджит выудит из заключенных какую-нибудь информацию и подаст ему знак.
novoxodonossar
Крепость Эбенгард. Послеобеденное время.

   Статуя Акатоша всё так же нерушимо высилась на пристани Эбенгарда. Всё так же бойко кипела торговлишка вокруг неё. Деловитые чиновники Северо-Восточной Компании сновали меж пакгаузами, наемники, охранники, стражники зорко следили за сохранностью товаров. Этот перевалочно-торговый пункт, стихийно возникший давным-давно возле мощного имперского форта, каждый божий день представлял из себя кишащий муравейник. Тут сходились транспортные пути из Вивека, Альмалексии и тельванийских островов. Купить тут можно было почти всё что душа пожелает, и прекрасно шлифованный соленный рис - любимую пищу данмеров и нордлингский мёд, веселящий северную кровь, эбонит и стекло, алмазы и рубины, двемерские раритеты... Носильщики ящиками перетаскивали майц и киродиильское бренди. Но, всё это мало интересовало старого Марвани. Он лишь взглянул с палубы пинаса на базарную толчею, презрительно скривил губы узрев имперский патруль и немедля удалился в каюту. Еще суток двое морской качки и он будет в столице империи, остальное неважно.
Elleorn
Сиродиил, Синяя дорога.
Одетые на мокрые ноги, сапоги неприятно терли стопы, а свежий вечерний воздух начинал холодить ноги, к которым постоянно липла влажная мантия. Но Энги было не до таких мелочей: он очень торопливо, иногда срываясь на бег, шел и нервно оглядывался по сторонам - никогда еще лес не казался ему таким опасным.
Однако молодой босмер уже практически подошел к Имперскому Городу - его белые шпили уже начали выглядывать из-за верхушек деревьев, да и сам лес стал реже. Наконец, деревья расступились и Город, освещенный последними лучами садящегося ало-красного солнца, предстал перед Энги во всей красе. От удивления он аж остановился, но стоило подуть прохладному ветерку, как босмер пущенной стрелой помчался по окружной дороге вокруг озера к парадным воротам, успевая при этом глазеть на красоту вечернего города.
Подойдя к воротам, он немного притормозил, а то слишком подозрительно на него начали коситься охранники. И, наконец, войдя в город, он смог отдышаться и перевести дух. Хотя едва ли это можно было сделать в Торговом квартале - шум и гам царили вокруг, даже в этот вечерний час.
"Надо бы подыскать ночлег," - подумал Энги, и отправился бродить в поисках таверны.
Aleandra
Сиродиил, Чёрная дорога. - Таверна Ваунет

Даэдра опустилась на корточки оглядывая поскуливающих бандитов и неслишком умело обыскала их. "Добыча" оказалась небольшой. 10 септимов у одного в кармане и 8 у другого, помимо этого ещё и странный фрукт круглой формы.
Алеандра завернулась в мантию идя дальше по дороге. Холодало. Ночь полностью вступила в свои владения, когда девушка достигла имперской кольцевой дороги. Вдалеке прыгал какой-то огонек, который медленно приближался. Вскоре из ночной тени показался стражник верхом на коне, он медленно поровнялся с даэдрой и улыбнувшись сказал:
- Проголодалась, а красавица? - видимо на эти слова стража побудило то, что Алеандра держала в руке яблоко, не слишком понимая, что с ним делать.
- Да, - вдруг улыбнулась она и жадно откусила кусочек от фрукта. Яблоко оказалось сочным и наудивление вкусным. Любая еда окажется вкусной для изголодавшейся даэдры.
- Тут недалеко таверна Ваунет. Позволит ли леди ее подвести?
Алеандра скептически осмотрела лошадь, но идти дальше не очень то хотелось, поэтому она довольно умело запрыгнула на седло рядом со стражником. Прогулка оказалась недолгой. После длинного моста взгляду открывался величественный имперский город. Даже в ночном сумраке белые камни отливали каким то странным светом. На башнях горели факелы и вокруг ходили патрули. Алеандра как завороженная смотрела на величественный имперский город, чем то он напоминал один из замков в Опасной Тени. Лошадь остановилась у небольшого домика, в котором светились окна и веяло уютом.
- Вот мы и на месте. Хорошо вам отдохнуть миледи, - стражник улыбнулся помогая девушке слезть с лошади
- Спасибо, - недолго думая Алеандра толкнула дверь уютной таверны. Внутри было тихо, ночь давно перевалила за половину. Все забулдыги давно уже спали, так же как и спали путешественники. За прилавком дремала высокая эльфийка.
- Простите, могу я снять комнату и заказать ужин? - Алеандра подошла ближе к эльфийке
"Многое произошло..я должна обдумать все, а так же стоит отпарвиться к статуе моей богини, я ощущаю в воздухе силу веры.. Только где эта статуя..."
kazarey
- Сволочь, - прошипел хаджит, поднимаясь с пола. Решетка камеры захлопнулась прямо перед его носом.
- Сиди тут пока, да не обольщайся! Скоро капитан продолжит допрос! - бросил стражник и отошел от камеры. Анри лишь рявкнул в ответ.
Он осмотрелся. Камера была не такая уж и маленькая, но и большой ее назвать было сложно. Коек было как раз шесть - три самые обычные, и еще три - прямо над ними, приделанные к стене. Свет в камеру проникал только от факелов в коридоре тюремных помещений. И еще... пять зеленых, хаджитских пар глаз заинтересованно рассматривали новоприбывшего.
- Чего надо? - спросил Анри, и сразу же отвел взгляд. Кто-то отвернулся, кто-то продолжал пялиться.
Найдя свободную койку, он взобрался на нее. После этого тишина держалась около двух минут, пока хаджит, чья кровать оказалась прямо под койкой Анри, не поинтересовался:
- Что, отодрррали тебя там, да? - голос был неровный, повизгивающий. Видно, "сосед" наемника не отличался стальными нервами.
- А ты что спррашиваешь, сам ведь уже знаешь. Самого чуть ли не каждый день на допррросы водят, - с усмешкой откликнулся другой.
- Слушай, Корри, если ты...
- Так, замолчали оба, - прервал начинавшийся спор третий голос. Властный голос, на воле сошел бы за кого-нибудь аристократа. - Нечего гостя пугать...
Анри обернулся. "Аристократ" лежал прямо напротив него, на верхней койке. И был он не сутаем, чего следовало бы ожидать, а катай-рахтом. Вряд ли он был из Сиродиила... Скорее прямиком из Эльсвейра.
"Возможно, он что-нибудь и знает о терракте", - подумал наемник.
- Как звать-то тебя, гость? - хмыкнул катай.
- Анричирр. Эта... Анри можешь звать.
- Анричирр... бывает. А угодил сюда за что?
- Да за то же, что и вы, скорррее всего, - отмахнулся Анри. Поправил ворот, полностью закрывающий шею. - У городских врат схватили, в терррракте обвинили, в камерре заперли. Все как всегда.
Он повернулся лицом к катаю.
"Интересно, как он среагирует на "за то же, что и вы"?..", - подумал Анри. "А сосед мне какой-то дурной попался, так и прет от него чем-то... не то лекарствами, не то бренди".
Mescalito
Сиродиил, точное местонахождение неизвестно.
Закутанный в мантию редгард спешил по узкому, едва освещаемому тускло горящими и зловеще потрескивающими факелами коридору. Умело лавируя между обильно расставленными смертельно опасными механизмами, он шёл в сторону покоев их предводительницы и духовной наставницы, на подходах к которым ловушек было ещё больше.
С усилием толкнув массивную, с трудом открывающуюся дверь, он осторожно вошёл в комнату, освещённую ничуть не лучше коридоров, которыми он прошёл сюда.
Человек (человек ли?), сидевший за столом спиной ко входу с надвинутым на голову капюшоном, даже и не подумал обернуться: он был абсолютно уверен, что обилие его людей и множество хитроумно расставленных ловушек не дадут чужакам разгуливать по их убежищу. А своим нападать не было абсолютно никакой необходимости, это уж точно.
Редгард, всё так же стоя в дверях, кашлянул и заговорил первым:
- Ваш приказ выполнен. Хелен мертва.
Сидящий остался неподвижен, лишь капюшон чуть дрогнул, вызывая у редгарда предположение о том, что его госпожа одобрительно кивнула. Во всяком случае ему нестерпимо хотелось, чтобы это было именно так.
- Условия ритуала соблюдены? – отозвался тихий голос шелестом закрученных порывом ветра листьев.
- Соблюдены, – подтвердил чернокожий, покосившись на свой мешок, в котором лежала свёрнутая кожа убитой.
- Проблемы были?
- Никаких.
- Хорошо, хорошо – ответила фигура тихим бормотанием, от которого волосы на головах его собеседников непременно начинали шевелиться, –  Так будет с каждым недостойным, дерзнувшим пренебречь могуществом Сатакала. Теперь ступай…
Редгард поклонился, хоть к нему всё ещё продолжали сидеть спиной, и, оставив свой мешок на полу, ушёл прочь.
Фигура за столом ещё некоторое время напоминала собой безжизненное изваяние, но вскоре чешуйчатые руки откинули капюшон с лысой головы, и цаэска продолжила изучать лежащий перед ней на столе свиток, весточку от одного из членов Совета Старейшин.
Что и говорить, Коки-Питона, а именно так звали девушку с Акавира, была безмерно удивлена, снова увидев в их убежище Грэйга, члена банд…братства, не так давно попавшегося за разбоем и брошенного в тюрьму стражниками Имперского города. Парень, видимо, раскололся-таки на допросе и выдал с потрохами и своих братьев, и их предводительницу, за что теперь и поплатился. Но письмо, украшенное замысловатой печатью, не несло угрозы, напротив – один из советников предлагал сотрудничество. Это-то и настораживало.
Наказав Грейга и пробежавшись единственным глазом по содержимому конверта, Коки-Питона сразу же приказала прочесать окрестности и выяснить, не было ли за молодым редгардом хвоста. Когда выяснилось, что такового не оказалось, цаэска немного расслабилась, но чувство тревоги не покидало её. Вот и теперь, сидя за столом и уже в который раз перечитав письмо, она сидела и размышляла…
Дав своё согласие на встречу она ничего не потеряет, зато возможно многое приобретёт. Возможные ловушки и засады не пугали цаэску – её люди отлично владели своим ремеслом.
Нужно будет как следует подготовиться на тот случай, если советник, уверяющий, что встреча пройдёт тет-а-тет, решит приготовить сюрприз… И если всё пройдёт как следует, и условия договора удовлетворят её, беженка из Риммена, зависимого от Гривы, знала, что указать помимо должной награды в своём списке требований.

Сиродиил, Имперский Город. Уотерфронт, Сады Дарелота.
Арманд молча проводил глазами удаляющуюся эльфийку и вздохнул.
Многие из тех, кого он знал, даже не подозревали, кто их родители, и не особенно много придавали этому значения. Для них его просто не было – они занимались тем, что им по душе, общались и имели дела со своими коллегами, и, пожалуй, наличие семьи было бы им только обузой.
Но Инира сама рассказывала Арманду, как мечтает найти своего настоящего, биологического отца. Она и сама не знала, почему так хочет этого. Возможно, это был зов крови, возможно, жажда приключений.
Когда Атин, муж её матери, погиб на задании гильдии, а девушка узнала правду о своих родителях, она недолго думая отправилась в Сиродиил – именно туда, как оказалось, отправился любовник Раины и Инирин настоящий отец.
“Послушай, солнышко” – успокаивал редгард юную эльфийку – “Ведь не тот – отец, кто зачал, а тот, кто воспитал! Атин вложил в тебя много хорошего, и мы должны быть благодарны ему за то, что Нирн удостоился чести носить по своим землям такую хорошую девушку!”
Инире эти слова казались большим преувеличением и звучали для её ушей не слишком ободряюще. Тогда Арманд сам себе пообещал – если он встретит человека с таким же кольцом на пальце, как у Иниры Тесаэль – уж больше девушка своего отца не упустит. Пусть редгарду придётся даже связать его или оглушить…
Арманд провел пальцами по жесткой щетине и покачал головой, мысленно пожелав девушке удачи хотя бы с предстоящим взломом и ограблением…

Сиродиил, Лейавиин, темница.
На соседней кровати кто-то зевнул и сонным голосом поинтересовался:
- Что, новорожденного в аквариум запустили?
Анри чуть приоткрыл пасть но не нашёлся, что ответить, и тогда Аристократ, как хаджит сам окрестил пожилого катай-рахта, приподнялся на локте:
- Фильтруй базар! – прикрикнул он на пробудившегося – Или вконец разговаривать разучились?
Анри отметил, что сосед его явно пользовался авторитетом, потому как возражать никто не стал. Наверняка знаком с тюрьмой не понаслышке. Аристократ вновь повернулся к вернувшемуся с допроса:
- Ну, сынок… За что мы-то сюда попали судить не берись. Каждый здесь оказывается по собственным причинам и с собственными декорациями, да… - катай-рахт задумчиво подёргал себя за ус – У кого-то этими декорациями стали развалины храма Зенитара. У кого-то – всё иначе…
Анри сразу понял, что вытянуть что-то из этого хаджита ему скорее всего не удастся – по его манерам и осторожности ведения разговора глупо было бы не догадаться, что он тот ещё матёрый волк.
Тут влиятельный кот снова приподнялся на локте и посмотрел прямо в глаза Анри:
- Сынок, ты поди читал газеты-то свежие? Что сам-то думаешь?

Сиродиил, близ Имперского Города. Таверна Ваунет.
- Разумеется, милочка! – эльфийка по имени Нерусса высвободилась из пут дремоты и улыбнулась новому клиенту, – Комната в нашем заведении стоит десять монет, и ещё за десять вы сытно поужинаете! Что предпочитаете?
Даэдра выдавила жалкое подобие улыбки и пожала плечами, но хозяйка таверны не растерялась и, подняв вверх тонкий пальчик, ненадолго отлучилась. Вернулась эльфийка уже с миской горячего, рассыпчатого риса. Также на тарелке нашлось место и для порции салата из крабового мяса, выглядевшего вполне аппетитно. Нерусса поставила тарелку на стойку и добродушно покачала головой: посетительница схватила ложку и принялась за еду прямо на мете.
“Изголодалась, бедняжка!” – вздохнула трактирщица, а вслух спросила:
- Такая красивая девушка – и одна. Да ещё ночью! Не случилось ли у тебя чего, милая? Не мужик ли из дому выставил?
Morneango
Сиродиил. Имперский город.

Морнеанго неспеша спускался по лестнице со второго этажа, прошло несколько часов с того момента как он снял у трактирщика одну из комнат. Несмотря на поздний час в таверне было несколько человек: пара имперцев в центре зала и аргон, которого данмер заприметил ещё тогда. Мор подошёл к стойке и заказал себе эля, нужно было смочить горло. Потягивая спиртное, ассасин рассматривал постояльцев: аргонианин не вызывал никаких подозрений, он вообще не подавал признаков жизни, лишь иногда что-то бормоча себе под нос, а вот имперцы как-то странно косились на убийцу. Допив эль, Мор расплатился и вышел из трактира, путь его лежал в Анвил, где, по слухам, находилась жертва.
Выйдя из торгового квартала, данмер направился к выходу из Имперского города, а затем в конюшню, которая была построена недалеко от главных ворот. Вокруг никого не было, не считая стража, который уснул на посту и сейчас храпел, облокотившись на стену и похрапывая во сне. Смерив стража врат критичным взглядом, Мор подошёл к домику и пару раз постучал. Внутри послышался какой-то шум, а после дверь наполовину открылась и перед ассасином предстала хозяйка, в своей ночнушке и с растрепанными волосами. С удивлением взглянув на раннего посетителя, она с укоризной посмотрела в его глаза и спросила:
- Что вам нужно молодой человек?
Морнеанго попытался улыбнуться, но у него это как-то не получалось, поэтому он просто ответил:
- Мне нужна лошадь, которая сможет выдержать долгий путь. Есть у вас такая?
Mescalito
Сиродиил, конюшня Имперского Города.
Женщина смерила данмера гневным взором:
- Есть ли у нас лошадь, способная выдержать долгий путь? А есть ли у тебя в голове мозги, тёмный эльф?! В курсе, который час?! Что же за полоса неудач на мою голову…
Тут за хрупкой спиной показался могучий волосатый торс конюха:
- Кого там нелёгкая принесла? Никак опять стражники, так мы уже вам всё рассказали… О!
Мужчина, при виде эльфа, не имеющего никаких внешних сходств с закованным в латы легионером, сдвинул брови:
- Какого дьявола? У тебя что, сынок, шея болит? Нет? Ну так задери голову вверх, на небе звёзд тьма тьмущая! Проваливай, всё равно лошадей у нас нет!
Морнеанго подавил нарастающий гнев и осторожно спросил:
- Хм, разве это не конюшня?
- Ишь умник какой! – рявкнул конюх, и прямо над ухом эльфа пролетел небольшой сгусток слюны, вырвавшийся изо рта раздражённого здоровяка, – Конюшня! Да только лошадей наших какой-то бес увёл на днях, мародёры поганые, ети их мать!
Жена конюха уткнулась в носовой платок и всхлипнула, а её муж потряс в воздухе кулачищем, после чего последовал поток настолько отборной брани в адрес бандитов, что Морнеанго, немало повидавший на своём веку, удивлённо вскинул брови. Конюх же, высказавшись всласть, приобнял жену и собрался было захлопнуть дверь, но напоследок ухмыльнулся и сообщил:
- Вот коли сыщешь наших лошадок, да обратно пригонишь – тогда одну из них даром бери! Да только сомневаюсь я в тебе, эльф!
Сделав особый акцент на последнем слове, человек хмыкнул и закрыл дверь, оставив убийцу домысливать, было ли это сказано сгоряча, или всё же могло сойти за деловое предложение.
Elleorn
Сиродиил, Имперский Город, Район рынка
Вовремя сообразив, что таверну пока искать ему рано - золото ведь забрали грабители - Энги решил попытать счастья у местных торговцев: авось, займет ему кто-нибудь денег.
Так как сам он был алхимиком, то и податься он решил в алхимическую лавку, "Главный ингредиент", как ему любезно подсказал какой-то прохожий.
Отыскать магазинчик не составило труда.
- Огье Жеорик, хозяин "Главного ингредиента", - представился человек за стойкой, как только Энги переступил порог, - Чем могу помочь?
- Можете, сэра Жеорик, можете. Пришел я к вам с проблемой и надеюсь на ваше добросердечие и сострадательность, - заговорил, немного смущаясь, босмер и выложил Огье всю свою нехитрую историю: и про девушку, и про ограбление, и про промокшее нижнее белье (тут он собрался было показать, что белье действительно промокло, но хозяин лавки поверил на слово), и про то, что он теперь остался без денег.
Огье поначалу сомневался и не очень верил, что Энги действительно странствующий алхимик, попавший в беду, а не голодранец и альфонс. Но, задав несколько хитрых вопросов, он понял, что молодой босмер действительно неплохо разбирается в предмете. Тем более содержимое сумки Энги говорило само за себя - для не алхимика эти склянки и засохшая трава не представляли никакой ценности.
Так что немного поколебавшись, Огье занял-таки Энги 20 монет золотом и отправил его в купеческий трактир, наказав утром же явиться обратно в лавку и поторговать растения.
Молодой босмер довольно быстро отыскал гостиницу и, уплатив хозяину 20 золотых, бухнулся спать без задних ног в своей комнате.
Упрощенная версия форума. Для перехода в полную нажмите на эту ссылку.
Invision Power Board © 2001-2022 Invision Power Services, Inc.